Просто Мария

В семье севастопольской жительницы Аллы Борисовны Потаповой бережно хранится фотопортрет ее мамы Марии Терентьевны Самородовой. Со снимка смотрит открытое, доброе, вместе с тем строгое лицо женщины, много в жизни повидавшей. На пиджаке ее делового костюма поблескивают награды, в том числе орден Ленина. Скоро на несколько дней эта фотография в числе иных украсит одну из центральных улиц города. Так решили авторы проекта "Парадный портрет", включенного в обширную программу фестиваля "Война и Мир".Для того, чтобы обеспечить большую сохранность изображения самого близкого человека, Алла Борисовна посетила фотосалон, где снимок заключили под ламинированное покрытие. Алла Борисовна не может вспомнить, по какому случаю когда-то ее мама предстала в парадном костюме перед объективом фотоаппарата. Она надевала его лишь по редчайшим, самым торжественным случаям — тогда, когда вместе с тремя дочерьми шла на первомайскую демонстрацию, когда звали на сцену в президиум собраний, проводившихся по случаю красных дат календаря. И к фотографу, смею предположить, пригласили, решив занести ее имя на Доску почета. Есть документ с указанием вписать ее имя в Книгу почета завода железобетонных изделий и стройматериалов, где Мария Терентьевна трудилась. И в этом случае фотопортрет при полном параде был обязателен. Есть еще одна версия, которой поделилась Алла Борисовна. Крупноформатный снимок ее мамы в числе изображений других заслуженных людей украшал интерьер Дворца культуры строителей, расположенного на улице Ленина (ныне — Центр культуры и искусства).

В 1958 году по случаю Международного женского дня 8 Марта дирекция и объединенный "построечный комитет" треста "Севастопольстрой" поздравили Марию Самородову с праздником. Официально, с вручением изготовленного в типографии "Строитель" свидетельства. Его текст стандартного содержания сопровождал эпиграф — созвучная случаю цитата из одного из произведений В.И. Ленина. "Задача Советской республики в первую голову, — писал вождь, — уничтожить ограничения прав женщин". 12 марта 1941 года на имя юной Марии, в прошлом круглой сироты с четырехклассным образованием, был оформлен документ на право вождения автомобиля. В Рудне на Смоленщине, где жила девушка, она под бомбами немецко-фашистских захватчиков спасала особо ценные грузы. В 1953-м Мария Самородова приехала в Севастополь поднимать его из руин. В то время старшая дочь Алла была школьницей, ее сестренкам Майе и Любе исполнилось три и полтора года. Уравненная в правах Мария Терентьевна устроилась на работу на завод железобетонных конструкций и стройматериалов бетонщицей. Сейчас предприятие находится у поселка Штурмового. А тогда занимало территорию в районе нынешнего 20-го дома по улице Гоголя. Женщина уплотняла бетон с помощью тяжеленного вибратора.

Самородова приняла бригаду бетонщиц. Коллективу поручали изготовление самых важных строительных деталей, в том числе для объектов морского рыбного порта на берегу Камышовой бухты. Часто обстоятельства требовали не в ущерб качеству изделий вдвое сокращать нормативные сроки. Это означало, что каждый член бригады трудился за двоих. "Стиль ее работы, — писали о бригадире в посвященной ей листовке, — показ примером".

Проклятый вибратор, по заключению медиков, вытряс из женщины, против ограничения прав которой выступал В.И. Ленин, здоровье. Мария Терентьевна не оставила предприятие. Она освоила ремесло электросварщика.

При советской власти самых работящих отмечали орденами и медалями. Процедура, однако, носила своеобразный характер. Скажем, представят человека к награждению орденом Ленина, а ему орден "Знак Почета" пожалуют. Попросят орден "Знак Почета" — приходит медаль "За трудовое отличие". Я не думаю, что в отношении Марии Терентьевны ходатайствовали насчет ордена Трудового Красного Знамени, а ей в 1960 году вручили, однако, орден Ленина. Видимо, местные власти желали все-таки видеть Самородову Героем Социалистического Труда. Но орден Ленина — тоже высокая награда. О ней могли мечтать коллективы крупных предприятий, население целых городов.

В наши дни кто-то едко иронизирует относительно кухарки во власти. Правда, героиня очерка далеко не кухарка. Дважды ее избирали депутатом Балаклавского райсовета. С приобретенным уже опытом в период новейшей истории власть, несомненно, скорее доверили бы Самородовой, чем жаждущему депутатской неприкосновенности олигарху или откровенному бандиту.

Любопытно вчитаться в текст положения об отличнике-строителе Севастополя. Листочки с ним вклеены в корочки выписанного на имя Марии Терентьевны документа. Отличник-строитель имеет право на то и на се. Целый перечень. Отличник-строитель (значит, и Самородова со своими тремя дочерьми) имела право, например, на первоочередное получение жилья.

Когда Мария Терентьевна приехала в Севастополь, ее поместили в бараке за занавеской, с общей кухней. Думали: зачем стараться? Все равно сбежит. Новенькая осталась. Ей определили крышу над головой в доме без удобств на две семьи в районе строительного техникума. Благоустроенная же квартира кавалеру ордена Ленина, депутату и, между прочим, народному заседателю в суде была предоставлена лишь в 1969 году, может, в 1968-м, Алла Борисовна точно не помнит. Через пять лет она вышла на пенсию.

Марии Терентьевны Самородовой нет уже 12 лет. Но в день города она взглянет с портрета на нас с вами, на Севастополь, а мы — на нее. Она заслужила это, считают ее дочери и внуки. Заслужила многолетним добросовестным трудом на благо жителей города.

Другие статьи этого номера