Под сенью легенд

Имя этого художника мало известно севастопольцам. Зато те, кому посчастливилось общаться с ним, знакомиться с его работами, не сдерживают своих восхищенных чувств. Севастопольский художественный музей им. М.П. Крошицкого предоставил любителям живописи редкую возможность встретиться с полотнами Геннадия Дереджиева. Вообще же эта выставка могла не состояться, потому что значительная часть работ художника или погибла, или была разграблена. Представленные сегодня полотна были буквально спасены неравнодушными людьми — друзьями художника, его почитателями, теми, кто считает Геннадия Дереджиева своим учителем. В их числе его однокашники по академии севастопольский художник Игорь Шипилин, симферопольский художник Александр Копорев, реставратор Татьяна Рыжова и ее коллеги по мастерской, коллекционеры Елена и Василий Баженовы и их крымское туристическое агентство "Ласпи", сотрудники Севастопольского художественного музея им. М. П. Крошицкого и те, кому посчастливилось стать обладателями работ Дереджиева.

Творчество Геннадия Дереджиева, как и его биография, несмотря на все усилия, пока еще остается легендой. Он родился в Феодосии. Окончил художественную школу при галерее И.К. Айвазовского и Симферопольское художественное училище им. Н.С. Самокиша. Работал в Крыму, преподавал, активно участвовал во многих художественных выставках. Потом уехал из Крыма, и связь с ним прервалась. Где он теперь? Как сложилась его судьба? Известно, что в последнее время он жил и работал в Петербурге, сотрудничал с галереей Георгия Михайлова (ныне — галерея Фонда свободного русского современного искусства). Его работы экспонировались на выставках "Арт-Манеж" в начале 2000-х годов. А дальше — неизвестность…

Вот почему для нас так важна нынешняя персональная выставка Геннадия Дереджиева. В экспозиции представлены живописные работы крымского и петербургского периодов — всего 38 полотен и эскизов. В основном хорошо узнаваемые виды Феодосии, Бахчисарая, Соколиного.

— Соколиное можно назвать пенатами Дереджиева — так много, разнообразно, плодотворно он работал в этом месте, словно созданном для живописца, — говорит искусствовед Татьяна Сайгушкина. — В этюдах этого времени много солнца. Живописец от Бога, Геннадий Дереджиев чувствует радость от цвета и света, от того, как слушаются они чуткого художника. Легко, даже грациозно строит он колорит, играя теплым и холодным, сопоставляя цвета, тона, оттенки, словно жонглируя ими, как солнечными зайчиками ("Пашня", "Улики" "Соколиное. Дом, освещенный солнцем"). Передача сложного состояния всегда волновала художника. Дереджиев пишет туман, спускающийся с гор ("Дом в горном селе"), цветущие деревья ранним утром или в наступающих сумерках. Ему интересны и расплывающиеся тона, и то, как сумерки подчеркивают светоносность цвета ("Вечер. Хризантемы"). А вот этюд "Ноябрь. Серый день. Мечеть в Соколином") по-настоящему драматичен. Динамика, порыв передают грусть, тоску, почти траурность. Работа звучит, как прощание.

Действительно, не только цветущие кустарники и морской простор притягивают наше внимание. Грусть, ностальгия пронизывают многие полотна Геннадия Дереджиева. Темные краски не столь трагичны, сколь пронзительны и печальны.

Этюдов петербургского периода на выставке немного. Это в основном работы 90-х годов. Удивительно, но в северные работы Дереджиев привносит крымскую солнечность и тепло, а в крымские — проникновенное свечение белой ночи.

Выставка работ Геннадия Дереджиева открыла севастопольцам имя и творчество замечательного художника.

Другие статьи этого номера