Черная метка с острова Вайгач

Рубрику ведет Леонид СОМОВ.Не так давно мне пришлось съездить в Москву, чтобы оформить переезд моей старенькой бабушки в Севастополь. Долгие годы она проработала лаборанткой в Московском НИИ культуры и природного наследия им. Д.С. Лихачева, оттуда же вышла на пенсию, но после смерти моего дедушки Евгения Артёмовича уже нуждалась в постоянном уходе со стороны родных.

Бабуля продала свою дачу в подмосковном пос. Кратово, а также однокомнатную квартиру в Камергерском переулке, и мы с мужем помогли ей купить здесь тоже однокомнатную «чешку» на «Хрусталях».

Где-то три-четыре недели назад мы, вся родня Светланы Геннадьевны (так зовут мою бабушку), праздновали её день рождения. Ей исполнилось 86 лет. Но, на удивление, она обладала прекрасной памятью и очень даже ладно умела что-либо рассказывать. Одно из её воспоминаний из прошлой жизни я и предлагаю вниманию читателей «Славы», приверженцев газетной рубрики «Хотите верьте…»

— Мне было около пятидесяти лет, когда все это приключилось в нашем институте, — такими словами начала свой рассказ моя бабушка. — Как-то в адрес директора НИИ Андрея Филипповича Ланского пришло извещение с железнодорожной станции Ленинградского вокзала о том, что в адрес института с далекого северного острова Вайгач поступил небольшой контейнер. Так получилось, что наш штатный экспедитор Сережа Вольновский приболел, и мне поручили получить и привезти в институт этот самый груз с острова Вайгач, где второй год работала наша археологическая и (в качестве довеска) фольклорная экспедиции.

Наш ПАЗик вскоре доставил меня в отделение выдачи «малоскоростных» контейнеров и посылок Ленинградского вокзала, и через полчаса мы уже везли в институт аккуратный деревянный ящик, правда, не ведая, что там находится.

Когда я только-только расписалась в получении груза, буквально через две-три минуты, ноги мои стали, как ватные, крупный пот залил лоб и лицо. Помнится, я даже тогда с тревогой подумала: «Боже, к чему бы это?»

Всю дорогу до института не уходила дрожь в ногах, саднило в висках…

Когда вскрыли контейнер, оказалось, что там находится древняя почти черная колода размерами примерно полуметр на тридцать сантиметров с какими-то неведомыми высеченными по всей площади деревянного бруска письменами. Что интересно: в центре колоды явно проглядывало вырезанное стилизованное солнце с двумя рожками-полумесяцами. Да, ещё одна загадочная деталь: колода как бы покоилась на двух деревянных ножках, похожих на куриные.

К экспонату была приложена записка от профессора Смирнова, который руководил нашей экспедицией на острове Вайгач. В ней он давал полное описание того, где и при каких обстоятельствах была изъята из земли эта находка, и, между прочим, сообщил, что почти все члены экспедиции, в т.ч. и он, с неделю недавно провалялись в местном фельдшерском пункте. Симптомы почему-то показались мне знакомыми: дрожь в конечностях, обильный пот, учащенное сердцебиение.

По мнению профессора Виктора Григорьевича Смирнова, колода очень древняя, возрастом не менее 1,5-2 тысячи лет, а конфигурация знаков (или букв?) на ней дает некоторые основания предположить сходство с алфавитом древних шумеров.

Экспонат мы разместили в отделе быта северных народов. И уже на следующий день в этом помещении начали происходить весьма загадочные события. Во-первых, уборщица помещений стала замечать, что поутру колода неизменно оказывалась лежащей письменами к полу, хотя с вечера была установлена на свои «куриные ножки». Во-вторых, младший научный сотрудник, моя подруга Настя, которой было поручено подготовить полное резюме на раритет, попала в больницу с диагнозом «трофическая язва» и провалялась там более месяца.

Того, кто так или иначе соприкасался с «посылкой с острова Вайгач», незамедлительно «посещали» различного рода неприятности: то человек заболевал, то мог упасть на ровном месте, то терял деньги (таких случаев, один за другим, было три).

Наконец все поняли, что колоду следует, к сожалению, возвратить в «страну происхождения», говоря таможенным языком. Посему её запечатали и отправили назад, на Север, на полное усмотрение и под ответственность Виктора Григорьевича Смирнова.

Самое интересное было впереди. Спустя месяц от Смирнова пришло известие о том, что на подлете к острову Вайгач у вертолета, на котором летела злополучная древняя «колода», что-то случилось с блоком, отвечающим за дифференциал воздушного судна. И пилоты срочно приняли решение сбросить на землю некоторые грузы с правого борта. В числе девяти ящиков и упаковок канула в объятья родной земли и пресловутая древняя деревяшка, которая, выходит, несла только беды тем людям, кто смел потревожить её тысячелетний покой…

При этих словах моя бабушка как бы подвела ладонью черту под своим рассказом и замолчала. А на её правой руке, у сгиба ладони, я увидела довольно большой стародавний розовый шрам. Он удивительным образом конфигурацией напоминал игральную карту. Или колоду?

Бабушка перехватила мой взгляд и сказала: «Эта язва меня «посетила» сразу после того, как я привезла в институт тот самый «привет с Севера». Уже на следующий день открылась рожа (воспаление. — Ред.). И затянулась рана лишь после отсылки колоды на остров Вайгач. Хотите верьте, хотите нет, но, клянусь, всё так и было».

Зачем лгать старому человеку?

ОТ РЕДАКЦИИ:

Историки и лингвисты на протяжении многих лет пытаются найти шифры к надписям, оставленным нашими предками на камне, дереве, пергаменте, бересте. Вроде значки простые — линии, палочки, точки, изображения животных или подобие человека. Но что они означают? Непонятно. Не поддаются расшифровке и сложные знаки: на некоторых шумерских табличках, в письменах майя, в манускрипте Войнича, на Фестском диске. Поиску смысла изложенного в этих исторических документах посвящены сотни томов исследований.

Порой ключи к древним знаниям находят. Так случилось, например, при расшифровке древнеегипетских иероглифов. На помощь лингвистам пришел хранящийся в Британском музее Розетский камень. Его нашли в 1799 году в Египте близ городка Розетта (ныне Рашид), недалеко от Александрии. Гранитная плита с выбитыми на ней тремя одинаковыми по смыслу текстами на древнеегипетском и древнегреческом языках была хорошо известна лингвистам, и сопоставление текстов послужило отправной точкой для расшифровки египетских иероглифов.

Однако многие послания предков упорно молчат. В Мексике обнаружена каменная панель с символами, которые, по словам специалистов, представляют собой одну из древнейших письменностей в западном полушарии. Найденный в мексиканском штате Веракрус памятник относится к культуре ольмеков, расцвет которой пришелся на 1200-400 гг. до нашей эры.

Ронго-ронго — так называют деревянные дощечки с иероглифическими письменами жителей острова Пасхи. Всего иероглифов 800, они частично символические, частично геометрические. На сегодня в музеях мира сохранилось всего 25 дощечек. Прошло уже почти 140 лет, а ученые мира так и не могут прочесть того, что написано на этих «таинственных кусках дерева».

Другие статьи этого номера