Рак щитовидной железы — не приговор

Если, наблюдая больного, врачи работают, как одна команда, он может прожить после операции еще 40 лет.
Рак щитовидной железы… Всем известно, что это опасная болезнь, но мало кто знает о том, что даже после операции по удалению щитовидки при надлежащей терапии можно прожить еще много лет. В Украине ежегодно регистрируется около 2,5 тысячи новых случаев заболевания раком щитовидной железы (РЩЖ). Эта проблема актуальна и для Севастополя. Так, если в 2008 году по всему Крыму (за исключением нашего города) было зарегистрировано 58 новых случаев заболевания РЩЖ, то в Севастополе за этот же период времени — 25. Чем опасна эта болезнь и как с ней можно бороться? Об этом мы попросили рассказать недавно посетившего Севастополь врача-реаниматолога Сергея КАРПЕНКО, представляющего фирму, выпускающую высокотехнологичные препараты для лечения РЩЖ.

О ЧЕМ "СИГНАЛИТ" ЗОБ?

— Проблема роста заболеваемости раком щитовидной железы актуальна для всех стран, а не только пострадавших от Чернобыльской катастрофы, — говорит Сергей Владимирович. — К сожалению, в группу риска попадает население Крыма и Севастополя. Несмотря на то, что вы живете у моря, а значит, имеете возможность потреблять богатые йодом морепродукты, все равно ежегодно выявляются новые случаи РЩЖ. Возможно, причина в том, что вы пьете горную воду, в которой мало микроэлементов. Поэтому в целях профилактики желательно употреблять богатые йодом продукты, йодированную соль (при кипячении йод испаряется, поэтому йодированную соль следует использовать для салатов. — Прим.).

— Можно ли распознать заболевание на начальной стадии? Каковы основные симптомы РЩЖ?

— Это сложный вопрос. У врачей есть поговорка: где зоб (увеличение щитовидной железы), там и рак. Но когда щитовидная железа увеличивается настолько, что опухоль определяется визуально, как правило, это уже запущенный случай. Поэтому, обнаружив в щитовидке небольшое уплотнение или узелок, необходимо сразу же идти к врачу.

Рак щитовидной железы — это раковая опухоль или её росток, расположенные в щитовидной железе. По статистике, рак щитовидной железы чаще встречается у женщин, чем у мужчин, и чаще у лиц среднего и пожилого возраста, чем у молодых. Однако в последнее время РЩЖ сильно "помолодел" (встречается у детей и подростков). Предрасполагающих факторов к его развитию много, и не всегда удаётся с точностью установить, что же привело к развитию болезни.

Существует несколько разновидностей РЩЖ. Наиболее часто (в 90% случаев) встречаются папиллярная карцинома и фолликулярная карцинома, которые группируются вместе и относятся к разновидностям высокодифференцированного рака щитовидной железы. Другие виды рака щитовидной железы — медуллярный, анапластический, карцинома клеток Хюртле, тиреоидная лимфома — являются более редкими разновидностями. Их течение характеризуется большей агрессивностью и злокачественностью. Послеоперационное лечение этих разновидностей значительно отличается от терапии высокодифференцированного рака щитовидной железы.

Рак щитовидной железы часто пациенты обнаруживают сами. Можно увидеть или почувствовать опухоль или узел на передней части шеи, или это может отметить врач при обычном обследовании. К счастью, в большинстве случаев узлы доброкачественны, то есть они сами по себе не угрожают жизни. Только один из каждых 20 узлов может быть раковым. Однако большинство узлов настолько малы, что они не обнаруживаются пациентом или врачом. Поэтому при подозрении на рак после завершения осмотра и опроса врач может предложить провести дополнительное обследование, включающее: анализ крови (для определения уровня тиреоидных гормонов), получение изображения (с помощью ультразвукового исследования) для оценки общей картины щитовидной железы, аспирационную биопсию щитовидной железы (при этой процедуре под местной анестезией тончайшая игла через кожу вводится в щитовидную железу для взятия образца ткани или жидкости, который затем анализируется в лаборатории для ответа на вопрос, доброкачественная опухоль или же злокачественная). Окончательный же диагноз ставится после гистологического исследования ткани опухоли, производимого во время операции.

ВНИМАНИЕ: ВОЗМОЖЕН РЕЦИДИВ!

— А по общему самочувствию можно заподозрить болезнь?

— Не всегда. Болезнь может себя никак не проявлять. Бывает, маленький рак (микрокарцинома диаметром менее 1 см) незаметен и не беспокоит, но вместе с тем может метастазировать в другие органы. Естественно, это плохо.

Вообще РЩЖ должен лечиться таким образом, чтобы у болезни не оставалось ни единого шанса вернуться (рецидивировать). Кроме того, необходимо понимание проблемы пациентом, чтобы он не просто выполнял назначения врача, но и осознавал, зачем это нужно. Дело в том, что РЩЖ, несмотря на невысокую послеоперационную летальность, часто рецидивирует (почти у каждого третьего пациента могут встречаться рецидивы этого заболевания). Поэтому после полного хирургического удаления РЩЖ пациенту проводят лечебные и (или) диагностические процедуры с применением радиоактивного йода. При достижении положительного результата (при обязательных осмысленных и согласованных действиях со стороны пациента) можно с большой долей уверенности сказать, что прогноз болезни будет весьма благоприятным.

Чтобы не пропустить рецидив или распространение рака на другие части тела (даже через много лет после операции), врачи рекомендуют проходить регулярное обследование. Регулярное наблюдение (мониторинг) — залог успешного лечения и долгожительства.

— Что еще можно посоветовать в плане выявления и лечения РЩЖ?

— Хочу отметить, что в этом плане севастопольцам повезло. У вас есть два замечательных врача, которые поступают так, как поступают в Европе. Я имею в виду радиолога Владимира Владимировича Тарасова и хирурга Олега Робертовича Хабарова. Они сумели наладить работу с коллегами из других областей и направляют своих прооперированных пациентов в клиники, где производят лечение радиоактивным йодом. По возращении за ними осуществляется грамотное наблюдение, что, собственно, и является залогом успешного лечения.

— Какова была цель вашего визита?

— В Севастополь я приезжал для того, чтобы встретиться с эндокринологами. Дело в том, что рак щитовидной железы — это болезнь многих медицинских специальностей, так как стоит на стыке онкологии, эндокрино-хирургии, эндокринологии и радиологии. Врачи всех этих отраслей должны знать определенную специфику ведения больных для того, чтобы понимать действия друг друга. А это бывает сложно. Врачи должны работать, как одна команда, тогда и будет положительный результат. Ведь с момента операции по удалению щитовидной железы для пациента лечение не заканчивается, а только начинается, и продолжается оно пожизненно. Больной должен постоянно принимать препараты, которые замещают гормоны отсутствующей щитовидной железы. Грамотно подобранная доза позволяет пациенту вести активный образ жизни. Это относится к вопросу качества жизни. Ведь пациент может чувствовать себя здоровым и радоваться жизни, а может и жить, страдая от боли. К сожалению, у нас в стране на качество жизни особое внимание не обращается: человек жив — и хорошо (как говорится, твоя болезнь — твои проблемы). На Западе же врачи борются не только за жизнь, но и за состояние больного. Там синтезирован идентичный человеческому гормону препарат, который помогает пациенту вести полноценный образ жизни и чувствовать себя здоровым на особенно трудных этапах лечения. А расходы на приобретение этого лекарства частично или полностью компенсируются государством. Этой проблеме уделяется особое внимание; в Европе даже день 25 мая ежегодно отмечается как День щитовидной железы. Так что можно сказать, что цель моего визита заключалась в том, чтобы дать возможность врачам и их пациентам взглянуть на проблему с другой стороны.

— Спасибо за беседу.

Другие статьи этого номера