«Молю Бога, чтобы он даровал мне хотя бы двести внуков»

Священник Михаил Жар продолжает брать под опеку сирот. Теперь его называют папой уже 332 ребенка.

БАТЮШКА

Мы уже рассказывали об этом мужественном человеке. Впервые о священнике из села Банчены, на то время воспитывающем больше ста приемных детей, нам рассказала жительница Севастополя Наталия Мищенко, которую с протоиереем Михаилом Жаром судьба свела на Всеукраинском форуме усыновителей. Вторая публикация была в нашей газете в прошлом году (см. статью "Забираю тех, кого судьба обидела…" в "Славе Севастополя" за 26.11.2011 г.). И вот теперь необычная история батюшки получила продолжение. Так, если в 2009 году Михаила Жара папой называли 152 ребенка, в 2011-м — 250 (170 мальчиков и 80 девочек: 29 — усыновленных, 3 — родных, для остальных он опекун — не хватило места в паспорте, но не в сердце), то теперь под опекой 46-летнего батюшки находятся… 332(!) ребенка, о чем на днях сообщила газета "Факты".

"ЗАБИРАЮ ТЕХ, КОГО СУДЬБА ОБИДЕЛА…"

Своего первого приемного ребенка, сына Ванечку, отец Михаил, у которого к тому времени уже было трое своих детей, усыновил в 1992 году. Священник с матушкой навещали Черновицкий Дом малютки, и, увидев больного, никому не нужного трехлетнего сироту, больного ДЦП, которого никто не хотел усыновлять, пожалели мальчонку и забрали к себе.

После Вани отец Михаил брал в свою семью на воспитание еще детей, большинство из которых — круглые сироты, дети-инвалиды. "Забираю тех, кого судьба обидела, — говорит Михаил Жар. — Есть дети без рук, слепые, с серьезными поражениями нервной системы, ВИЧ-инфицированные, с пороками сердца… Я сам вырос сиротой, у меня было очень тяжелое детство. Мы с мамой жили бедно, бывало, по две недели в доме не было хлеба. Просить у соседей было стыдно, поэтому в 11 лет я пошел работать на ферму дояром. Один день учился в школе, второй — трудился на ферме. Пропускал много уроков, пришлось перейти на ночную работу скотником. У меня были только одни штаны — мамины. Ночью я убирал за скотом, а утром стирал свои штаны, обматывался простыней, надевал поверх нее мокрые брюки и шел в школу. Дети от меня шарахались — даже после стирки одежда воняла фермой. Друзей у меня не было — никто не хотел со мной играть.

Я очень любил маму: боялся, что однажды она уйдет от меня. Помню, перед смертью мама разбудила меня среди ночи и сказала: "Сынок, я скоро умру. На кого же тебя покину? Оставляю в руках Божьих, пусть Господь будет тебе защитой". Я очень благодарен маме за это благословение. Оно определило мою судьбу. Ведь я искал в жизни разные дороги. Поступал в вузы, но как только начиналась учеба — болел месяцами. Лишь когда поступил в духовную семинарию, все пошло гладко.

После смерти мамы я остался совсем один. Полгода пролежал в больнице. Не мог ходить, несколько месяцев не поднимался с постели. Я был один в палате, и никто, кроме нянечек, ко мне не заходил. Они поили меня водой из-под крана, а мне так хотелось минеральной! Я лежал и молился: "Господи, сотвори чудо, пусть кто-нибудь принесет мне бутылку минералки! Я сразу выздоровею!" Но чуда не случилось. Я плакал, было очень горько. Но все, что нам посылает Бог, полезно и для чего-то нужно. Помню, зимой я стоял на улице, смотрел на дым, вьющийся над соседскими крышами, и вопрошал Бога: "Господи, почему у меня нет дров? Да ладно с ними, с дровами… Вот если бы мама была жива!.. Но нет ни мамы, ни тепла, ни семьи. Почему?!" Ответ я получил лишь сегодня: это мои триста детей, ради которых и живу".

…ЗА ВСЕХ ДУША БОЛИТ!

Всех детей отец Михаил любит и принимает, как своих родных. И боль в душе за каждого воспитанника не проходит бесследно. Многодетный отец перенес три инфаркта, несколько операций на сердце, удаление раковой опухоли и химиотерапию. Но он не останавливается и не унывает, потому что знает, что нужен детям, и они ему очень нужны. Их любовь, радость, счастливые глаза, улыбки — для него лучшее лекарство, благодаря общению с детьми отец Михаил забывает про всю боль.

В 2002 году на деньги спонсоров в Банченах построили целый детский городок. Возвели три разноцветных корпуса: для мальчиков, для девочек и для ВИЧ-инфицированных детей. Здесь же трапезная с кухней, бассейн, сауна, теплица, стадион со специальным покрытием, чтобы ребятишки могли кататься на роликах.

В детском городке царит настоящая атмосфера счастья. Ребятишки радостно здороваются с гостями, улыбаются, малыши хватают за руки и тащат играть. В комнатах новая красивая мебель, ковры, множество игрушек. Здесь очень уютно и даже пахнет по-домашнему. За воспитанниками присматривают сто послушниц из соседнего женского монастыря и 90 нанятых Михаилом Жаром мирянок с педагогическим образованием. Дети свободно бегают по корпусам, играют в шумные игры.

Младшие называют послушниц и воспитательниц мамами, а Михаила Жара — папой. Когда он появляется в детском городке, ребятня бежит к нему со всех ног: "Папа, папочка пришел!" Будучи не в силах дотянуться до каждого, чтобы обнять и поцеловать, батюшка ложится на пол, а малыши наваливаются на него сверху. Вся эта куча мала визжит, хохочет и просит: "И меня поцелуй, папочка! И меня!"

Недавно в жизни отца Михаила произошло важное событие: он стал монахом. Теперь его величают архимандритом Лонгином. Супруга Михаила Жара тоже приняла постриг. Однако Лонгин по-прежнему остается многодетным отцом и настоятелем Свято-Вознесенского монастыря, а матушка Соломия все так же опекает ВИЧ-инфицированных детей.

"ЧЕРЕЗ ПОЛТОРА ГОДА ПРЕБЫВАНИЯ В ПРИЮТЕ ШЕСТИ ДЕТЯМ СНЯЛИ ДИАГНОЗ ВИЧ"

Корпус для ВИЧ-инфицированных детишек заселили только в 2009 году, когда отец Лонгин оформил опеку над 36 такими малышами в возрасте от года до семи лет из Киева, Николаевской, Одесской и Днепропетровской областей. Сейчас здесь живут уже 80 ВИЧ-инфицированных детей: отец Лонгин собрал их из детских домов по всей Украине. Эти ребятишки нуждаются в постоянном медицинском наблюдении, поэтому в приюте было создано детское отделение областного центра СПИДа.

— Все дети находятся на антиретровирусной терапии, — объясняет старшая медсестра центра, помощник эпидемиолога Раиса Килару. — Кормят их очень калорийной пищей, потому что всем прописаны сильные лекарства. Малыши меняются на глазах: сразу поправляются, веселеют, расцветают. Шести детям уже сняли диагноз ВИЧ-инфекция. Не верите? Вот их истории болезней, здесь все зафиксировано. Дети пробыли в нашем центре всего полтора года и излечились. Мы трижды брали анализы у 9-летней Филафтеи, 8-летнего Миши, 7-летнего Лаврентия, 5-летнего Антона и 4-летних Алины и Валентина. Тесты подтвердили, что в крови детей вирус иммунодефицита отсутствует.

— Скептики, наверное, все равно не поверят, — говорит отец Лонгин. — Но я готов им показать медицинские справки. Никогда не забуду, как в 2002 году забирал из черновицкой больницы первую девочку с этим страшным диагнозом. Малышке было всего два месяца, а воспитатели держали ее запертой в отдельной комнате. Девочку вообще не брали на руки, а к кроватке подходили в маске и перчатках. Тогда еще недостаточно знали о СПИДе и боялись его, как чумы.

Когда я увидел этого ребенка, что-то дрогнуло в душе. Всю ночь я не сомкнул глаз, а утром вернулся в больницу и забрал девочку домой. Врачи честно предупредили, что СПИДом могут заразиться все члены моей семьи. Было страшно, но еще больше было жаль обреченного младенца. За одну ночь мы провели воду в отдельную комнату, поставили в ней самую красивую кроватку. Потом я отправился в женский монастырь и сказал монахиням: "Я взял девочку с ВИЧ. Кто желает ухаживать за ней, понимая, что и сам может заразиться неизлечимой болезнью?" Вызвались сразу несколько человек, я даже растерялся.

Но Бог есть жизнь, а не смерть. До сих пор удивляюсь, как нам удалось выходить девочку без лекарств и врачей. Монахи и монахини обожали Филафтею: она почти не ходила, потому что ее все время носили на руках. Совсем маленькой девочка прибегала в церковь и, когда монахи пели, стояла перед ними и дирижировала. Сейчас она учится в пятом классе, стала настоящей красавицей! Год назад ей сняли диагноз ВИЧ.

Мы в общем-то не планировали строить отдельный корпус для ВИЧ-инфицированных детей. Просто потом решили, что лучше пусть все они будут под медицинским присмотром. Их не ограждают от других воспитанников: ребята вместе ходят в школу, играют, плавают в бассейне. Единственное: сестры следят, чтобы малыши чистили зубы индивидуальными щетками.

"НА ПЕРВУЮ СВАДЬБУ ДЕТЕЙ ПРИШЛО ОКОЛО ТЫСЯЧИ ГОСТЕЙ. СЛЕДУЮЩИЕ БЫЛИ СКРОМНЕЕ — НА 700-800 ЧЕЛОВЕК"

Еще одним важным событием для монастыря стало открытие в конце 2011 года дома инвалидов. По решению президента Украины Виктора Януковича построенный на деньги спонсоров дом инвалидов вскоре станет государственным. Этого очень хочет отец Лонгин. Под его опекой находятся 125 детей-инвалидов: самому старшему — 20 лет, а самой младшей — годик. Каждый — отдельная боль. Так, Глеб живет в приюте уже 18 лет. Больная раком мать родила сына-калеку и перед смертью сама принесла младенца в приют. Глухой, слепой, с тяжелейшим поражением нервной системы, он узнает людей только по прикосновениям. А одиннадцатилетний Нектарий с рождения страдает гидроцефалией и артро-гриппозом. У мальчика огромная голова, маленькое тело и недоразвитые конечности. Лежа на полу, он улыбается гостям и кивает головой.

— Говорят, вы начали строить поселок и для повзрослевших детей?

— Естественно, дети взрослеют, двадцать из них уже сыграли свадьбы. На первую собралось около тысячи гостей. Следующие были скромнее — на 700-800 человек. Все дети получили высшее образование, имеют профессию. Но разве можно в наше время построить дом на зарплату учителя или врача? Помогаю, чем могу: оставить детей на половине дороги — большой грех. Сейчас мы строим десять домов. Но скоро будут новые свадьбы. Чтобы обеспечить всех жильем, я взял в аренду землю в Черновцах. Если Господь сподобит, скоро зальем фундамент под многоквартирный дом… Внуков у меня пока только восемь, но я молю Бога, чтобы он даровал их не менее двухсот. Тогда будет большая семья. И большая Украина.

(По материалам статьи И. Копровской "Молю Бога, чтобы он даровал мне хотя бы двести внуков", газета "Факты и комментарии" за 21.01.2012 г.).

Другие статьи этого номера