Как обретают читателей

Литературно-исторический альманах "Севастополь" в 2009 году.
В городские библиотеки поступили 36-й и 37-й выпуски литературно-исторического альманаха "Севастополь" за истекший 2009 год. Предметом осмысления его авторами явились темы происходящих в обществе событий, а также то, что представляется главным, — духовный мир современников. Эти произведения вызывают повышенный интерес.

1.<br>

Наступивший год — год 65-летия нашей Победы в Великой Отечественной войне. Созвучна юбилейной дате сравнительно новая рубрика альманаха &quot;Севастопольская классика&quot;. В 36-м номере &quot;Севастополя&quot; под этой рубрикой помещена подборка стихотворений Ольги Берггольц. Два из них озаглавлены одинаково — &quot;Севастополь&quot;.<br>

…Он встанет опять из развалин своих.<br>

Нет, только не плачь,<br>

— Мы не чтим его память,<br>

И этой минуты великая тишь<br>

Затем, чтоб сказать:<br>

— Севастополь, ты с нами,<br>

Ты с нами, Ты бьешься, Ты победишь.<br>

Эти строки написаны поэтессой в сражающемся Ленинграде летом 1942 года — в роковые для Севастополя дни. Остальные стихотворения маститого автора вышли из-под его пера в разные годы по не менее значимым в истории города-крепости поводам.<br>

На позднюю осень прошлого года пришлось 90-летие со дня рождения Николая Тарасенко — участника обороны родного ему Севастополя от фашистских захватчиков. В свое время Николаем Федоровичем созданы произведения о войне, героизме наших воинов — это стихи и поэма. Поэт также черпает вдохновение, темы из кладезя периода античности, истории Херсонеса.<br>

В 37-м номере альманаха под рубрикой &quot;Севастопольская классика&quot; помещена подборка стихотворений юбиляра, от которых веет ароматом ветров глубокой древности.<br>

…Вдруг обнаружится, что боги были заняты,<br>

И торсы рушатся, трамбуются в фундаменты,<br>

И ветры буйствуют, и вдаль плывет Улисс…<br>

Все богохульствуют, а ты один молись.<br>

Подборку стихов Николая Тарасенко предваряет теплое поздравление редколлегии &quot;Севастополя&quot; в связи с замечательной в его жизни датой: &quot;Редколлегия поздравляет постоянного автора альманаха, активного члена редколлегии с событием, столь знаменательным. Ждем новых стихов, новых повестей и рассказов. Новых книг. И да пусть умножатся ряды благодарных читателей!&quot;<br>

Блоки поэтических произведений в 36-м и 37-м номерах составлены известным севастопольским поэтом Борисом Бабушкиным. Одних только авторов в двух последних книжках альманаха представлено свыше 25. И каких! Николай Ярко, Мария Виргинская, Владимир Губанов, Людмила Гусельникова, Юрий Бобылев, Андрей Агарков, Людмила Непорент, Виталий Фесенко… Скорее всего, более сотни их произведений могли бы составить мини-антологию рожденной в Севастополе поэзии, где были бы широко представлены произведения гражданского звучания, лирика, сатирические стихи и стихи, адресованные детям. Строк образных, строк-открытий, строк обнаженных, то есть того, имя чему Поэзия, так много, что теряешься. Ведь в этих заметках надо бы привести что-то в качестве примера.<br>

Несколько раз листаю книжки альманаха с первой страницы до последней и обратно.<br>

Я крикнула: &quot;Деда! Не смей! Из огня<br>

Не выйти живым! <br>

Лучше жизни отведай!&quot;<br>

А он мне ответил: &quot;Иду за Победой,<br>

А ты проживи эту жизнь за меня&quot;.<br>

Людмила Гусельникова. (&quot;Я деда не знала&quot;).<br>

Вор успешный — сегодня кумир,<br>

И везде то реклама, то ценник…<br>

Вряд ли я изменю этот алчущий мир,<br>

Но и он меня вряд ли изменит.<br>

Николай Ярко.<br>

2.<br>

В 36-м номере альманаха помещены в чем-то исповедальные заметки Виктора Лановенко &quot;Дорога к читателю&quot;. В них он, в частности, пишет: &quot;Хочется обрести читателей сейчас, сегодня. Хочется обратной связи, чтобы убедиться — наша &quot;нетленка&quot; стоит того, чтобы и завтра, и послезавтра садиться за стол и работать не покладая рук. Поэт без похвалы умирает&quot;.<br>

Смею сказать, что творческое небытие Виктору Лановенко не грозит. Есть немало свидетельств признания его литературного дарования. Так, в свое время в &quot;толстом&quot; журнале &quot;Дальний Восток&quot; публиковались его повести и рассказы. В течение шести лет на подмостках Камчатского областного драмтеатра шел спектакль по его пьесе (комедии) &quot;Когда я была мужчиной&quot;.<br>

Севастопольский автор идет в ногу с временем. Сравнительно недавно его рассказ &quot;Очарованная даль&quot; был признан лучшим на конкурсе, проводимом на сайте &quot;Самиздата&quot;. <br>

&quot;После этого, — пишет Виктор Лановенко, — я осмелел настолько, что отправил другой свой рассказ &quot;Проездом&quot;… на международный конкурс &quot;Перекресток-2009&quot;. Угодил в шорт-лист… По Интернету прислали диплом из Дюссельдорфа&quot;.<br>

Уверен, и рассказу &quot;Бумажная стрела&quot;, опубликованному в этом же, 36-м номере &quot;Севастополя&quot;, будет сопутствовать успех. Главные герои произведения — Сергей Малышев и Лиза — вращаются в среде, в которой человеческие отношения подвержены серьезной деформации. Но сильнее жесточайших обстоятельств жизни явились вспыхнувшие глубокие чувства между Сергеем и Лизой — чувства, в которые они и сами не верили. Заключительные две неполные строчки замечательного рассказа Виктора Лановенко: &quot;Счастье&quot;, — успел подумать Малышев. Одной рукой он прижал Лизу к себе, а другой повернул руль влево. Чуть-чуть&quot;.<br>

Главные герои произведения погибают. Иной финал был бы вопреки художественной правде. Нам оставлен вопрос: есть ли место любви в мире, предельно прагматичном, с утраченными верными жизненными ориентирами?<br>

Поиском ответа на этот вопрос занят и Александр Волков — автор опубликованных в 36-м номере альманаха &quot;Современных историй&quot;.<br>

Кем-то верно замечено, что все мы родом из детства. В большую страну своего детства читателей &quot;Севастополя&quot; пригласила Людмила Непорент — автор повести &quot;Люка&quot;. Людмила Непорент — поэт. Читателям импонирует, когда обладатель поэтического дара берется за прозу. <br>

Произведение крупной литературной формы в 37-м номере &quot;Севастополя&quot; представлено романом Валерия Воронина &quot;Забытая тайна Феолента&quot;.<br>

Страницы раздела прозы альманаха также предоставлены редколлегией для публикации рассказов Сергея Ислентьева, Александра Грановского, Эдуарда Угулавы, Татьяны Ковалевской и других авторов.<br>

3.<br>

Рубрика &quot;История. Документы. Письма&quot;. В 36-м номере &quot;Севастополя&quot; под ней опубликовано сообщение Натальи Терещук и Елены Коротун под заголовком &quot;Улица Подгорная в документах государственного архива г. Севастополя&quot;. Это волнующий рассказ о севастопольцах различных национальностей и вероисповеданий, профессий и возрастов, но с одной общей горькой судьбой — стать жертвами бомбардировки в первые минуты Великой Отечественной войны.<br>

Следует отметить, что &quot;Слава Севастополя&quot; первой обратилась к теме, касающейся трагедии улицы Подгорной (в настоящее время — Нефедова). Наши авторы неоднократно возвращались к этой теме. Публикация в &quot;Севастополе&quot; сообщения сотрудников госархива показывает, что она неисчерпаема. <br>

События Великой Отечественной войны — все еще не затянувшаяся рана. События же 150-летней давности, Крымской кампании, — святая память, наша гордость за дела предков. В 37-м номере альманаха под рубрикой &quot;История. Документы. Письма&quot; помещен в переводе с французского текст брошюры, изданной в военной типографии Санкт-Петербурга по горячим следам первой обороны Севастополя под заглавием &quot;Крымская экспедиция. Рассказ очевидца&quot;. Очевидец этот, французский генерал, — значит, и автор брошюры. Он предпочел скрыть свое имя, но сохранить возможность сообщить соотечественникам голую правду, как она ему представлялась, о губительной для Франции военной кампании в Крыму, у стен Севастополя.<br>

Английские, французские историки и их коллеги из других стран обвиняли Россию в агрессивных замыслах. Удивительно, но этой позиции придерживались и некоторые видные специалисты России, позже — и Советского Союза. Россия и только Россия — зачинщица войны. Но французский генерал, имя которого до сих пор покрыто завесой тайны, пишет: &quot;В начале июля (1854 года. — Авт.) стали наконец поговаривать о Крымской экспедиции. Первая мысль о ней явилась не на Востоке (то есть не в России. — Авт.): ее задумали в Париже… В Лондоне негоцианты Сити и акционеры Ост-Индской кампании громко рукоплескали при одной мысли о взятии Севастополя и об истреблении русского флота в Черном море&quot; и далее: &quot;В Тюльерийском кабинете родилась мысль Крымской экспедиции. В уединении, согбенный над картой Крыма, не спуская с нее глаз, с циркулем в руке император (Наполеон III. — Авт.) проводил целые часы за составлением плана экспедиции…&quot; Россию можно упрекнуть разве что в ее излишней самоуверенности, в просчетах ее дипломатии.<br>

Свое повествование французский генерал завершает весной 1855 года, то есть до взятия Севастополя войсками союзников. Невольно поражаешься оперативности французских, а затем и русских издателей, с которой они старались донести версию очевидца событий войны широкой публике. Не тогда ли родилась концепция информационных войн? Текст брошюры стоил того, чтобы поторопиться с его публикацией. <br>

Автор не только свидетель, но и активный участник горячих событий на подступах к Севастополю: неизвестный французский генерал принимает участие в военном совете перед высадкой десантов. Если нападать, то как и где? Он отмечает нерешительность принца Наполеона, возражения лорда Раглана, решительность Сент-Арно, сомнения генерала Конробера. Это были наблюдения изнутри.<br>

В очередной раз редколлегия альманаха &quot;Севастополь&quot; (главный редактор Валентина Фролова) делает доступным для широкой публики хранимые за семью печатями раритеты по истории города.<br>

Верится, что и другие материалы, которые вошли в 36-й и 37-й номера &quot;Севастополя&quot;, найдут своего заинтересованного читателя. Обе книги альманаха — свидетельство того, что прошлый год был для литераторов города плодотворным.<br>

Другие статьи этого номера