За кисеей облаков

В дальние пешие прогулки лучше отправляться в непогоду. В этом случае природа предстанет новой, неожиданной и величественной.На третий день после встречи Нового года в Терновке потрескивал морозец. Какая же обстановка сложилась там, на Мангупе? Величественная гора хранила молчание. Макушки ее мысов плотно заволокли клубящиеся облака. Что скрывают они?

Подъем на плато по самой короткой, но достаточно крутой тропе давался нелегко: подводили под ногами плоские обледенелые камни. Настал момент, когда облака скрыли от глаз долину, не обозначив еще отвесные обрывы горы. Ступали вперед и вверх в сплошном "молоке".

Мангуп в этот день явился не взору, а слуху: сквозь белесую пелену пробились слова молитвы. Ее читал послушник в заоблачном Благовещенском мужском монастыре. Под подошвами ботинок уже похрустывал снежок. Тем не менее на склоне паслись четыре лошади. Вначале в тумане казалось, что это фигуры людей в дождевиках до пят.

Заиндевелая лесенка вывела, наконец, на плато. Сразу дружно, не сговариваясь, мы выдохнули: "Ах!" И было чем восхититься. Облако — сонм мельчайших капелек влаги. Они садятся на ветки кустов, деревьев, на траву и тут же превращаются в иней. Сказочный вид!

Руины дворца-донжона у основания Дырявого мыса — главная достопримечательность средневекового городища, столицы бывшего известного в Европе государства — княжества Феодоро. Князь Алексей — самый выдающийся его повелитель. Он правил княжеством более трех десятков наиболее успешных лет. При нем построен октагон — восьмигранный храм у парадного входа в донжон, новый дворец по соседству с базиликой Константина и Елены.

Межгосударственные союзы в то время закреплялись династическими браками. Мангупских княжен отдавали замуж за монархов европейских стран. Уже не Алексею, а одному из его наследников, Исааку, московский дипломат Алексей Старков "имел приказание вручить дары… и разведать… сколько тысяч золотых готов сей владетель дать в приданое за своею дочерью, которую он предлагал в невесты сыну великого князя Иоанна Иоановича" (Карамзин).

В феерический зимний день дворец-донжон в клубящихся облаках казался привидением. Покорившие столицу феодоритов турки устроили в донжоне тюрьму для пленников и заложников. С той поры окна верхнего этажа заложены. И словно сквозь оставленную щелку пробивается голос русского воеводы Василия Грязного, хотя слова его ложились на бумагу в письме великому князю о том, что хан крымский "…меня отослал в Манкуп, да мало велел ести давати: только бы твоя государьская милость застала душу в теле, ино было с голода и с наготы умерети. Хотя умерети за Бога да за тебя меня-то не страшит, а страшна мне твоя государева опала". Великий князь московский выкупил воеводу за 2000 рублей после почти тридцатилетней жестокой неволи.

В 1453 году под натиском турок пал Константинополь. В течение 22 лет Феодоро признавали правопреемником канувшей в Лету Византии. На государственных символах княжества видное место отводилось двуглавому орлу. Как только и на Мангупе воцарился завоеватель, двуглавый орел обрел место на гербе России.

За толстыми стенами твердыни томились пленные польские магнаты. Не миновал их и заложник Тимош — сын Богдана Хмельницкого.

Свыше тысячелетия не смолкала молитва под гулкими сводами базилики Константина и Елены — самой крупной в горном Крыму. Ее руины и сейчас поражают былым величием, а от вознесенных к Богу слов — устоявшимся теплом и светом. Летом после захода солнца все вокруг поглощает кромешная тьма, а здесь, у базилики, светло. И в этот зимний день космы облаков обошли старый храм стороной. Могло показаться, что кто-то включил невидимые светильники.

От обильного инея добавилось седин у крепостных стен и башен, у вырубленных при владычестве хазар в материковой скале тарапанов — винодавилен. Все вокруг белым-бело.

На следующий день (как бы не с Мангупа) зима совершила короткий набег на Севастополь. Но тут же под натиском тепла она стремительно отступила, на сей раз дальше-на Роман-Кош, Ай-Петри и Чатыр-Даг. Но Мангуп рядом. Нынче Новый год на горе встречали около 70 человек. Не обойдется здесь без гостей и на старый Новый год. Вполне возможно, что вместе с ним снова придет зимняя сказка с только этому месту присущими былью и небылью.

Другие статьи этого номера