«Буду жить, если приму таблетки»

Обычно приемные родители по возможности стараются усыновить здорового малыша. У серьезно больных детей шансы попасть в семью невелики, а у ВИЧ-позитивных — практически равны нулю. Тем не менее бывают и исключения. В семье Лады (все имена изменены), из семи приемных детей четверо имеют положительный ВИЧ-статус.ОСОБЫЙ СЛУЧАЙ

С Ладой журналисты познакомились после резонансного случая: в январе она добилась в суде, чтобы фельдшер, разгласивший ВИЧ-статус ее приемного сына-школьника Андрея, из-за чего ребенка пришлось перевести в другую школу, понес наказание. Медработника оштрафовали на 1700 грн и на год лишили права заниматься врачебной деятельностью. Наказание не самое суровое, но оно стало первым в судебной практике страны.

Впрочем, гостей заинтересовавшихся, что, собственно, сподвигло мать-одиночку взять ребенка с таким диагнозом из детдома, ожидал очередной сюрприз: оказалось, что у Андрея есть еще семь братиков и сестричек. Причем у некоторых из них диагноз такой же, как у мальчика.

СЕМЕЙНЫЙ ДОМ

В частном домике — шесть комнат и восемь детей. Старшей дочери — единственной родной для Лады — 21 год. Остальных детей — четырех девочек от 10 до 15 лет и троих мальчиков от 8 до 10 лет — она взяла из детдома. Четверо из них имеют ВИЧ-статус.

Гостей здесь встречают чаем и тортом. Догадаться о том, что детвора прошла тернистый путь, прежде чем собралась под этой крышей, не так уж просто. В семье Лады — тепло и жизнерадостно: младшие резвятся, старшие помогают за ними присматривать. Из мер предосторожности — только перекись водорода, которой сразу же обрабатывают царапины и ранки. Здесь нет даже отдельной посуды для больных и здоровых детей. Единственная просьба Лады — никого не фотографировать, так как соседи не знают о болезни ребятни.

«Мы не планировали брать детей с ВИЧ, — вспоминает женщина, которую муж оставил, когда она была на втором месяце беременности. — Просто я случайно попала на курсы по уходу за такими детьми. Захотелось взять ребенка со статусом. Так у меня появился Андрей. Он рассказал, что у него была подруга в детдоме, и попросил забрать ее. А дальше пошло по нарастающей… Сначала было страшно, а теперь не представляю, как жила бы без них».

Лада рассказывает историю своей большой семьи и все время поглядывает на телефон: ее вот-вот должны вызвать на работу. Чем занимается — тоже не признается в целях констпирации. Ее все же вызывают, и она уходит.

НИ ДНЯ БЕЗ ТАБЛЕТОК

Еще обеденное время, а на диване уже сложены все учебники и одежда на завтра. С утра в доме начнется беготня, образуется очередь в ванную. Если заранее все не приготовить — никто ничего не успеет. В таблетнице — лекарства для детей. Медикаменты государство выделяет бесплатно, а еще — 2 тысячи гривен на всех в качестве помощи.

Андрею — 10 лет. Это он стал сначала объектом травли в школе, а затем — героем новостей. Каждый его день начинается с таблеток. На вопрос, знает ли он о своей болезни, отвечает: «Я понимаю, что можно умереть, если не пить лекарства. Один раз пропустил вечером, сильно нервничал и думал, что засну и не проснусь. Я пью их по будильнику: нельзя ни раньше, ни позже». Взрослые рассказывают, что однажды Андрей устроил протест и отказался принимать таблетки — насильно заталкивать никто не стал. А через пару часов мальчик прибежал со словами: «Мама, я не хочу умирать, дай мне таблетки!» Андрей еще не решил, кем станет, но планы на будущее строит. Как и его сестра Женя.

Старшей приемной дочери Лады с ВИЧ-статусом — 15 лет, но в семье она живет только последние четыре месяца. Пока больше всего Женя боится передать свою болезнь кому-либо. Знакомясь со мной, она краснеет и выдавливает: «А он знает?» На что ее сестренка отвечает: «Знает». На мой вопрос, о чем мечтает, девочка говорит: «Выйти замуж». Но тут же поправляет себя, как будто сказала глупость: «Нет, я хочу стать медсестрой, чтобы помогать людям».

Женя до сих пор чувствует себя неуверенно. Возможно, через какое-то время наше общество научится терпимее относиться к людям с таким диагнозом. И тогда никому не придется отстаивать свои права в суде: ни Андрею, ни Жене, ни другим их братьям и сестрам, ни их приемной маме Ладе.

P.S.: В семье Лады принято дарить друг другу рисунки и открытки. Несколько детских работ показали психологу, чтобы тот объяснил, что происходит в мыслях и чувствах ребят.

Детский психолог подтвердила, что в рисунках детей отражается их подсознание. Самыми характерными и часто повторяющимися образами были птицы и ручьи, что связано с потребностью унестись от забот. Причем рядом с этими образами всегда есть преграда: птицам противопоставляется змея (рожденный ползать летать не может?), а реки упираются в горы. Прорисовку дополнительных животных специалист расценила как заполнение пустот, которые дети чувствуют в реальной жизни, что выражает недостаток близкого общения с другими детьми и потребность иметь постоянного спутника в играх, с которым можно было бы общаться на равных. А полуголые и тусклые деревья, даже если под ними яркая трава, можно рассматривать и как фигуры родителей (они в перспективе рисунка расположены в прошлом), и как символ того, как чувствует себя автор рисунка в окружающей его действительности.

Кстати, обнаружив проблемы в рисунке, можно попросить ребенка перерисовать картинку. И тогда вместе с ней изменится и его подсознание.

(По материалам статьи А. КЕРМЕНЧИКЛИ, газета «Сегодня» за 5.02.2013 г.).

Другие статьи этого номера