Художник-моряк

В коллекции Севастопольского художественного музея имени М.П. Крошицкого хранится много интересных, но зачастую незнакомых посетителям произведений. Недостаточное количество выставочных площадей, к сожалению, не позволяет представить все их в постоянной экспозиции, и сотрудники музея по мере возможности пытаются восполнить этот пробел.Мы живем в морском городе. Городе, который своим рождением обязан флоту. Поэтому сегодня хотелось бы вспомнить об одном замечательном мастере, художнике, создавшем свое-образную живописную летопись русского военного флота, — Алексее Петровиче Боголюбове (1824-1896).

Наследие А.П. Боголюбова огромно, но мало изучено. Его картины хранятся почти во всех музеях СНГ и за рубежом. В коллекции Севастопольского художественного музея представлено шесть работ мастера. Это украшающее постоянную экспозицию "Кораблекрушение", а также "Вечер на взморье. Петергоф", "Корабли на море", "Пристань", "Судно возле пристани" и "Парусные суда у Сен-Валери". Все произведения относятся к разным творческим периодам. Несмотря на разнообразные стилистические манеры, в них чувствуется профессиональное владение техникой и умение передавать сложные состояния в природе. Художник досконально воссоздает различные проявления морской стихии: море у него то тяжелое, свинцово-серое, то бурное и непокорное, бьющееся о борт корабля, то величественное и безбрежное, насыщающее воздух влагой и слепящим блеском волн…

Алексей Боголюбов родом из очень уважаемой семьи: его отец, полковник П.Г. Боголюбов, был ветераном Отечественной войны 1812 года, мать, Ф.А. Радищева, — дочерью известного писателя-революционера екатерининских времен. Семнадцати лет от роду Алексей окончил Петербургский морской кадетский корпус со званием мичмана. Еще в стенах училища у него проявился большой интерес к рисованию, который все более возрастал во время продолжительных заграничных походов, дававших богатый материал для впечатлений.

Прослужив адъютантом у адмирала А.А. Дурасова, Боголюбов в числе лучших был приписан к императорской морской яхте-фрегату "Камчатка" для сопровождения зятя Николая I герцога Максимилиана Лейхтенбергского на о. Мадейру. Будучи президентом Академии художеств, герцог проявил интерес к увлечению молодого офицера и посоветовал ему серьезно заняться живописью. "Вместо того чтобы быть посредственным офицером, — говорил он, — лучше будьте хорошим морским художником, знатоком корабля, чего у нас в России сейчас нет, а эта специальность лежит в вашем образовании". Позднее, благодаря его содействию и несмотря на возрастной ценз, Боголюбова принимают в академию с оставлением во флоте, т.к. других средств к существованию, кроме тех, что давала морская служба, у него не было.

В академии юноша делает большие успехи. Уже через два года он получает малую золотую медаль, а еще через год — большую золотую медаль. Наряду с видовыми пейзажами молодого художника очень привлекала батальная живопись, возможно, поэтому в свое время он выбрал мастерскую знаменитого баталиста Б.П. Виллевальде.

К 100-летию Морского корпуса Боголюбов создает одну из первых своих батальных картин — "Афонское сражение 19 июня 1807 г.", а начавшаяся в 1853 году Крымская война дает новый материал для будущих произведений. Художник издает "Альбом подвигов Черноморского флота в 1853-1854 годах" и получает заказ от Николая I — исполнить 7 больших полотен из истории Крымской войны. В это же время его назначают художником Главного морского штаба.

Но к выполнению задания Боголюбов приступает не сразу. По академическим правилам, он на несколько лет должен был отправиться в Европу в пенсионерскую поездку (за казенный счет) с целью повышения своего профессионального уровня. С 1854-го по 1856 год художник посетил Францию, Италию, Германию, Швейцарию, Голландию, Турцию. Там он продолжил обучение у известных мастеров. В доме Л. Изабе Боголюбов познакомился с передовыми представителями французской пейзажной живописи, именуемыми "барбизонцами": К. Коро, Ш. Добиньи, П. Деларошем и другими. Это были мастера, которые впервые начали работать на открытом воздухе — на пленэре. В своих работах они пытались передать различные состояния природы, вибрацию света и воздуха, предвосхитив тем самым поиски импрессионистов.

Памятуя о царском заказе, осенью 1856 года Боголюбов отправляется на Дунай. Там он пишет натурные этюды для батальных сцен, изучает планы сражений, разговаривает с очевидцами. Работать было нелегко: война едва отгремела, и обстановка повсюду была еще очень неспокойной. Результатом этой поездки стали такие работы, как "Истребление турецкой эскадры при Синопском рейде", "Бой парохода "Владимир" с турецким пароходом "Перваз-Бахри", "Синопское сражение 18 ноября 1753 г.", и др. Александр II купил все представленные полотна, щедро за них заплатив; художник же составил себе славное имя, которым "честно жил до конца своих дней".

В 1861 году Боголюбов был утвержден в звании профессора "морских видов" и получил новый заказ царя — написать историю морских сражений времен Петра Великого. Эту работу он окончил лишь спустя 11 лет. В отличие от цикла, посвященного Крымской войне, где художник достаточно сухо и многословно воспроизводил историко-документальную правду, здесь он достигает поразительного мастерства в передаче сложных цветовых нюансов, воздушной перспективы, добивается удивительного композиционного единства на холсте огромных размеров. Правда, Боголюбов не обладал той мощью, которая была присуща его старшему современнику — И.К. Айвазовскому, художнику-импровизатору, создававшему свои работы только по памяти, без использования этюдов. Боголюбову были чужды эффектные преувеличения маэстро, чужды и его ошибки. Картины Боголюбова хорошо обдуманы и тщательно исполнены. Моряк по образованию, он прекрасно знал строение судов и не допускал дилетантских просчетов в их изображении.

С течением времени в живописи художника начинают преобладать реалистические тенденции. С 1871 года он принимает участие в выставках передвижников. Правда, идейных позиций последних Боголюбов не разделял: программа национального искусства, отражавшего животрепещущие социальные темы, в целом была ему чужда. Тем не менее в дальнейшем он становится одним из самых деятельных членов правления товарищества, умело используя свое положение, связи и авторитет в официальных кругах для дела передвижничества.

Глубокая связь между художником и передвижниками выразилась и в том, что по его инициативе был создан первый провинциальный музей для всеобщего посещения — Саратовский художественный музей им. А.Н. Радищева, а при нем — рисовальная школа. "…Я хотел оставить по себе память, возвышая втоптанное в грязь имя деда… С другой стороны, я всегда думал, что каждый гражданин в моих условиях обязан отдать все свое имущество родине, дабы возвысить образовательное дело юношества". Для России той поры это было событием исключительным (для сравнения: Третьяковская галерея была еще частным собранием, двери же Русского музея в Санкт-Петербурге открылись лишь спустя 13 лет). Этот музей стал одним из важнейших культурных центров Саратова, а также колыбелью для целой плеяды молодых дарований, вошедших в историю русского искусства как "мастера саратовской школы" (П.В. Кузнецов, В.Э. Борисов-Мусатов, К.С. Петров-Водкин и др.).

Прогрессивные устремления Боголюбова, преданность русской культуре определили и его общественную позицию во Франции, где художник прожил почти четверть века. Вынужденный покинуть родину из-за серьезной болезни сердца, он оставался за границей до конца своих дней, но почти каждое лето приезжал в Россию. В парижской мастерской Боголюбова постоянно собирались передовые русские художники. Здесь бывали И.Е. Репин, В.Д. Поленов, В.В. Верещагин, М.М. Антокольский, велись беседы об искусстве, обсуждались новые произведения И.С. Тургенева, декламируемые самим автором; в доме Полины Виардо проводились музыкальные вечера… Алексей Петрович оказывал моральную и материальную поддержку всем нуждавшимся и даже организовал в Париже "Общество взаимного вспомошествования русских художников".

Благодаря его усилиям вся Европа узнала имена выдающихся русских мастеров второй половины XIX века и вынуждена была признать ту огромную роль, которая отныне принадлежала русскому искусству в мировом художественном процессе.

Другие статьи этого номера