Троицкая бухта, Георгиевская (Крымская) балка

Троицкая бухта, Георгиевская (Крымская) балка

(Продолжение. Начало в номерах за 22, 24, 29, 30, 31 мая, 1, 4 и 5 июня).

В восточном направлении за горкой Киленбалочных высот, на которых находились знаменитые в Крымскую войну Селенгинский и Волынский редуты, расположена Троицкая балка, а в низовье ее — небольшая одноименная бухта. Название бухта и балка получили от небольшой церкви Святой Троицы, что была здесь в XVIII веке. Троицкую и соседнюю с ней Килен-балку связывает железнодорожный туннель.

Пассажиры поездов, следующих из города, на выходе из туннеля имеют возможность рассмотреть причалы Троицкой бухты, множество кораблей, плавающие доки огромных размеров с надписями на борту «Малый ход», «Швартовка запрещена». Интересно наблюдать торчащие из дока надстройки огромного крейсера «Москва», поднятого над водой, или других, не менее грандиозных военных кораблей.

Уже долгое время предназначение этой бухты и её причалов — прием кораблей, идущих не только на ремонт, но и на слом. И стоят они с командами консервации, пока не продадутся «на иголки». Множество именитых кораблей прошли этим причалом в свой последний морской путь.

В годы войны здесь, в штольнях бывших флотских складов, под шестидесятиметровой скалой был создан филиал Севастопольского Морского завода — специальный комбинат N 1 по производству боеприпасов и ремонту военной техники. О значении вклада заводчан в оборону города (а трудились здесь, в основном женщины, которые вместе с рабочими-мужчинами совершили неописуемый подвиг) написаны книги.

Но мне хотелось, чтобы вы задумались, как же это было трудно и сложно. Под бомбежками, артиллерийскими обстрелами с Южной бухты было демонтировано заводское оборудование и баржами перевезено в Троицкую балку. А перевозить пришлось много: заводскую оснастку, материалы, компрессоры, станки… Был создан новый подземный завод с литейным цехом, лабораторией, с корпусным, малярным, медницким, кузнечным участками. А ещё были построены так необходимые столовая, баня, прачечная, общежитие. И потом, в период всей обороны Севастополя, завод ремонтировал, строил и выпускал новые минометы и мины к ним, ремонтировал корабли, выполнял множество заказов фронта и флота.

Возглавлял подземный завод с первого его дня Николай Кириллович Костенко, бывший молотобоец, до войны руководивший меднолитейным цехом. Как капитан корабля, он с последней группой впоследствии уходил из подземного завода, руководя подрывниками. Погиб на Херсонесе, посмертно награжден медалью «За отвагу».

Не было бы мужественной обороны города без этой надежной тыловой поддержки, без этого могучего плеча заводчан.

Жаль, мало издано мемуаров, написанных героями подземного завода. Многие попали в плен, и графа в биографии о том, был ли человек в плену, большинству из них стоила жизненной карьеры…

Работать завод прекратил в последних числах июня 1942 года, незадолго до падения города. Уже тогда снизу был пробит второй выход — штольня в Троицкий железнодорожный туннель, и вместе с бойцами бронепоезда «Железняков», который был в нем блокирован, в плен попали и последние покидавшие завод рабочие.

Причал в Троицкой был одним из первых, восстановленных после войны вместе с причалами в Южной и Килен-бухте. А до революции здесь находился устричный завод. Вот что написано у Григория Москвича в «Практическом путеводителе по Крыму» за 1903 год: «Заводом заведуют специалисты, и дело поставлено и ведется весьма рационально. Здание расположено у самого берега моря; в верхнем этаже отведено несколько комнат для приезжающих молодых ученых, где к их услугам специальные учебные пособия. Сбыт устриц так велик, что завод не успевает удовлетворять всем требованиям».

Посещение завода входило в экскурсионный маршрут катания на яликах по бухтам Севастополя. Стоило это удовольствие сравнительно недорого. Читаем в том же путеводителе: «К любому военному судну в один конец с пяти человек — двадцать копеек; катание — по тридцать копеек в час; за день до девяти вечера на ялике с одним гребцом — два рубля, с двумя — три рубля; в Инкерман или Херсонес в один конец — шестьдесят копеек, туда и обратно — рубль; проезд в шлюпке совместно на Северную — три копейки, на Корабельную — две».

К сравнению: на пятьдесят копеек в то время на Приморском бульваре можно было откушать обед из трех блюд. Устрицы были особенно популярны у мужчин из-за «прибавления мужской силы», как писали газеты того времени. Но устрицы живут только в чистой воде, и с появлением топлива из нефти и мазута они быстро исчезли из наших бухт и сейчас встречаются крайне редко.

Далее на восток, в продолжение причала, находится балка Георгиевская, названная в честь монастыря Святого Георгия Победоносца, находившегося здесь в XVIII веке. По берегу этой балки проходил акведук, он был частью огромного водовода, который провели во времена адмирала Лазарева для подачи воды в доки Корабельной бухты. Остатки акведуков можно видеть сегодня в Аполлоновой и Ушаковой балках.

А для того чтобы вода прошла дальше в город, в скале был прорублен кирками и ломами туннельный водовод, который выходил в Троицкую балку.

Во время Крымской войны старый туннель как убежище использовали пластуны русской армии, разведчики (об этом мы читаем в воспоминаниях Николая Берга). Еще до адмирала Лазарева земля этой балки была дарована адмиралу Федору Федоровичу Ушакову — у него здесь находился хутор.

В 1840 году в склонах балки был пробит и оборудован главный пороховой погреб Черноморского флота, и в честь него балку ещё называли Пороховой.

При сооружении погребов камень, который добывался при этом, оказался великолепного качества и стал использоваться при строительстве батарей Приморского фронта. Называлась балка в то время Крымской, а добываемый камень — крымбальским.

Каменоломни хорошо сохранились, как и камень, из которого построены стоящие до сих пор батареи Северной стороны.

На берегу балки в 1931 году начали строить ТЭЦ, в декабре 1936-го состоялся ее пуск. Пережив многое, она работает и сейчас. До войны станция называлась ГРЭС N 1 и была базовой электростанцией для всего Крыма, снабжала электроэнергией все города и Южный берег Крыма, подавая ток до последних дней обороны города.

На набережные Георгиевской и Троицкой балок в июне 1942 года был совершен дерзкий десант немецких войск, и именно отсюда берет начало героическая трагедия по оставлению города при второй обороне. В ходе отражения этого десанта сыграла свою роль внезапность нападения, и началась паника. Это негативно наложилось на отсутствие схемы планомерного отхода и оставления города. Высшее командование пыталось с Большой земли спасти офицеров, собрав их на 35-й батарее, но это только усугубило ситуацию.

Через два года уже советские войска на любых подручных плавательных средствах, даже на гробах, как вспоминают очевидцы, форсировали Севастопольскую бухту, также нанося удар в тылы оборонявшихся немцев.

Чем еще интересно это место в Севастополе? Во-первых, циклопическими сооружениями подземного объекта «Крот» в виде недостроенной электростанции, находящейся на западном склоне Георгиевской балки. Это пятиэтажное подземное сооружение начали строить в тридцатые годы, заканчивали в пятидесятые и не достроили.

Во-вторых, в воспоминаниях всех, кто родился до 1970 года, это — причал ГРЭС, куда ездили на пляж для посещения «Горячки», места, где находился выход сброса морской воды, охлаждающей турбины тепловой электростанции. Вытекая из огромных труб с температурой больше тридцати градусов в любое время года, вода давала возможность кайфовать здесь многим любителям морских процедур.

В этом же месте были некогда так называемые целебные грязи, которыми наши мамы и папы — дети войны — обмазывали тело для продления молодости. Жаль, но в ходе кампании по экономии тепла все эти маленькие радости прекратились.

Фото В. Батанова.

Другие статьи этого номера