Подарить ребенку целый мир

Работники служб по делам детей не только устраивают судьбы обездоленных ребят, но и сами становятся для них родителями.

ДОЛГОЖДАННОЕ СЧАСТЬЕ

О жизни детей-сирот Татьяна Вячеславовна знает не понаслышке. Вот уже 11 лет она занимается вопросами усыновления и устройства детей в семьи, а до этого работала в Ровенском детском доме. Как-то ее попросили написать статью к Дню усыновления. Женщина писала и думала: "Я призываю людей усыновлять детей, делиться теплом с сиротами. А сама? У меня в частном секторе есть собственный дом, просторный двор, мы живем вдвоем с мужем, дети уже взрослые, живут отдельно… А люди с меньшей жилой площадью усыновляют детей, нуждающихся в родительской заботе и ласке…" Своими переживаниями она поделилась с мужем, и он ее поддержал.

Татьяна Вячеславовна решила, что ее дочерью станет девочка из другой области, поскольку на Ровенщине на протяжении 2011 года было зарегистрировано 46 обращений граждан Украины, которые хотели усыновить ребенка, а детей желаемого дошкольного или младшего школьного возраста не было. Поэтому она не могла позволить себе вне очереди взять ребенка из своей области, чтобы не вызвать чьего-то неудовольствия.

Женщина пересматривала анкеты детей на портале www.sirotstvy.net и нашла восьмилетнюю Аленку. Татьяна Вячеславовна позвонила по телефону специалисту службы, расспросила о ребенке и решила приехать. Когда женщина пришла в приют для детей, ей сообщили, что девочка очень замкнутая, поэтому едва ли удастся установить с ней контакт. Но Татьяна Вячеславовна поставила себя на место ребенка и поняла, как это страшно, когда к тебе приходит абсолютно чужой человек и хочет забрать.

"А далее все произошло само собой, — рассказывает Татьяна Вячеславовна. — Когда я увидела девочку, то в восторге воскликнула: "Ленуся, ты намного красивее и взрослее, чем на фотографии!" Потом обняла ее, представилась тетей Таней, рассказала, где живу, что проехала тысячу километров, чтобы познакомиться с ней, начала расспрашивать, была ли она когда-нибудь в зоопарке, хотела бы путешествовать поездом, увидеть столицу Украины. С собой предусмотрительно взяла альбом с фотографиями нашего дома, двора, мужа, детей и внуков, а также собаки и кота — младших членов нашей семьи. За полчаса контакт был установлен. Аленка сказала, что хочет ехать со мной. Представители городской службы спросили: "Леночка, а ты напишешь это на бумаге?"

— Напишу, — ответила девочка.

ДОРОГА ДОМОЙ

Вместе с Аленкой Татьяна Вячеславовна поездом проехала почти через всю Украину. По пути в Ровно заехали в Киев, где их уже с нетерпением ждали новые родственники девочки. Киев встретил приветливо маленькую гостью с восточной Украины, открыл перед ней мир метро, "Макдональдс" и, конечно, Киевский зоопарк, в котором девочка провела 6 часов, после чего была еще и прогулка машиной по вечерней столице. Для девочки из сельской местности, где в классе училось только два ребенка (она и подруга), открылся целый мир. Но самые сильные впечатления у нее были от общения с новой мамой, ведь до восьми лет ребенок жил только с отцом.

"Не знаю, взяла бы я Аленку, если бы не помощь государственного департамента по усыновлению и защите прав ребенка, — делится пережитым Татьяна Вячеславовна. — На себе лично я прочувствовала, что ощущают в подобных ситуациях люди, которые ищут ребенка. И я им не завидую! Мне пришлось отвечать на разные вопросы, в том числе и почему я не беру ребенка из Ровенской области… Установление опеки далось тяжело, с переживаниями. После того, как меня назначили опекуном, я вышла на улицу и разрыдалась, шла и плакала — и от счастья, и от переживаний…"

САМЫЕ СЧАСТЛИВЫЕ

Адаптация Аленки в новой семье прошла на удивление гладко. Когда они с мамой приехали домой, на Леночку сразу же пришел посмотреть сын Татьяны Вячеславовны и вручил ей сто гривен. Старшие дети хорошо приняли девочку, хотя, по словам женщины, было видно, что они немного ревнуют, даже будучи уже взрослыми (сыну — 26 лет, дочке — 24). Муж Татьяны Вячеславовны тоже нашел общий язык с ребенком. Сразу дал деньги и наказал купить дочке лучшую одежду и портфель. Все соседи, родственники, знакомые, учительница и одноклассники тоже радушно приняли девочку, что не может не радовать.

За два с половиной месяца Аленка стала более раскованной, хотя сначала ей было тяжело и страшно на новом месте. Теперь все свое свободное время Татьяна Вячеславовна посвящает доченьке; пока не уложит ее спать, не выходит из комнаты девочки. Они вместе учат уроки, играют в шашки, домино, нарды, общаются. Обучение дается пока что трудновато, в особенности английский язык и математика. Да и украинский язык Леночке не родной… Два месяца Татьяна Вячеславовна общалась с девочкой по-русски, но понемногу начали переходить на украинский. Поначалу Аленка боялась, что забудет русскую речь, но мама ей объяснила: "Русский язык от тебя уже никуда не денется, так как ты его знаешь, а украинскую речь надо учить, ведь мы живем в Украине. Посмотри в свое свидетельство о рождении, там написано, что ты — украинка".

Надо отметить, что у девочки есть родные дедушка с бабушкой и дядя. Татьяна Вячеславовна делает все возможное, чтобы ребенок не утратил связь с родней, чтобы знал о своих корнях. Поэтому чуть ли не каждую неделю дедушка и бабушка Аленки звонят внучке по телефону. А недавно у Лены появилась новая "привычка" — перед сном она садится на колени к маме и просит: "Покачай меня!" Татьяна Вячеславовна баюкает ее и поет колыбельную. Девочка понимает, что уже взрослая, смеется, но, очевидно, таким образом она восполняет недостаток любви и внимания, недополученных в раннем детстве. Ведь родная мать оставила ребенка, когда ей исполнился год, и этих колыбельных у Леночки, наверное, не было.

Сейчас, лично пройдя через все испытания, Татьяна Вячеславовна обращается к коллегам: "Я бы хотела пожелать нашим специалистам быть более человечными, чтобы в зародыше не уничтожить желания потенциальных родителей взять ребенка в семью. Необходимо относиться к любому человеку, который открывает дверь кабинета, как к родственнику, который пришел со своей бедой. У меня, например, нет обеденного перерыва и конца рабочего дня, если вдруг приехали кандидаты из другой области. К людям я отношусь так, как хотела бы, чтобы относились ко мне.

Часто люди думают, что выйдут из кабинета за руку с ребенком. А если говорю им, что на учете нет детей того возраста, который им желателен, вижу, как у них начинают дрожать руки и на глаза наворачиваются слезы. И тогда я всегда говорю: "К усыновлению вы шли, очевидно, не год и не два, и у вас хватит терпения еще немного подождать. Поверьте: ваш ребенок будет только вашим!"

Кто-то боится разочароваться в усыновленном ребенке. Тогда я людям объясняю: когда мы рожаем своих детей, то не знаем, что будет дальше. Но свой крест родители несут до конца. И привожу пример из своей практики, когда супруги усыновили новорожденного ребенка, а через два месяца со слезами позвонили по телефону и сообщили: "Татьяна Вячеславовна, наш ребенок слепой!" Начали выяснять, как так могло произойти, что врачи не заметили этого. Выяснилось, что действительно на ранних стадиях болезнь нельзя было обнаружить. Мы извинились перед этими людьми, сказали, что они могут отменить усыновление. Но супруги ответили: "Это наш крест. Мы его будем нести всю жизнь и возвращать ребенка не станем". Меня поражает жертвенность таких людей, я склоняю свою голову перед ними.

Был еще такой случай: в кабинет зашли мужчина и женщина, которые усыновили ребенка с синдромом Дауна… Они пришли через несколько лет сказать спасибо за своего сына!

Словом, дорогие усыновители, опекуны, приемные родители, отцы-воспитатели, не теряйте надежды на то, что ваш ребенок всегда будет только ВАШИМ, стучите во все двери, просите помощи у Бога, и вы обязательно дождетесь и найдете своего ребенка! Пусть все, кто берет детей в семью, будут счастливыми. Ведь недаром говорят: сирота в дом — счастье в нем!"

(По материалам сайта www.sirotstvy.net).

Другие статьи этого номера