Горшков Маккартни не завидует

Когда в минувшие выходные сразу несколько севастопольских телекомпаний показали концерт Александра Горшкова, составленный из песен, по большому счету, автобиографического содержания, то сразу подумалось: это неспроста. Интуиция с памятью, а также записная книжка не подвели: 13 марта Александру Васильевичу исполнилось 55 лет. Чем не повод для встречи и откровенной беседы?!
Кстати, уже по ее окончании, сидя за написанием этого материала, поймал себя на мысли, что не спросил у Горшкова: пользуется он визитками или нет? Дело в том, что обычно на этом кусочке картона под Ф.И.О. принято указывать какие-либо регалии — должность, звание и т.д. Так вот, этих самых регалий у моего собеседника столько, что они не только на лицевой, но и на оборотной стороне визитки не поместятся. Даже не нонпарелью набранные — диамантом. Вот с регалий мы и начали нашу беседу с Александром ГОРШКОВЫМ.
— Да, трижды заслуженный (деятель искусств Украины и АР Крым и работник культуры Украины). Да, награжден медалями Вооруженных Сил и орденами казачества Украины. Да, награжден и знаками Почета двух министерств — обороны и культуры Украины, а также почетными знаками Севастополя, депутатом городского совета которого мне довелось быть, и еще много чем. У меня регалий больше, чем у Брежнева. Шучу. Это не главное. Главная награда — это любовь к моему творчеству.

Я отслужил 36 календарных лет, прошел путь от матроса до капитана 1 ранга. Три года срочной в морчастях погранвойск — от Анапы до Севера. Потом поступил во Львовское военно-политическое училище и окончил его факультет культурно-просветительной работы, был направлен в Севастополь, в морскую пехоту, начальником клуба. Четыре года в морпехах был со всеми вытекающими — учения, тревоги, высадки, полигоны. Потом стал инструктором ДОФа по культуре, потом еще 4 года был начальником Севастопольского Матросского клуба, 8 лет — начальником Дома офицеров ЧФ РФ.

Когда к командованию ЧФ пришли люди с Балтики и обнаружили, что у меня в личном деле в графе "национальность" написано "украинец" (мать у меня — Пилипенко), то сделали все, чтобы меня "уйти". При этом разогнали мое детище — ансамбль "Графская пристань". Хотя для меня никакой разницы между русским и украинцем нет.

А вы помните, что такое в то время была "Графская пристань"? Мы объездили всю Европу! Сколько мюзиклов (а кто знал, что мюзикл — это музыкальный спектакль?) здесь поставили! Премьера мюзикла — 21 день без выходных, потому что аншлаги были! Но дело не в этом. Пенсию же надо получать, надо дослуживать. И тут нынешний министр обороны, а тогда командующий ВМСУ Михаил Ежель, который, кстати, ходил на наши представления, предложил возглавить Ансамбль песни и танца Военно-Морских Сил Украины. Вот такой я "перебежчик".

— Тяжело было начинать "с нуля" с ансамблем?

— Когда начинаешь "с нуля" — это еще хорошо. А когда "с минуса"?.. Полгода ушло на создание нового коллектива, которому отдал десять лет. Потом на базе этого ансамбля и оркестра был создан Центр военно-музыкального искусства ВМС ВС Украины, который я поначалу возглавлял и где сейчас, после ухода на пенсию в прошлом году, тружусь главным режиссером-постановщиком. Кстати, это один из самых больших профессиональных музыкальных коллективов в Украине — 130 человек по штату. Когда в Киеве на сцену Дворца "Украина" выходили (а ее длина — 43 метра), хорошо на ней смотрелись. Да везде хорошо смотрелись, ведь мы с Ансамблем песни и танца ВМСУ почти всю Европу объездили. Легче сказать, где мы не были.

Так что сейчас, отслужив 36 лет, я ушел на пенсию. По выслуге лет снял с себя погоны и обязанности начальника: технические и бытовые вопросы коллектива не решаю. Мне осталось только творчество: тут снегурочки пойдут, тут зайчики выпрыгнут под такую-то музыку. Да там столько наработок есть — еще лет на десять хватит репертуар не менять. Задел хороший есть. И коллектив хороший. Одних заслуженных сколько!

— То есть свободного времени у вас стало больше…

— Можно и для себя (не говорю — для души, поскольку всегда все делал от души и для нее) заняться творчеством. Чем и занимаюсь. Пять книжек уже написал. Ну как книжки — сборники рассказов, такие небольшие. "Сталинградский рынок" — подсмотренные и подслушанные истории из жизни рынка, рядом с которым живу. Прототипом "Плотника" стал один из моих бывших подчиненных — мастер не только попадать в различные истории, но и рассказывать их окружающим. В сборник "Победители" вошли воспоминания ветеранов о Великой Отечественной войне, с которыми мне доводилось общаться. Не отшлифованные и причесанные, а честные воспоминания, их настоящая правда. "Часы от главкома" — книга биографическая, а "Севастополь-2017" — чистая фантасмагория или нострадамовщина. Все, за исключением, конечно, "Победителей", сделано с юмором и неким стебом.

Кроме того, выпустил уже пять компакт-дисков. Песни абсолютно разных жанров: шансон, лирика, патриотические… Но все они написаны от души и с любовью к слушателям. Даже те, которые можно охарактеризовать как песни-анекдоты или песни-байки. Такие, которые после пятой чарки на ура идут. Но этот диск — для узкого круга слушателей.

— То есть в Интернет не выкладывали?

— Какой Интернет?! Нет, мне, конечно, предлагали знакомые… А вообще я в этих технологиях — профан. Интернет, мобильный — это все не мое, пользоваться не умею. Я даже с карточки пенсию не могу снять самостоятельно. И я рад этому и не хочу ничего в себе менять в данном вопросе.

— Если бы на одну чашу весов положить "Графскую пристань", а на другую — Ансамбль песни и танца, что бы перевесило? Что ближе Александру Горшкову?

— С "Графской" в какой-то мере было проще. Я был и начальником ДОФа, и художественным руководителем коллектива: сам себе приказал — сам исполнил. Свой зал, никакой аренды, полная свобода творчества в рамках разумного. Это давало свои плоды.

У Ансамбля песни и танца другой, как говорят, формат и, следовательно, другие задачи, масштабы и перспективы. Он в профессиональном плане — намного сильнее. А в творческом сравнивать эти два коллектива нельзя, слишком они разные: один — эстрадный, второй — классический ансамбль с хором, оркестром и танцевальным коллективом.

У каждого из этих коллективов — свой зритель и слушатель. Но, думаю, нас одинаково хорошо принимали. В том числе и за границей. В испанском Сантандере наш ансамбль после выступления полчаса не отпускал 10-тысячный зал — все аплодировали… Такое разве забудешь?! Оба для меня — родные. И одному десять лет отдал, и другому. Это ж как дети…

— Кстати, о детях. А также о посаженных деревьях и построенных домах…

— У меня двое детей. Сын пошел по моим стопам. Окончил училище им. П.С. Нахимова, кстати, поступил в него, когда я еще служил на Черноморском флоте, и на пару лет был вынужден "отказаться" от родства со мной, чтобы не говорили, что по блату поступил и учится. Ну так надо было… Сейчас сын — заместитель начальника Дома офицеров ВМС Украины, капитан-лейтенант. Дочь работает в банковской сфере. Что касается деревьев и домов… Посадил 34 дерева.

— Александр Васильевич, дети музыкальны?

— Нет. Да я и не собирался их направлять в эту сферу, по собственному опыту зная, как не хочется ни в какие музыкальные школы ходить.

— Получается, что не послали из чувства сострадания… А чувство зависти у вас есть?

— Нет, абсолютно. В творческом плане я никому не завидую. Ну как я могу завидовать тому же Полу Маккартни?! А что касается Севастополя… Я в своем жанре самодостаточен и ни у кого хлеб не отбираю.

Я радуюсь успехам своих коллег и ни к кому из них чувства зависти не испытываю. Ко мне? Наверное, есть. Вообще считаю, что в области культуры и искусства завидовать успеху других могут те, кто сам ничего не сделал. Кто-то меня не любит, кто-то критикует, кто-то вообще певцом не считает, потому что не могу взять си бемоль третьей октавы. Одному рэп подавай, другому — оперу. Всем не угодишь. Но я работал и буду работать. Это я вам говорю.

— Кстати, над чем? Вот так мы и подобрались к вопросу о творческих планах.

— В этом году исполняется 70 лет подвигу пятерых героев-черноморцев, совершенному 7 ноября 1941 года у села Дуванкой. Я за 30 лет, проведенных в Севастополе, не слышал ни одной песни, посвященной этому подвигу. Потому взял и написал свою. Опять же, у нас нет ни одной песни об эскадрилье "ночных ведьм", которые первыми освобождали Севастополь. Собираюсь написать песню о летчицах. Вообще тема войны — вечная тема.

А еще собираюсь экранизировать свою книгу "Плотник", сделать такой телепроект из 30 десятиминутных серий: каждая — отдельный рассказ. Буду и дальше писать понемногу.

А еще хочу заняться рыбалкой. Никогда не занимался ни лесками, ни грузилами, ни катушками. Но сам я по гороскопу — Рыбы, поэтому, думаю, пойдет у меня это дело. Иногда даже снятся рыбы и море. А когда у меня плохое настроение, я о море думаю — и успокаиваюсь, и настроение улучшается. Стараюсь каждое утро ходить к морю, в парк Победы. Постою, поищу взглядом в воде рыб-крабов, посмотрю на них — и энергией заряжаюсь. Вот так…

Другие статьи этого номера