Николай Осеев. Удивительная судьба. Уникальные награды

Повод для встречи был не случаен. Николай Игнатьевич Осеев — контр-адмирал, один из самых уважаемых в нашем городе ветеранов, участник боевых действий в Великой Отечественной войне и обороне Севастополя. Из-за недомогания он не смог быть на торжественной церемонии награждения лауреатов общегородского форума "Общественное признание", который проходил в УКИЦ. Поэтому мы у него в гостях, в небольшой квартирке, что находится в тенистом дворике одного из домов послевоенной постройки на улице Гоголя. Вместе с Валерием Ивановичем Володиным, сопредседателем оргкомитета форума, договорились: награды ветерану — диплом с подписями руководителей двух ветвей городской власти (председателя СГГА и горсовета), а также знак лауреата — вручить ему дома. — Как самочувствие, Николай Игнатьевич? Хотим поздравить вас и побеседовать.

— Как принято говорить, все болячки "по возрасту". Но еще и немного волнуюсь. За что такая необычная награда от севастопольцев, ведь я в городе один из тысяч ветеранов войны?

— Вас представил к награждению комитет ветеранов Великой Отечественной войны и Вооруженных Сил от имени входящих в него 97 ветеранских организаций. В представлении, подписанном Анатолием Калиненко, указано: "За особые заслуги перед Севастополем, за личный вклад в Великую Победу в 1941-1945 гг., за многолетнюю общественную, военно-патриотическую работу", которую вы ведете в городе, являясь членом президиума этой уважаемой организации.

Расскажите, что означают для вас годы войны, ведь она пройдена вами вся — от первых дней до победного мая 1945-го! И еще: с вашей фамилии начиналась церемония награждения, звучала музыка, на экране высвечивались фронтовые фото и ваши награды, было сказано, что вы из первого комсомольского набора курсантов Черноморского военно-морского училища и что вы сегодня единственный в Севастополе, награжденный знаком особого отличия моряков — орденом Нахимова II степени.

— 22 июня 1941-го я встретил на выпускной преддипломной практике, которую мы проходили на пограничных и военных катерах Дунайской флотилии. В эту первую ночь войны фашисты после Севастополя бомбили и Измаил… Практика сразу же закончилась, через два дня нам присвоили звание "лейтенант", и мы встали в строй. Малые и сторожевые катера, на которых мы воевали, имели пушку, пулеметы, обладали отличной маневренностью и скоростью. Поэтому использовались и для стремительной высадки десантных групп, и для их прикрытия, и для конвоя при сопровождении транспортов и кораблей, и для уничтожения противника. Так было всю войну.

Сколько осталось из того нашего первого выпуска? Не скажу обо всех, а вот Павла Сиренко в Севастополе знают все, кто изучает и читает о войне на Черном море. Ведь он единственный из нас был награжден особым знаком отличия от союзников — от самого президента США! А моя команда на сторожевом катере вместе с остальными обороняла Одессу, конвоировала транспорты и корабли, сопровождала эвакуацию войск морем в Севастополь. А затем была оборона Севастополя, гибли друзья, тяжелораненых отправляли на Кавказ, оборона была оплачена большой кровью. Я остался жив и в строю.

После Севастополя наши катера базировались на Кавказе: в Поти, Туапсе, Сочи, Новороссийске. Дальше — тяжелейшие бои и потери в десантных операциях при высадках в Керчи и Феодосии, на Эльтигене. В Новороссийске целых 18 дней держались на Малой земле: под сплошным огнем с земли и с воздуха высаживали десантников, собирали раненых, подвозили боеприпасы и опять за все платили кровью.

А орден… Так я никаких особых подвигов не совершал. Его утвердили в 1944 году и наградили им в военно-морском флоте 452 моряков. У меня на ордене номер 292. На войне выполнял все приказы, старался, терпел вместе со всеми. При вручении ордена зачитали, что награжден за боевое обеспечение во всех десантных операциях черноморцев от Одессы до Новороссийска. Считаю, что как бы "по совокупности". Так что таких, как я, на в войне было много…

Николай Игнатьевич промолчал и не стал говорить об остальных боевых наградах. А ведь на его парадной тужурке, между тем, отблескивали еще два ордена Красного Знамени, два ордена Красной Звезды, орден Отечественной войны, медаль "За отвагу", дорогие сердцу медали "За оборону Одессы", "За оборону Севастополя", "За оборону Кавказа", "За Победу над Германией", ордена Богдана Хмельницкого — III и II степени.

— Войну закончил командиром дивизиона сторожевых кораблей. Места службы не выбирал, после Победы и возвращения в Севастополь служить пришлось и в румынском городе Констанца, и в Таллинне, и опять в Севастополе.

— На стене висит много старых, наверное, очень дорогих для вас и интересных фотографий. На них молодые, улыбчивые лица. Расскажите о них.

— Вот на этой, снятой на фоне всеми узнаваемого оперного театра в Одессе, я со своей супругой Нонной Павловной. Когда впервые встретились? В 1942 году, в Сочи, где тогда была наша база, а она, молодая эвакуированная из Москвы студентка, жила там с семьей тетки, которую тоже туда эвакуировали вместе с госпиталем. Поженились в победном 1945-м, тогда же и был сделан снимок.

В разговор вступает дочь — Ирина Николаевна:

— На этих старых фото почти все наши предки, в роду которых намешано много разных кровей. Вот в рамке лицо красивой дамы. Это наша бабушка по линии матери. Она была полькой… А это фотографии моей сестры Лены. У ее дочери растет сын, а у меня двое сыновей, у старшего — дочь Катя, вот они, правнуки, на нижнем фото. Так что папа у нас гордость и пример сразу для трех поколений Осеевых!

— А как сложилась служба после войны? Вернулись в Севастополь после освобождения города да так здесь и остались?

— У военных не так все просто. Пришлось послужить и в Констанце (Румыния), где базировалось соединение флота, затем — Балтика, на "арендованной", как сейчас говорят, военно-морской базе в Порт-Каллаудд (Финляндия), затем Таллинн, учеба в Военно-морской академии… И только через 10 лет, в 1956 году, вновь вернулся в наш Севастополь. Последняя должность — начальник оперативного отдела штаба Черноморского флота. Конечно, тоже было тяжело и трудно, но это совсем другое дело, чем война.

На врученном Николаю Игнатьевичу знаке лауреата форума "Общественное признание" — надпись "Потомству в пример!" Точно как на памятнике Александру Казарскому. Его жизнь действительно служит примером. Ведь он не только обладатель уникальной сегодня награды — ордена Нахимова II степени, но и единственный в нашем городе дважды награжденный почетным знаком "За заслуги перед городом-героем Севастополем"!

Долгих и счастливых вам лет жизни, дорогой наш ветеран!

Другие статьи этого номера