Усыновить нельзя оставить

Каждый сам для себя решает, где поставить запятую в этой фразе. Но мысли об усыновлении не приходят просто так: если уж решили взять в дом ребенка-сироту, то берите!

СЫНОЧЕК

Когда единственному сыну Марии и Григория было 22 года, они его потеряли: автомобильная авария оборвала жизнь молодого, амбициозного, преисполненного мечтаний парня. А вместе с ним будто в пропасть полетели и сердца его родителей. Состояние душевной пустоты, прострации… Им хотелось умереть, а не жить.

Григорий, очевидно, чтобы успокоить жену, да и себя, начал говорить об усыновлении. Тогда он часто повторял: "Мы обязательно возьмем ребенка". Супруги начали ходить в церковь, где встретили священника, который находил нужные ответы на их вопросы. Время и вера в справедливость Всевышнего мало-помалу лечили душевные раны. И по прошествии двух лет с того страшного дня супруги решились усыновить ребенка.

Перед этим Мария начала замечать некие "сигналы": то включит телевизор, а там говорят о создании детского дома семейного типа; то услышит от знакомых об усыновлении. И женщина поняла, что пришло время начинать процесс. Документы супруги собрали быстро, а вот мальчика искали долго. Мария боялась, что не сможет полюбить его. Все-таки ребенок — это не кукла и не игрушка, а живой человек со своим собственным миром и своими эмоциями.

Трехлетний Сережа был вторым, к кому они приехали знакомиться. В его медицинской карточке значился серьезный диагноз — эпилепсия. Но Мария не верила в наличие этой болезни. Эпилептиков она видела, но приступы мальчика не были похожи на эпилептические, а скорее напоминали то, что в народе называют "ребенок заходится". У Сергея была группа инвалидности, но после усыновления родители провели обследование и сняли ее. Знакомые, правда, советовали им оставить все как есть, так как денежная помощь от государства не помешает, но Мария не хотела клеймить ребенка, тем более что на самом деле мальчик оказался здоровым.

ЖИЗНЬ В СЕМЬЕ

Адаптация Сергея к жизни в новых условиях проходила очень тяжело. Бывало, что он часами плакал, и не просто плакал, а громко рыдал. Почему? Он не мог этого объяснить, плакал без причины. Иногда Мария не выдерживала, ложилась рядом и тоже плакала. Это длилось несколько месяцев. А еще сын долго называл домом Дом ребенка, а их дом — работой. Если Мария спрашивала его: "Куда пойдем: домой или на работу к маме?", он всегда отвечал: "На работу". И только со временем женщина поняла, что под "работой" он имеет в виду их дом. То есть длительное время свое новое жилище Сергей воспринимал как временное пристанище.

А через полгода женщина поняла, что сыну грустно одному, все-таки за время пребывания в казенном учреждении он привык к детям. И тогда Сережу отдали в детский садик. Там этот маленький, колючий "ежик" не сразу открылся: сначала за всеми наблюдал, и только спустя некоторое время показал себя настоящего. Этот садик он называл хорошим, а в памяти мальчика жил еще тот, первый детский садик с "плохими воспитательницами" (Мария до сих пор не понимает, почему персонал Дома ребенка ассоциируется в воображении сына с чем-то страшным).

Сейчас Сергею почти восемь лет, он второклассник. Мама немного жалеет о том, что рановато отдала сына в школу: все-таки три года жизни вне семьи не прошли даром. В прошлом году Мария уволилась с работы, так как решила, что сыну надо посвящать больше времени. Женщина поняла, что никакие няни, даже самые опытные, не дадут ребенку того, что может дать ему она. Сейчас они с сыном подтягивают обучение. Математика, английский язык (мальчик учится в специализированной школе) даются ему хорошо, а вот читать Сережа никак не хочет. Если он видит, сколько ему надо прочитать, его сразу охватывает страх.

РОДИТЕЛЬСКИЙ ДОМ

Мария и Григорий понимают, насколько глубоко в любом из нас сидят страхи из детства, особенно у воспитанников домов ребенка, интернатов, поэтому дважды в неделю возят сына к психологу. Они считают, что мальчику надо помочь ощутить себя раскованным, и это мудрое решение!

Не так давно Сергей начал просить у мамы родить ему братика. Теперь при просмотре какого-либо мультика или кинофильма Мария начинает объяснять сыну: "Так бывает, что у деток умирают или теряются мамы, и их забирают жить в детские дома. Но они хотят иметь семью. И сейчас в таких учреждениях мы ищем тебе братика, а может, братика и сестричку".

А как-то раз они все вместе ехали в гости к сестре Григория и проезжали мимо дома, где родилась Мария. Тогда у женщины с сыном состоялся такой разговор:

— Сережа, вон дом, в котором родилась мама.

— И отец там родился?

— Нет, отец родился в другом месте.

— А я?

— Нет, только мама.

— А как выглядела моя мама?

— Я не понимаю твоего вопроса. Я твоя мама.

Конечно, в будущем они расскажут сыну о его происхождении, но Мария решила пока отложить этот разговор, так как Сережа слишком маленький, чтобы правильно все понять. Об усыновлении придется рассказать в любом случае, так как утаить этот факт нереально. Вполне возможно, что Сергею уже кто-то что-то сказал на эту тему.

"Не надо бояться усыновления, — советует Мария. — Мысли о том, чтобы взять ребенка, не приходят просто так. И если они уже появились, надо спешить. Многие считают это подвигом, благородным поступком. Но это не подвиг, это потребность души и сердца. Сергей сделал нас счастливыми, возвратил к жизни! Вместе с ним мы катаемся на лыжах, ездим на море, ходим в гости и приглашаем в свой дом детей! Что бы с нами было, если бы не этот мальчик?

Раньше я днями просиживала на работе, выполняя никому не нужные, порой глупые указания руководства. Когда увольнялась, мне говорили: "Как ты со своим темпераментом будешь сидеть дома?" А я сейчас занимаюсь сыном, никуда не спешу и постоянно чем-то занята. Я счастливая! Словом, не надо бояться. Если в голову приходят мысли об усыновлении, берите ребенка и будьте счастливы!"

Подготовила Елена ИВАНОВА.

(По материалам сайта sirotstvy.net).

Другие статьи этого номера