На пепелище

Наша газета уже рассказывала о трагедии, произошедшей в феврале в одной из квартир на улице Очаковцев. В результате пожара погиб трехлетний ребенок, второй, четырехлетний, получил ожоги, третий, самый старший, на момент возгорания, уже ушел в школу, что его и спасло. Сотрудники МЧС навещали обожженного мальчика в больнице, о чем мы тоже писали. И вот очередное развитие этой истории. По решению прокуратуры Ленинского района Севастополя, последовавшему после проверок, было возбуждено уголовное дело.

РЕАКЦИЯ

Пока сотрудники прокуратуры собирали и расследовали факты, приведшие к трагедии, на беду отреагировали простые люди. Сегодня многие севастопольцы ежедневно общаются в городской электронной сети, позволяющей "обнародовать" практически любую новость. Кто-то сообщил о пожаре.

Рассказывает председатель общественной организации "ИГ "Совет многодетных семей города Севастополя" Е.ВЕЛИЧКО:

— Беда произошла утром, а мы о ней узнали к середине дня. Возникло желание хоть чем-то помочь пострадавшей семье. Приехали на место и встретили там бабушку. Женщина перебирала мокрые вещи, которых в квартире было невероятное количество, и ругала пожарных, заливших их во время тушения возгорания. Честно скажу, это как-то покоробило. Но может быть, так человек переживал шок? К вечеру нашли маму детей. Ею оказалась еще молодая 33-летняя женщина. Договорились, что встретимся на следующий день и начнем совместными усилиями восстанавливать пропавшие документы: свидетельства о рождении двоих детей и свидетельство о смерти младшего. Но после того, как мы сделали это, мама перестала выходить на связь…На девятый день я просто была вынуждена взять похороны ребенка на себя: оплатила ритуальные, транспортные услуги. На тот момент из родственников некоторое участие (присутствие) принимал "биологический" папа (ребенок зарегистрирован под другой фамилией), а вот с мамой и бабушкой произошла неприятность. Они опоздали и на кладбище, но попытались в чем-то обвинить нас — невольных организаторов этих похорон.

Позже маму детей поселили в Центр социально-психологической помощи на ул. Л.Толстого. Нашли ей работу. Позаботились, чтобы она могла навещать детский приют, куда был помещен старший сын, и больницу, где на лечении находился средний. Но спустя небольшое время женщину из Центра "попросили", так как она не считалась с порядками этого заведения: то пропадала, то приходила снова, при этом якобы и нетрезвая. На координационном совете, где присутствовали представители разных социальных городских служб, многие увещевали мать взять себя в руки: оформить необходимые документы, начать работать, чтобы иметь возможность поставить на ноги двух сыновей. Предупредили, что в противном случае можно лишиться материнских прав. Молодая женщина соглашалась, говорила, что ей дети нужны, но ничего не делала.

Оставался открытым вопрос: как быть со сгоревшей во время пожара квартирой? Мы бросили клич, и нашлись добровольцы, согласившиеся сделать в ней ремонт. Бесплатно. Погорельцам было выставлено условие — выбросить хлам, наполнявший дом. Один депутат пообещал прислать для этих целей "КамАЗ". Но куча обгоревшего, мокрого "добра" высотой едва ли не в полтора метра оказалась дороже. "Вы сначала все это заработайте и в дом принесите", — примерно так высказалась женщина, которую в этой семье дети называли бабушкой.

А между тем есть все основания предполагать, что именно эта "бесценная" куча всякого рода вещей или, извините, хлама и сыграла роковую роль. На момент пожара пути доступа к детям были ограничены, и якобы именно это "богатство" помешало матери, выскочившей из загоревшейся квартиры, вернуться обратно за детьми — дверь не открылась. Так это было или нет, выяснят специалисты, но то, что дети изначально жили в антисанитарных бытовых условиях, для меня очевидный факт.

ПОНАДОБИЛОСЬ ВРЕМЯ, ЧТОБЫ РЕБЕНОК, ВЫЖИВШИЙ НА ПОЖАРЕ, НАЧАЛ ХОТЬ СЛАБО УЛЫБАТЬСЯ

У трехлетнего мальчика, который погиб, были обожжены лицо, руки… около 70 процентов тела. У его брата, который всего лишь на год старше, врачи диагностировали также многочисленные ожоги 2-3-й степени. Он был помещен в специализированное комбустиологическое отделение 5-й городской детской больницы. Координатор общественной организации "ИГ "Севастопольские мамы" Елена Архипова стала тем человеком, кто взял ответственность за организацию помощи в лечении мальчика на себя.

Рассказывает Елена АРХИПОВА:

— О том, что случился пожар, во время которого один ребенок погиб, а другой доставлен в больницу, я узнала на "Форуме" по городской интернет-сети. Я сама когда-то побывала в пожаре и знаю, как это страшно. Согласилась принять участие в оказании помощи ребенку и уже на другой день после трагедии беседовала с врачами. Начала покупать, приносить нужные лекарства. Оказалось, что у мальчика, нуждающегося в результате сильнейших ожогов в пересадке кожи, выявлен еще ряд других заболеваний, которые срочно необходимо лечить. У него был бронхит, проблемы с желудком, а также в крови обнаружена инфекция. Иммунитет на нуле, и любая инфекция в такой ситуации крайне опасна. Врачи передавали список лекарств, которые я приобретала на пожертвованные горожанами средства.

Первое время наведываться в аптеку и в больницу приходилось по нескольку раз в день. Около полутора тысяч гривен ушло только на то, чтобы избавиться от выявленных "сопутствующих" заболеваний. У меня все зафиксировано. Всего на лечение на сегодняшний день потрачено более пяти с половиной тысяч гривен. Были произведены пластические операции, заменены пострадавшие участки кожи.

…Первый раз я увидела малыша издалека. В комбустиологическом отделении строгий режим — опасаются любой инфекции, в том числе которую может переносить здоровый человек. Мне приоткрыли дверь в бокс, и я помахала ребенку рукой. Нет сомнений, он страдал очень сильно. Первые полтора месяца четырехлетний малыш мог лежать на кровати только на одном боку — раздетый и под специальной лампой. Мы принесли обогреватель в палату (в феврале было холодно). Понадобилось какое-то время, чтобы малыш начал хоть слабо улыбаться.

По мере выздоровления увеличилось время нашего общения. Это хороший малыш, но как принято говорить, — запущенный. Медицинские сестры в больнице начали учить с ним счет — пока дошли до пяти. Он выучил некоторые цвета. Стал проявлять интерес к картинкам. Мальчик проглатывает слова, его речь пока плохо понятна. Скорее всего, в будущем с ним надо будет заниматься специалисту логопеду-дефектологу.

Но вот кто будет рядом с этим сполна настрадавшимся человечком в будущем? Серьезный вопрос. "Севастопольские мамы" помогли финансами врачам спасти его жизнь, а дальше? В конце апреля ребенок еще находился в больнице и там встретил свой день рождения. Кстати, в этом году он пришелся на Пасху. Хочется думать, что это добрый и в чем-то, пусть пока еще неизвестно в чем, обнадеживающий знак. Чужие, собственно, люди постарались, насколько это возможно в данной ситуации, подарить ребенку праздник. Не знаю, ходили ли они в церковь в это Великое воскресенье или поспешили сразу в больницу. В любом случае небо было благосклонно — ярко светило солнце. Для мальчика в палате повесили воздушные шарики, купили сладости. И каждый из пришедших на его день рождения, и, безусловно, медицинский персонал, сказал ему какие-то хорошие слова, дал напутствия. В порядке исключения из городского приюта на день рождения приехал к маленькому его старший брат — тот самый, который во время пожара успел уйти в школу. Этому подростку идет четырнадцатый год. По словам директора севастопольского приюта О.Г. Саранча, паренек весьма не глупый и с характером. Да только туда, скорее всего, другие и не поступают. Слишком рано для них с не той, не со светлой стороны, открывается жизнь.

ПРОКУРОР ПОСТАНОВИЛ…

Возможно, кто-то из читающих эти строки спросит: "А что же мать, где же бабушка?" Не говоря уже о том, что без участия мужского пола дети, как правило, не рождаются. И безусловно, можно было бы что-то сказать на этот счет, да вот стоит ли? Над всеми нами есть два суда. Один тот, который мы называем государственным, второй — Божий. Пусть там и решают, кто в какой степени виноват, да и виноват ли. По некоторым данным в доме семьи погорельцев на момент пожара даже воды не было. Отключили за неуплату. Воду доставали как придется и где придется, вплоть до того, что старший ребенок ее из школы приносил. Мне, как журналисту, из этой истории лишь одно очевидно, что, правда, ни для кого не является новостью. Наше общество больно давно и серьезно. И уже в эту конкретную секунду, в данную минуту где-то разгорается, разворачивается очередная житейская драма, трагедия, жертвами которых, причем невинными, становятся дети. И, скорее всего, еще пока трагедия не случилась, они как-то дают нам об этом знать. Если хотите, посылают сигналы. Иногда пустыми глазами, немытыми лицами, грязной одеждой. Или неоправданной дерзостью, вызовом, или откровенными жалобами, слезами. Как выяснилось позже из справки районной службы по делам детей, "несовершеннолетние", эти три мальчика, состояли на учете как "дети, оказавшиеся в сложных жизненных обстоятельствах", с 2009 года. И что? Их дом сейчас — пепелище.

Прокурор Ленинского района Севастополя государственный советник юстиции 3-го класса А.М.Карпеев, рассмотрев материалы следствия, постановил возбудить уголовное дело в отношении матери по факту злостного невыполнения обязанностей по уходу за ребенком, что повлекло тяжкие последствия, а также по факту оставления ребенка в опасности, повлекшее смерть. Следствие сочло, что женщина, объективно обнаружив начало пожара в квартире и заведомо зная, что в ней дети, оставила их без помощи, выбежав…

Другие статьи этого номера