Грезы Мартыновского оврага

Овраг этот находится в стороне от бойких туристских троп. Он не обойден красотой, а вдобавок еще наделен и глубинной исторической памятью. Мартыновский овраг не таится от любознательного путника, не скрывает своего прошлого. Если есть у него душа, то она нараспашку. Смотри только да слушай.Историк, краевед подтвердят: в 1854 году француза, британца, турка, сардинца в Севастополе ожидали с моря. Откуда же еще? Он и высадился с моря, но у Евпатории. А на город-крепость двинул с суши, где его меньше всего ожидали. Совсем худо было бы, если бы не талант генерала Э.И. Тотлебена. В спешном порядке ему пришлось укреплять город.

Думаете, урок Крымской кампании был усвоен? Очень слабенько, на троечку. В 1941-м немца откуда ждали? Снова с моря. Детишек из Симферополя собрали и разместили в присивашских селах и поселках — в тех местах, которые враг подмял первыми. На счастье, объявились последователи Э.И. Тотлебена. Начальника инженерных войск Приморской армии полковника Гавриила Кедринского так и называли: "Наш советский Тотлебен". Родившийся в 1897 году, к началу Великой Отечественной Гавриил Кедринский успел поучаствовать в Первой мировой войне, в Гражданской, сражался в Испании, крушил линию Маннергейма в Финляндии, совершил освободительный поход в Бессарабию.

Приморцы яростно обороняли Одессу. Обескровленные части армии пришли в Севастополь морем. Не отдохнув, не пополнившись бойцами из резерва, вступили в схватку с врагом на просторах крымской степи. Но силы были неравными. Не без труда приморцы отошли к Севастополю. Прорвались в город по горным дорогам, чудом не растеряв в пути тяжеленные артиллерийские комплексы.

На короткое время Мекензиевые горы стали первым местом дислокации 25-й Краснознаменной ордена Ленина стрелковой дивизии имени В.И. Чапаева. Но где-то в середине октября 1941 года командующий Приморской армией генерал Иван Петров распорядился разместить штаб дивизии в брошенных пещерных храмах Инкерманского монастыря Святого Климента.

Бойцы-приморцы, особенно воины 25-й Чапаевской, любили Ивана Ефимовича. Ни кто иной, а именно Петров командовал дивизией под Одессой.

Итак, штаб чапаевцев в Инкермане, но потребовался КП — командный пункт у передовой. Полковник Гавриил Кедринский лично отправился на поиски подходящего места. Он проделал немало километров вдоль линии обороны. Свой выбор Гавриил Павлович остановил на верховьях мартыновского оврага. Если же быть еще точнее, то на открывшемся его взору гроте Карани Коба. В глаза опытного фортификатора бросились его плавные линии, глубина, сферические своды. В пяти минутах ходьбы от грота журчал источник Ташаран Чокрак. Поднявшись к нему, чтобы утолить жажду, Гавриил Кедринский заметил на противоположном склоне еще один грот, но несколько поменьше. Карани Коба был так задрапирован "маскировочной сеткой" веток деревьев, что КП не был виден не то что с воздуха, а с расстояния 20 метров. Соседний же грот немецкие стервятники принимали за КП, о чем тоже побеспокоился Гавриил Павлович. Вот на ложный командный пункт немец и сыпал с неба бомбы, на него корректировал огонь своих батарей.

Начальник инженерных войск приморцев был непоседлив. 15 января 1942 года он совершал очередной объезд позиций армии. По привычке поднялся к Ташаран Чокрак. Уж больно нравилась полковнику вода источника. А тут начался очередной налет немецкой авиации на ложный командный пункт. В его скальный лоб угодила полутонная бомба. Ухнуло так, что осколок сразил находившегося почти в полукилометре Гавриила Кедринского.

Похоронили Гавриила Павловича тут же, недалеко от источникаю. В мирном 1952 году прах "советского Тотлебена" был перезахоронен на кладбище Коммунаров.

Откроем на нужной странице вторую книгу двухтомника Геннадия Ванеева "Севастополь. 1941-1942. Хроника героической обороны". Автор представил легендарную эпопею в фактах день за днем. Нас интересует, как в своем труде Геннадий Иванович отразил 24 марта 1942 года. "Противник редким ружейно-пулеметным огнем обстрелял позиции защитников Севастополя, а тяжелой артиллерией — селения Новые Шули, Инкерман, дорогу Инкерман — Севастополь и Северную бухту", — говорится в книге.

На первом абзаце и остановимся. Именно эти населенные пункты были включены в зону действия приморцев, в том числе и 25-й Чапаевской стрелковой дивизии. Но о ней — ни слова. Хотя чапаевцы заслуживали упоминания в хронике. И не только в книге Геннадия Ванеева, но и в огромнейшем томе увеличенного формата в 855 страниц "СССР в Великой Отечественной войне. 1941-1945. Краткая хроника", выпущенном в 1970 году в Москве военным издательством Минобороны СССР. Но и в Москве день 24 марта 1942 года отражен без упоминания 25-й Чапаевской стрелковой дивизии.

Между тем случай стоил того, чтобы увековечить для потомков событие, которое пришлось на тот весенний день. По традиции, ежегодно 24 марта чапаевцы отмечали день рождения дивизии. На 24 марта 1942 года пришлась ее 24-я годовщина. Накануне состоялось торжественное собрание, посвященное этой дате. На нем присутствовали командующий Черноморским флотом и Севастопольским оборонительным районом адмирал Ф.С. Октябрьский, командующий Приморской армией И.Е. Петров и другие военачальники.

Но в традиции чапаевцев были еще военные парады в день рождения дивизии. Не отказались они от этого правила и в условиях фронта. Но где на сей раз проводить парад? Лучшего места, чем Мартыновский овраг, трудно было найти. Это в полутора километрах от переднего края. Нет нужды отвлекать бойцов от него куда-то дальше.

Командовал парадом командир 25-й Чапаевской дивизии генерал Трофим Коломиец, принимал парад Иван Петров. Адмирал Филипп Октябрьский распорядился, чтобы на время проведения парада небо над Мартыновским оврагом прикрывала шестерка истребителей.

Севастополь обороняли лишь две полнокровные кадровые дивизии. Остальные формировались бойцами призыва военных лет. В 25-й Чапаевской вместо одного было два артиллерийских полка, были также разведывательный батальон и другие подразделения. Соединение состояло из 7-8 тысяч бойцов. 40 процентов состава дивизии, как пишет в своих воспоминаниях генерал Трофим Коломиец, приняли участие в военном параде. Воины шли в шеренгах с оружием в руках. Большая часть взводов и рот тут же отправлялась в окопы.

Согласен, масштабы далеко не те, но военный парад 24 марта 1942 года в Мартыновском овраге напомнил военный парад 7 ноября 1941 года в Москве на Красной площади в честь 24-й годовщины Великого Октября. 24-я годовщина революции в 1941-м и 24-я годовщина дивизии в 1942 году. Да, масштабы не те, но по эмоциональному воздействию на бойцов события в Москве и в Мартыновском овраге равны.

Проходя по дну Мартыновского оврага, я пытался угадать, какая именно поляна стала местом проведения военного парада. Поляны отвергались одна за другой. Да вот же она — у самого грота Карани Коба, где размещался командный пункт.

Почти в центре поляны огромное дерево. Сейчас в его тени устраивают пикники, останавливаются на отдых редкие путники. Если это дерево было в войну, то рядом с ним, как рассказывают в своих воспоминаниях очевидцы, стояла полуторка, борта которой были обтянуты кумачом, — трибуна. На ней стоял генерал Иван Петров. Руку держал под козырек. Время от времени Иван Ефимович поглядывал на небо. В тот день была низкая облачность. Погода не благоприятствовала для нанесения противником авиаударов. К тому же вверху появлялись наши истребители.

Короткая тропинка привела к гроту. Мощное творение природы. Пустоты поменьше есть выше на скале. Они тоже могли служить бойцам укрытием.

Искусственная пещера: ни дать ни взять — комната. Не древний ли храм? Археологи свидетельствуют, что в Карани Коба была церквушка VIII века. Но эта пещера правильной прямоугольной формы уж больно нова, если судить по окраске стен. Вот и ниша, как в древних храмах для иконок и Святого писания.

Назначение искусственной пещеры мне раскрыл севастопольский краевед Евгений Мельничук. Скажу, как понял. Пещерку правильной формы выдолбили наши бойцы, чтобы разместить в ней политотдел. Ну чем не храм, только советской "епархии"?! Наверняка были там и "образа" — портреты коммунистических вождей. А вот ниша зачем? Видимо, для коптилки — гильзы снаряда с фитилем.

Рядом с гротом — следы землянок. В них жили саперы, связисты, разведчики…

В наши дни источник Ташаран Чокрак называют еще именем покровителя воинства Георгия Победоносца. В скалу вмурован образок с изображением святого на коне. Копьем он поражает змия. Буквально рядом с гротом Карани Коба, достаточно пересечь дорогу, в кустах находишь массивные обросшие мхом плиты с крестами. Полтора столетия назад здесь хоронили павших героев Крымской кампании. Следовательно, чапаевцы сражались здесь в период обороны Севастополя под молитвенной защитой Георгия Победоносца и русских витязей — своих славных предшественников.

Сейчас трудно с точностью назвать ноябрьский день 1941 года, когда у Карани-Коба был развернут командный пункт 25-й Чапаевской стрелковой дивизии. Зато точно известно, когда под натиском превосходящих сил противника наши воины были вынуждены отступить, — 28 июня 1942 года, то есть менее чем за неделю до трагедии на мысе Херсонес. Немец уже взял Инкерман, частично Сахарную Головку. Свободной пока оставалась узкая перемычка, разделяющая Мартыновский овраг и урочище Кара-Коба. Через Сахарную Головку чапаевцы достигли Карани и пробились на мыс Херсонес вместе со своими пятитонными гаубицами с пустыми ящиками для боеприпасов. Бойцы были уверены, что на Херсонесе найдутся снаряды и они еще повоюют с врагом. Снарядов не нашлось.

За время обороны Одессы и Севастополя 25-я Чапаевская стрелковая дивизия из-за понесенных ею огромных потерь четырежды поменяла свой личный состав. Уцелевшие солдаты и офицеры, пока были на ногах, использовали малейшую возможность для посещения мест сражений чапаевцев. С особым волнением и трепетом они посещали грот Карани-Коба, где почти в течение семи с половиной месяцев базировался командный пункт дивизии, где под носом у врага состоялся ее военный парад.

Одну из таких поездок для гостей в начале 70-х устроил Евгений Мельничук, упоминавшийся уже в этом очерке. Тогда вместе с ним, офицером Черноморского флота, к гроту отправились бывший начальник особого отдела 25-й Чапаевской дивизии Жеглов (четыре ордена Красного Знамени на груди), в прошлом военный водитель Безрук, начальник политотдела времен войны Блохин, батальонный комиссар 54-го полка Рындин. Вчерашние воины плакали, вспоминая эпизоды, связанные с Мартыновским оврагом. Было решено к скальной стене грота Карани-Коба прикрепить мемориальную доску с соответствующим текстом. Славная получилась доска. Из бронзы. В 90-е годы она исчезла. Вандалы надругались и над памятником на месте бывшего захоронения Гавриила Кедринского, и на кладбище времен первой обороны Севастополя. Кстати, сравнительно недавно мы отмечали 150-летие завершения Крымской кампании. К этой дате обновили или построили заново памятные знаки и англичанам, и французам, и туркам, и сардинцам, но только не русским в Мартыновском овраге.

Но не все так плохо. Инкерманские виноделы обновили дощечку на памятнике на места гибели Г.П. Кедринского. А в конце июня этого года на месте утраченной бронзовой доски на стене грота Карани-Коба появилась новая. С идеей этой акции выступил Евгений Мельничук. А саму доску изготовили на предприятии "Таврида-электрик" хлопотами его работника Вячеслава Горелова. В тексте мемориальной доски сказано и о командном пункте 25-й Чапаевской дивизии, и о ее параде мартовским днем 1942 года.

На церемонии открытия доски присутствовали руководители ветеранских организаций Инкермана. Они договорились собираться на этом святом месте ежегодно 24 марта — в день памятного парада.

Другие статьи этого номера