Император глины, мрамора и бронзы

Три часа великолепной телевизионной дилогии "Скульптор Станислав Чиж" в кинотеатре "Украина" пролетели как одна минута, вызвав вихрь воспоминаний и чувств, вспыхнувших с новой силой, заставив задуматься о трагедии великой потери и испытать глубокую печаль. Мы полностью осознали, какой великий, самобытный, многоплановый скульптор ушёл от нас в мир иной. Ушёл безвозвратно, унеся с собой свой гений, своё искусство, своё обаяние и радость, которую он дарил своим друзьям…Но вчера несколько часов он снова был с нами. Двухсерийный фильм Игоря Красовского вернул нам живого Станислава — улыбающегося, творящего, разминающего мягкую глину своими красивыми пальцами. До чего же "вкусно" он разминал серое тесто глины, из которой лепил макеты своих шедевров!

Ни об одном ваятеле мира не снято столь масштабного фильма, ведь подробный рассказ о творчестве, личной жизни, семье и друзьях требует, чтобы автор фильма был одновременно и режиссёром, и автором сценария, и оператором, а главное — другом скульптора. Таким преданным историографом Чижа оказался Игорь Красовский. После просмотра его фильма возникло острое чувство того, что, выйдя из кинотеатра, встретишь Стаса и он тебя обязательно затащит в мастерскую. Мы сядем в уютный уголок и после лёгкой закуски и весёлой болтовни начнём работать над очередным замыслом. Сколько их было, этих замыслов, отбиравших долгие дневные и вечерние часы, но приносивших взамен ощущение удовлетворения и понимания друг друга… Хотя, возможно, это всего лишь моё впечатление — впечатление человека, проработавшего с Чижом в тесном творческом единстве полсотни лет.

Смотришь фильм и, кажется, повторно проживаешь ушедшие безвозвратно годы. Игорь Красовский выплеснул всю свою любовь к Станиславу: каждый кадр этой документально-художественной ленты, каждая мелкая деталь вызывают сокровенные воспоминания, будто ты лично соприкоснулся с чудом творчества, жившего в этом человеке. Ведь главную роль в фильме играет блестящий артист скульптурного дела, ваятель и человек широкой души — Станислав Чиж.

Конечно, из хроники можно было убрать некоторые моменты, повторы, лишние кадры, сделав фильм филигранным без ущерба для его красоты и переданного настроения. В этом-то и состояло мастерство скульптора Чижа — отсечь всё лишнее, оставив только то, без чего не обойтись для создания образа.

Величественный монументализм, лирические камерные миниатюры, потрясающие по сходству портреты; патетика и лирика, юмор и гротеск, величие и простота — чрезвычайно широк был диапазон этого ваятеля.

Станислав очень любил лепить портреты. Его изваяния будто принадлежали иному миру. Из их уст звучали голоса бессмертия. Как-то он рассказал любопытный случай: "Когда я лепил тебя, — говорит, — ко мне зашла компания поэтов с жёнами. Увидев твой бюст в глине, они словно превратились в маленьких детей. Женщины взялись за руки и затеяли хоровод вокруг бюста…" — "Так ведь это, — отвечаю, — был уже не я, а твоё видение меня. Они тебе отдавали дань, твоему искусству!"

Скульптор Станислав Чиж обладал редкой в его среде способностью — оживлять портреты. Вспомните говорящую голову профессора Доуэля! Глина, гипс и мрамор в его руках перерождались для новой, "потусторонней" жизни. Не мёртвые слепые идолы, но изваяния, сработанные талантливейшим портретистом нашего времени, — они дышали, в них будто пульсировала живая кровь. Всё зависело от глаз скульптуры. Впрочем, глаза — слово неточное. Станислав лепил не глаза — очи. Вопрошающие, пристальные, строгие, улыбчивые, зоркие, а иногда печальные — будто печаль всего мира отражалась в них.

Взгляд великой императрицы Екатерины II живой, но несколько отрешённый: она смотрит в века, в будущее великой страны, и вместе с ней смотрит в вечность Император глины, мрамора и бронзы Станислав Александрович Чиж — мудрый ваятель, патриот Севастополя, жизнелюб и вечный трудяга.

При жизни его мастерская была притягательным местом для людей, неравнодушных к красоте. В ней бывали художники, поэты, артисты, архитекторы, военачальники, руководители города и флота, журналисты, огромное количество знакомых и друзей.

Фильм Игоря Красовского — это объёмный, во весь рост, скульптурный портрет, оставленный нам в память о народном художнике Станиславе Чиже, и пьедесталом этому монументу служит всё его творчество — творчество талантливого мастера.

Я уехал из кинотеатра, а в душе моей продолжали звучать щемящие звуки музыки Верди, которые, по воле режиссёра, сопровождали последние кадры его красивого фильма о знаменитом сыне Севастополя — города, где он нашёл своё вдохновение, своё призвание; города, которому он был предан до последней минуты жизни; города, которому он подарил свою лучшую статую, итог всей его творческой жизни.

Другие статьи этого номера