По одежке протягивай ножки

"Украина — не свалка", — считают чиновники и собираются запретить ввоз в страну подержанной одежды, именуемой в народе "секонд-хэнд".
Инициатором сего выступает государственный комитет по вопросам регуляторной политики и предпринимательства во главе с М. Бродским, направивший в Секретариат Кабмина соответствующий законопроект.

По словам руководителя комитета Михаила Бродского, "ежегодно в страну ввозится два килограмма секонд-хэнда на человека. Если бы эта продукция производилась в Украине, мы получили бы рынок в 22 миллиарда в год и миллион рабочих мест. И это без учета того, что секонд-хэнд часто представляет угрозу для здоровья граждан". Бродский также сослался на то, что благие намерения его структуры уже одобрены Минпромполитики и Гостаможней. Радость Министерства промышленной политики понять можно. Оно кровно заинтересовано в восстановлении и развитии отечественной легкой промышленности, в которой еще 20 лет назад (как утверждает М. Бродский) работало 750 тысяч человек, а сегодня в ней заняты лишь 90 тысяч наших соотечественников.

Высокоразвитая украинская, своя родная, легкая промышленность, производящая продукцию класса "мировым столицам на зависть" — это, конечно, прекрасно. Но реалии таковы, что пока это заоблачная мечта. А вот секонд-хэнд — самая что ни на есть реальная реальность. К тому же эксперты считают, что запрет ввоза в Украину подержанной одежды существенно не повлияет на отечественных производителей. Поскольку это две совершенно разные весовые и ценовые категории. Секонд — конкурент не отечественной легкой промышленности, а заполонившей прилавки дешевой китайской и турецкой кустарщине. Украинским же производителям для подъема с колен весьма кстати будут обещанные Кабмином "налоговые каникулы" продолжительностью пять лет. Освобождение предприятий отрасли на этот срок от уплаты налога на прибыль было бы им серьезным подспорьем, позволяющим заработать в полную силу и наладить выпуск качественной, конкурентоспособной продукции, радующей глаз и кошелек потребителя.

Да и Гостаможне тоже есть, чем заняться. Во-первых, отслеживать, чтобы под видом секонд-хэнда в страну не ввозились новые брендовые вещи, реализуемые затем на рынках и в бутиках, а также ликвидировать такое явление, как контрабанда. К слову, глава парламентского комитета по вопросам промышленной политики и предпринимательства Н. Королевская полагает, что без ликвидации контрабанды, которая, по ее словам, "охватывает 70% рынка", предложенные меры (запрет ввоза секонда. — Ред.) не дадут положительного эффекта.

Готовы защищать свои права и участники рынка секонд-хэнда. Они, кстати, уже не раз это делали — два года назад правительство Тимошенко тоже планировало запретить ввоз подержанной одежды.

Во всей этой истории остается непонятным, кто же защитит права потребителей, т.е. наши с вами права. Ведь у каждого в демократической стране должен быть выбор, где, когда, что и за какие деньги приобретать. Между прочим, рынок так называемых "вторых рук" не ограничивается только одеждой. Достаточно вспомнить бытовую технику, мебель, авто и прочее.

Всем известно, что "спрос рождает предложение". Так если есть спрос, нужно ли "убивать" предложение?

Подготовила Татьяна ЯРОШЕВСКАЯ.

Глас народа

ВЫ ПРОЖИВЕТЕ БЕЗ СЕКОНД-ХЭНДА?

Вера, домохозяйка:

— Прожить-то проживем. Но как? Для меня одежда секонд-хэнд — хорошее подспорье. Я там практически полностью одеваю свою восьмилетнюю дочурку. И знаете, она всегда выглядит, как кукла. Вещи в секонде — добротные, качественные, не чета турецким и китайским. И цена подходящая. Я бы очень не хотела, чтобы их ввоз в Украину запретили. Считаю, что мы сами можем решать где и какие вещи покупать, и если отечественный производитель предоставит товар соизмеримый по качеству и цене секонд-хэнду, мы с радостью будем приобретать его.

Игорь Олегович, предприниматель:

— Пусть запрещают. Мне это на руку. Я вожу товар из Турции, так что секонд — мой давний конкурент.

Инна Станиславовна, пенсионерка:

— Господи, да этот рынок во всем мире существовал испокон веков и существует сейчас. Даже в Советском Союзе были комиссионки. И они, между прочим, пользовались спросом. Потому что в них можно было приобрести оригинальные вещи, не такие, как у всех.

Алена и Даля, старшеклассницы:

— Мы на секонде "нарываем" очень даже приличные шмотки. И выглядим модно. И в "Сток" заходим. Там вообще вещи новые, с ярлыками, есть и из каталогов. К тому же нас и наших родителей устраивают цены. Будет обидно лишиться возможности недорого, но при этом хорошо одеться.

Лина, молодая мама:

— Наши севастопольские мамочки тоже устроили своеобразный секонд-хэнд. Мы обмениваемся одеждой для наших малышей. Они, как известно, очень быстро из всего вырастают. И жаль просто складировать вещи, когда в них кто-то нуждается. Что в этом плохого?

Арсений, служащий:

— Правильно сделают, если запретят. Уважать себя надо, а не ковыряться в западном ширпотребе. Свое надо развивать, производить и культивировать. А то — как попугаи уже.

Даша, продавец секонд-хэнда:

— Я эти вещи не только продаю, но и сама в них хожу. Родным покупаю, знакомых одеваю. И очень боюсь, что нас действительно закроют. Ведь это моя работа, это мой заработок. Я занимаюсь секондом не первый год и не понимаю, кому он мог так сильно помешать или навредить, что его обязательно нужно искоренить.

Другие статьи этого номера