Братья воевали в сотнях метрах друг от друга. Но так и не узнали об этом. И не встретились больше никогда

В Музее героической обороны и освобождения Севастополя хранятся фотографии двух защитников нашего города — Виктора и Павла с фамилией Литовка. Внимание посетителей Диорамы на Сапун-горе привлекает одна из витрин, в которой рассказывается о подвиге братьев. В центре экспозиции — фотографии молодых красивых ребят, личные вещи Виктора Литовки. Здесь хранятся его книжка краснофлотца, нарукавные знаки различия и флотский ремень, пробитый осколком снаряда.

НА ТОЙ ЗЕМЛЕ, ГДЕ СРАЖАЛИСЬ ПРЕДКИ

Когда началась война, Виктор Литовка, уроженец села Андрияшевка Роменского района, был студентом Днепропетровского горного института. А 15 июля он стал курсантом Севастопольского военно-морского артиллерийского училища им. ЛКСМУ. Занятия проводились в боевой обстановке. В конце октября враг прорвался в Крым. Сформированный курсантский батальон одним из первых вступил в бой.

Вспоминает Виктор Кириллович Литовка: "Мы вышли из города навстречу врагу 29 октября 1941 г. в 22.00. Шли в район Бахчисарая всю ночь. Был один короткий привал возле Братского кладбища. Запомнилась увиденная тогда стела-памятник участнику первой обороны Севастополя генералу Степану Хрулеву".

О Крымской войне 1853-1856 гг. Виктор узнал еще в детстве. Оказывается, в сражениях за Севастополь участвовали его земляки, и сельские старожилы из уст в уста передавали рассказы о тех давних событиях, о героях обороны, которые с наградами возвратились в родное село. Был среди них дед по материнской линии — Федор Петренко. Он бы удостоен серебряной медали "За защиту" и получал императорскую пенсию за участие в обороне Севастополя.

Вот почему, когда Виктору довелось приехать служить в Севастополь, он с особым трепетом вспоминал своего деда. В училище им. ЛКСМУ учебные занятия не раз проводились в районе Малахова кургана, на земле, политой кровью предков. И вот теперь, когда началась новая война и Виктор Литовка оказался на Братском кладбище участников первой обороны, он словно принял на себя эстафету подвига своих героических односельчан.

30 октября 1941 г. курсанты училища совершили свой знаменитый 35-километровый марш-бросок. Транспорт доставил необходимое оснащение для обороны. В 14.00 30 октября прибыли на место. Отделение расположилось вдоль шоссе. Начали рыть окопы в полный рост. Поступил приказ командования задержать немецко-фашистские войска на рубеже р. Качи до подхода частей Приморской армии.

"Выдали кирку и лопату, две ручные и одну противотанковую гранату, две бутылки с зажигательной смесью. Патронов было в изобилии. Появился немецкий самолет-разведчик "Хеншель-126" с неубирающимися шасси. Курсанты стали в него палить, не ведая, что он бронирован. Фашист зафиксировал расположение роты и передал своим информацию. Начался обстрел из минометов. А танки вдоль шоссе так и не пошли. Немцы умели воевать. Они атаковали в другом месте, двигаясь по бокам от дороги".

В тот день курсанты еще ничего не знали о действиях 54-й батареи, которая первой ударила по врагу, хотя в 16.45 первые залпы орудий были слышны на северо-западе. Так начиналась оборона Севастополя. В течение четырех месяцев курсантский батальон бесстрашно сражался с врагом. После этих кровопролитных боев из 1100 бойцов батальона в живых осталось лишь 96 человек.

"Я НЕ ИЩУ БЕССМЕРТИЯ ПОСЛЕ МОЕЙ СМЕРТИ…"

Виктор тогда и догадываться не мог, что на Черноморском побережье воюет его брат Павел, который был призван на действительную службу осенью 1940 года. Он воевал в составе Дунайской военной флотилии. Для моряков флотилии бои начались в 4 утра 22 июня. Они удерживали границу на Дунае, затем были сражения за Одессу, Николаев, Херсон. А 30 октября батальон морской пехоты, в составе которого воевал Павел, перебросили в Севастополь. Моряки заняли оборону в долине Кара-Коби. Это было совсем рядом от тех позиций, на которых воевал брат Павла Виктор.

В мае 1942 года Павел был ранен. Его эвакуировали на Кавказ. После выздоровления он воевал в 47-й Закавказской армии под Новороссийском. Подробности его гибели неизвестны. На обороте последней фотографии, которую он послал родителям, есть слова: "Я не ищу бессмертия после моей смерти, я хочу жить, пока я живой"… Жить ему оставалось так мало!

А Виктора Литовку в числе 96 уцелевших бойцов курсантского батальона направили в г. Сумгаит (Азербайджан), где из них сформировали 337-й отдельный противотанковый дивизион. Виктор был назначен командиром орудия. Воевал на Северном Кавказе, участвовал в освобождении Донбасса. После госпиталя его командировали в Челябинск, где шла подготовка кадров для новых тяжелых танков и самоходных артустановок.

Дальше — бои в Эстонии, Латвии, Польше, Германии. 10 мая 1945 г. в Чехословакии Виктор дал последний победный залп из своего орудия. Уже после войны к боевым наградам Виктора Кирилловича — орденам Отечественной войны, Славы III степени, двум медалям "За отвагу", медалям "За оборону Севастополя", "За оборону Кавказа" — добавились орден "Знак Почета" и медаль "За трудовую доблесть".

ИСТОРИЯ О ПРОБИТОМ ОСКОЛКОМ ФЛОТСКОМ РЕМНЕ, РАССКАЗАННАЯ СЫНОМ В.К. ЛИТОВКИ ВЛАДИМИРОМ

Было это 1 ноября 1941 года, в ходе тех самых боев под Бахчисараем. Во время немецкого обстрела в 50 метрах от В. Литовки разорвалась минометная мина, и осколок, утратив убойную силу, все же смог пробить толстый флотский ремень на форменке Виктора. Осколок вошел в тело на незначительную глубину. В горячке рукой курсант выдернул осколок (он был очень горячий) и выбросил его. Хлынула кровь. Товарищи быстро пришли на помощь. Они остановили кровь с помощью перевязочных средств.

Отец смог остаться в строю и продолжать бой. Так флотский ремень спас ему жизнь. Виктор Литовка берег его, не расставался с ним даже после серьезного пулевого ранения в 1943 году. Он пронес его на себе до самого конца войны. Кстати, было еще одно повреждение этого ремня: в 1945 году он был почти разрезан люком самоходки САУ-122.

Почти через 30 лет после войны этот ремень пополнил экспозицию Музея героической обороны и освобождения Севастополя. Виктор Кириллович Литовка вместе со своим сыном Владимиром не раз бывал в нашем городе. Севастополь остался самой незабываемой страницей в сердце Виктора Литовки.

Другие статьи этого номера