Храм с корабликом

История становления христианства на территории нынешнего Севастополя хорошо известна благодаря обилию памятников, таких как христианские захоронения, склепы, храмы и пещерные монастыри, дающие современным учёным богатый исторический материал. Большое внимание было уделено выяснению взаимосвязи между инкерманским и балаклавским монастырями. В отчетах о раскопках сотрудница Национального заповедника "Херсонес Таврический" Т.Ю. Яшаева предполагает, что "балаклавский монастырь Св. Георгия был очень крупным и значительным христианским центром, в окрестностях которого было расположено несколько скитов", один из которых, известный сегодня как пещерная лавра в Сарандинакиной балке, и представляет для нас немалый интерес.Точная дата его основания неизвестна, поэтому некоторые историки связывают возникновение монастыря с приходом турок. Монахи, бежавшие из Инкермана от притеснений со стороны мусульман, основали монастырь на новом месте. Но это могло произойти лишь после 1475 года — самая поздняя дата возникновения.

В 1993-1994 гг. силами студентов и преподавателей Св.-Тихоновского православного института совместно с Херсонесским музеем-заповедником (руководитель экспедиции Т.Ю. Яшаева) были проведены первые раскопки самого западного в Крыму пещерного монастыря в Сарандинакиной балке на окраине Севастополя. Исследованы храм, трапезная, притвор храма и пещерные помещения — часть большого комплекса келий, расположенных по обеим сторонам храма. Пещерная часть монастыря относится к последнему периоду его существования (XIV-XV вв.). Более ранние слои не были изучены из-за обвалившегося свода.

Из отчетов о раскопках в 1994-м и 1995 гг. комплекса в Сарандинакиной балке можно сделать вывод, что в непосредственной близости от Феолента существовал скит предположительно в XI-XIV вв. Комплекс сильно пострадал, но и сегодня можно говорить о том, что он был значительным.

После проведения раскопок монастырь был включен в описание православных святынь Крыма и его археологических памятников и негласно получил название "Храм с корабликом".

Этот комплекс особенно интересен настенными рисунками, сделанными его обитателями, и еще тем, что он находится в географическом центре Гераклейского полуострова, в границах которого расположен и современный Севастополь. Понимая, что в монастыре обитали монахи, искать надписи типа "здесь был Вася", ставшие столь привычными в наши дни, нет оснований, да и просто царапать стены никто бы не стал.

Среди христианских символов, таких как альфа и омега, крестов и особо впечатляющего изображения корабля с парусным вооружением, здесь есть и такие, которые отнесены к руническим, что вызывает сомнение: уж очень далеки христиане от варварских традиций! Ведь руны по определению — это тайные знаки языческих жрецов в Скандинавии, в Семиречье.

Группа таких символов на рисунке южной стены и представляет, на наш взгляд, немалый интерес. Прежде всего отметим четыре границы: верх, низ, восток и запад, внутри которых и расположен довольно интересный объект, действительно похожий на руны. Однако рассмотренный как элемент общей схемы, он предстанет как составные части свастики, широко используемой, кстати, в православных орнаментах. Более того, часто встречаемой на полу храмов строго под основанием креста на главном куполе! В различных философских школах свастику рассматривают как графическое описание вращения в двух направлениях — по и против часовой стрелки, разделяя их, соответственно, на левую и правую. При этом левая свастика считается знаком изливаемой благодати, а правая — знаком господства и управления, что привносит в символику и моральный оттенок.

Но что же хотели сказать авторы этого рисунка глубиной и шириной в палец тем, кто будет рассматривать его спустя не одно столетие (в противном случае не имело бы смысла прорезать его в камне), то есть нам, потомкам?

В современной науке не представлен раздел, посвящённый мистическому символизму. Поэтому нет ни традиции, ни чётких правил чтения, что лишает нас возможности привести строго научное тому обоснование. Однако, глядя на камень или на собаку, например, достаточно сказать, что это такое. Просто. Без доказательств. Это всем понятно. В рассматриваемом случае дело обстоит сложнее: отсутствует общепризнанная терминология, разъясняющая, что есть что, а такие способы познания, как наитие и откровение, присущи лишь адептам религиозно-философских направлений. И, видимо, мы вправе утверждать, что рисунок, сделанный на стене храма вблизи алтаря, был оставлен старшими лишь потому, что имел и в их понимании высокую значимость и нес печать откровения. Откровения о чём? Скорее всего, на мой взгляд, о динамике развития данного района, о динамике перемен.

Нам представляется, что процарапанная вблизи алтаря свастика указывает на расцвет региона в будущем, но лишь при условии решения духовных проблем и вопросов управления. Так или примерно так действует закон развития и существования нашего региона, символично начертанный на стенах древнего монастыря средневековыми монахами. И этот закон справедлив для любого отрезка времени, поскольку в его сути лежит простая формула: наличие прочной основы — снизу, духовная свобода в рамках вселенских законов — сверху, процесс обновления, происходящий с востока на запад, обеспечивающий движение с юга на север. По этому закону христиане осеняют себя крестным знамением, почитая его незыблемым и непреложным, а значит — святым. Вполне возможно, настенный рисунок описывает именно процесс духовного развития человека, ставшего на путь христианства, но в таком случае он же справедлив и для всей его деятельности. Отсутствие в регионе подобных изображений на стенах иных сооружений, скорее, свидетельствует о его не случайном, а осмысленном создании, именно в этом, находящемся в самом центре Гераклеи месте.

История свидетельствует, что здесь может существовать либо военный гарнизон, либо сообщество равных, живущих единым для всех религий законом граждан, — третьего не дано. В первом случае — военная дисциплина и порядок, во втором — процветание экономики, науки и культуры. Не случайно из этих мест, из свободолюбивого Херсонеса, на Русь пришел и свет христианского учения. Отсюда следует ожидать и нового подъёма христианской науки, способной умиротворить религиозные противоречия и конфликты. И потому есть смысл говорить о необходимости построить религиозно-храмовый комплекс над остатками этого монастыря, который, подобно собору Св. равноапостольного князя Владимира в Херсонесе, позволит сохранить, что осталось, и может стать главным собором, в котором правители города могут принимать присягу и приносить клятвы при вступлении на пост…

А пока, несмотря на то, что монастырь включен в описание православных святынь Крыма и его археологических памятников, он продолжает оседать, гибнуть под горами сваливаемого мусора и от незаконных застроек. Такая же печальная участь постигает у нас и другие бесценные памятники, которые грабят, разоряют, распиливают на части, губят под застройками и горами мусора или просто вывозят на свалку. Пример тому — античная дорога вблизи бухты Круглой. От нее остались одни ворота…

О какой культуре или о каком православии в таком случае может идти речь в обществе "Иванов, родства не помнящих"?

Другие статьи этого номера