"Жизнь пролетела, как один миг: 90 лет исполняется, а в душе по-прежнему чувствую себя молодой!"

Сегодня свой юбилейный день рождения отмечает ветеран войны, участник боевых действий Нина Федоровна Борщева

Досье<br>

Нина Федоровна Борщева родилась 23 марта 1920 года в деревне Калистово Тургиновского района Тверской области. Под Москвой участвовала в строительстве оборонительных сооружений, а затем была секретарем подпольного райкома комсомола в одном из районов Подмосковья. Награждена двумя орденами и 15 медалями. <br>

(Из книги &quot;Севастопольцы — защитники Москвы&quot;).<br>

СВИДЕТЕЛЬ СОБЫТИЙ ДВУХ ВЕКОВ <br>

В Севастополе Нину Федоровну Борщеву знают многие жители. В молодости &quot;комсомолка, активистка, просто красавица&quot; (как говорили герои кинорежиссера Гайдая), она и сейчас продолжает заниматься общественной деятельностью. <br>

&quot;Мама — трудоголик, фанатик своего дела, — говорит дочь Нины Федоровны Татьяна. — Она и нас приучила к дисциплине и обязательности. Даже выйдя на пенсию по возрасту, мама продолжала трудиться и окончательно ушла с работы лишь в 86 лет, а общественной работой продолжает заниматься и по сей день (Нина Федоровна — член городского и районного советов ветеранов, член президиума совета ветеранов — защитников Москвы. — Прим. ред.). Ее энергии и работоспособности можно только позавидовать!&quot; А ведь жизнь у Нины Федоровны, как и у многих ее сверстников, была непростой. <br>

— Родилась я во время Гражданской войны в семье бедняка, — рассказывает Нина Федоровна. — Нас было пять человек детей, а отец с войны инвалидом вернулся. Так что все хозяйство было на маме, а я, как старшая, ей помогала. В девять лет боронила, в десять — пахала, серпом жала, косой косила, цепами молотила… Словом, всю сельскохозяйственную работу на себе испытала. В 1934 году образовался колхоз, в котором мама была выбрана бригадиром. А меня отец отправил учиться: &quot;Ты — девчонка сообразительная, в колхозе тебе делать нечего, надо получать специальность…&quot; <br>

С плетеной корзиной (вместо чемодана) в руках 15-летняя Нина поехала поступать в библиотечный техникум в Подмосковье. Учиться надо было три года, но уже со второго курса учащихся задействовали в культпросветработе. <br>

— Тогда люди малограмотные были, и мы ходили после занятий по деревням, носили книги для обмена и организовывали там громкие чтения, — вспоминает Нина Федоровна. — Брали в основном произведения Пушкина, Лермонтова, Некрасова… А на производственную практику нас в Москву отправили, в библиотеку имени Пушкина. Тогда на областном совешании культработников мы воочию увидели Надежду Константиновну Крупскую — она была такой же, как на фотоснимках: скромная, небольшого роста, с седыми волосами, в длинной юбке… <br>

Попав по распределению на должность заведующей одной из подмосковных районных библиотек, Нина Федоровна принимала участие во всевозможных кружках самодеятельности. Бойкую девушку заметили и пригласили работать в райком комсомола. Потом назначили на текстильную фабрику воспитателем прибывших из детдома на работу 15-летних ребят, вместе с которыми она организовала санитарную дружину. Здесь их и застала война. <br>

&quot;ДО СИХ ПОР НЕ МОГУ ЗАБЫТЬ ПЕРВЫХ ПОГИБШИХ В ВОЙНЕ…&quot; <br>

— Первое боевое крещение мы получили уже в июле, когда начались налеты на Москву, — рассказывает Нина Федоровна. — Не все вражеские самолеты прорывались в столицу, поэтому бомбы немцы сбрасывали где попало, чтобы не возвращаться с грузом на аэродром. <br>

В нашем селе была железнодорожная станция. В тот день шел рабочий поезд, который фашисты разбомбили в пух и прах. Нам, санинструкторам, пришлось оказывать помощь пострадавшим… Первое впечатление было ужасным: нам, до этого жившим в мире, невыносимо было видеть висящие на проводах после бомбежки тела убитых, без головы, без рук, без ног… Отовсюду раздавались стоны раненых. Это произвело такое сильное впечатление, что до сих пор я не могу вспоминать об этом спокойно. Врачей было мало, поэтому первую помощь оказывали мы, девчонки. А фашисты на бреющем полете расстреливали нас из пулеметов…<br>

А дальше для Нины началась деятельность по партийной линии в Подмосковье. Поработав некоторое время на нелегальном положении секретарем подпольного райкома комсомола (помогала партизанам, вела разъяснительную работу с населением и т.д.), уже в феврале 1942 года она ушла добровольцем в армию и воевала до сентября 1945 года. <br>

— Время тогда суровое было, — говорит Нина Федоровна. — Когда я в автобате служила, нас часовыми ставили охранять автопарк. Одна девчонка стояла на посту, а когда пришло время смены караула, ее на месте не оказалось — исчезла вместе с машиной. Объявили тревогу. А потом одна из ее подруг рассказала, что пропавшая часто плакала: скучала по маме (девчонке-то всего 18 лет было). Оказалось, что беглянка самовольно взяла машину и поехала в свою деревню, но не доехала. Ее догнали по дороге… Дезертир? Дезертир! Посадили ее в Бутырку, судили и приговорили к высшей мере наказания. Это произвело на меня большое впечатление. Расстреляли ее или нет, я не знаю, но такой случай у нас был. <br>

Досье

«Счастливый День Победы в 1945 году лейтенант Борщева встречала в отдельном стрелковом полку, где была помощником начальника политотдела по комсомольской работе. После войны Нина Федоровна уехала работать в Крым. Будучи пропагандистом Симферопольского райкома партии, она с отличием окончила партийную школу, вместе с мужем (он также был участником боевых действий) работала в Ялте и Севастополе. Спустя годы Нина Борщева перешла работать в сферу службы быта, организовала профтехучилище, стала его директором… Сегодня Нина Федоровна продолжает трудиться на общественной работе. Ее ценят и уважают в коллективе за доброту, открытость, человечность…»

(Из книги «Севастопольцы — защитники Москвы»).

ВСЯ ЖИЗНЬ — В СЛУЖЕНИИ ЛЮДЯМ <br>

— Когда закончилась война, мне в Подмосковье было не к кому возвращаться, — продолжает рассказ Нина Федоровна. — Родители эвакуировались в Грузию, а потом переехали в Крым. К ним я и приехала после демобилизации. Встала на партийный учет, и меня сразу взяли на работу в райком партии пропагандистом… <br>

В Севастополь мы с мужем приехали в октябре 1953 года, с тех пор этот город для меня является родным. Более полувека он развивается на моих глазах, и мне больно видеть, что сейчас с ним происходит. Мы боролись за то, чтобы Севастополь был красивым и чистым, чтобы в нем жили отзывчивые люди. К сожалению, сегодня наш город чистотой не блещет, да и севастопольцы чаще всего думают лишь о себе… Лично мне очень хотелось бы, чтобы традиции Севастополя возродились, чтобы люди были добрее друг к другу и чтобы наш город по-прежнему был славным городом-борцом, городом-героем…<br>

Уже прощаясь, я не удержалась и поинтересовалась у Нины Федоровны, что нужно делать, чтобы не потерять вкус к жизни. <br>

— Прежде всего не быть равнодушным к окружающим, знать своих сотрудников, соседей, общаться с людьми, интересоваться тем, что происходит вокруг, — ответила она. — Лично я живу по трем принципам: не делаю зла окружающим, никому не завидую и не помню зла, прощаю обиды тем, кто их причинил. Поэтому у меня всегда хорошее настроение. Жизнь пролетела, как один миг: 90 лет исполняется, а в душе по-прежнему чувствую себя молодой! Для меня общественная деятельность — это жизнь, и если я могу помочь обществу, помочь людям — я это делаю. А если удается кого-то подбодрить, обнадежить, принести пользу, тогда и день прожит не напрасно…<br>

Досье<br>

&quot;…Нина Борщева готовилась в первый боевой рейс со своими подругами. В автомобильном батальоне аэродромного обеспечения служили в основном девушки. Большинству из них, окончивших ускоренные курсы шоферов и добровольно ушедших на защиту Москвы, было всего по 18-20 лет. В тот день вражеская разведка заметила колонну наших автомашин. В морозном небе появились самолеты. Борщева видела, как впереди от взрывов бомб вверх поднимались огненные султаны. Объезжая воронки, Нина вела машину к опушке леса, где была хоть какая-то надежда уцелеть. На ее глазах погибла подруга: после прямого попадания бензовоз Вали вспыхнул и разлетелся. Вражеский самолет, описав круг в небе, устремился на бензовоз Борщевой. Заметив это, Нина резко затормозила, и бомба разорвалась за несколько метров от машины. Взрывная волна коснулась кабины… Немецкие самолеты, сбросив боезапас на автоколонну, улетели. На дороге дымились несколько догоравших машин… Когда стемнело, автоколонна с топливом и боезапасами появилась на аэродроме…&quot;<br>

(Из книги &quot;Севастопольцы — защитники Москвы&quot;).<br>

Другие статьи этого номера