Кизил-Коба: полвека исследований — не предел

Кизил-Коба: полвека исследований - не предел

Первые секции спортивной спелеологии в Крыму начали появляться в период 1959-1961 годов. Конечно, в каждой конкретной секции были центр концентрации и активный человек, готовый собирать вокруг себя единомышленников. Юридического статуса такие секции не имели и не очень к официозу стремились. Но время показало, что жизнеустойчивыми оказались клубы при вузах, заводах. Некоторые секции возникли в туристических клубах с многолетними традициями и самостоятельность имели чисто символическую. Ветераны крымской спелеологии вспоминали историю освоения пещеры Красной как основную веху в отечественной спелеологии. Решено было отметить полувековой юбилей крымской спелеологии в начале лета 2013 года прямо у входа в Кизил-Кобу. На разосланные приглашения откликнулись почти все ветераны.Причину столь бурного роста секций спелеологии один из активистов подземного движения севастополец Алексей Федоров объясняет тем, что 50 лет назад в Институте минеральных ресурсов Виктор Николаевич Дублянский начал исследование крымских пещер. И ему требовались многочисленные помощники: опытные, настойчивые, осторожные и одновременно решительные. Качественный скачок в исследованиях мог дать только количественный рост рядов исследователей.

И первые коллективные экспедиции направлялись на Ай-Петри, на Караби. Севастопольской секцией 6 лет руководил Борис Коган. О нем также вспомнили спелеологи, собравшиеся на Туфовой поляне под Кизил-Кобой летом 2013-го. Большой сбор ветеранов спелеологии проходил в торжественной обстановке. У входа в пещеру была открыта стела с мемориальной доской, напоминающей о Дублянском. На церемонии открытия доски присутствовал и сын Виктора Дублянского.

В фотоархивах севастопольских спелеологов есть уникальные фотографии и слайды, рассказывающие о штурме сифонов Кизил-Кобы. Александр Николайчук был одним из первопроходцев пещеры. Его нога впервые ступала по подземным горизонтам, его глаза впервые видели подземные лабиринты и водопады. Алексей Федоров вспоминает, как севастопольская экспедиция оказалась запертой в одном из залов внезапным паводком. Дождь над Долгоруковской яйлой поднял уровень воды в пещере, запер сифон. Паники не было, но три дня исследователи были отрезаны от внешнего мира не по своей воле. В зале Голубой капели севастопольцы снизу вверх прошли скальный 45-метровый камин. Лидером восхождения был Анатолий Шамрай.

С 1975-го по 1977 год в зал Голубой капели было организовано 6 экспедиций. По вертикали пройдено от уровня воды до корней деревьев 145 метров. Просто так на прогулку в Красную не пойдешь. Нужно месяц готовить снаряжение и потом уходить в пещеру на неделю. Группа из 6-7 человек должна нести рюкзаки по 35 килограммов каждый. Снаряжение в основной массе было самодельным, тяжелым. Нередко и стальные лестницы использовали. Даже налобные фонари сами конструировали. Стандартная «коногонка» со штатным аккумулятором была предметом мечтаний и большой редкостью.

Каждая фотография в архиве спелеолога — плод изнурительного труда. Фотоаппараты, фотовспышки и батареи к ним нужно было пронести в герметичном мешке через обводненную часть. Пленка чувствительностью в 65 единиц требовала многократной работы вспышки. А значит, и штатив нужно было нести в пещеру.

Сейчас протяженность всех ходов Красной пещеры — более 24 километров. Несколько боковых пещер со временем примкнули к главной части и стали единой пещерой. Несколько лет работали спелеологи Симферополя в Голубиной пещере на Долгоруковской яйле. Понимали, что вода из нее разгружается в Красную, но ход найти никак не могли. Симферопольцы после очередной экспедиции разъехались по домам. На их место спустилась группа исследователей из Москвы. И через две недели они прошли из Голубиной в Красную.

Александр Николайчук вспоминает, что когда удалось пронырнуть сифон и войти в огромные залы, ступить в русло подземной бурной реки, пройти через водопады, — душа пела от восторга. Чувство первооткрывателя ни с чем сравнить нельзя. Тогда севастопольцы Нагерняк, Богомолов, Федоров, Белоиваненко, Назаров проходили шестой сифон, и Николайчук впервые был в группе обеспечения. Он с товарищами подносил акваланги, транспортные рюкзаки. И пещера произвела на него неизгладимое впечатление своими масштабами, мощью реки. Довелось ему после того побывать во многих пещерах. Но первая встреча с Красной для него остается самой эффектной. Романтика первооткрывателей манила 50 лет назад наших ветеранов. Она же движет и современной молодежью, исследующей пещеры в районе Байдарской долины. Пещеры и сегодня дают возможность ступить туда, где до тебя никто не бывал.

За пятьдесят лет спортивное снаряжение и экипировка спелеолога значительно изменились. Появились термобелье и прочные гидрокостюмы. Прогресс продолжается. Технические средства позволяют расширять непроходимые прежде узости и «шкуродеры». Но психология спелеологии осталась все той же.

Сегодня Кизил-Коба — не только популярный, но и перспективный туристический объект. Есть пешеходный маршрут с бетонными дорожками до первого сифона. Для любителей экстрима есть маршруты с прохождением сифонов в гидрокостюмах и с аквалангами. Каждый год поздней осенью проводятся экспедиции, дающие новые открытия, новые ходы и залы. В отличие от пещеры Баир-Хасар на Чатырдаге, Красная не имеет запрещенных для посещения зон. Но пещера контролируется специалистами. Работа исследователей приветствуется, но четко координируется и контролируется.

Антропогенное влияние на пещеры можно и нужно регулировать. Администратор пещеры знает, кто и в каком составе там работает. Лишних людей не пустит. Да и не каждая группа получит право идти за сифон. С первых же дней исследования этого уникального объекта природы было принято решение не оставлять после себя мусора. Замыкающий в группе подбирал все, что нечаянно было обронено или оставлено членами экспедиции. Забирали и чужой мусор, оказавшийся в пещере до экспедиции. Нарушителя вычислить не сложно. А дальше — «черный список» и — прощай, пещера!

Перспективы у севастопольской спелеологии есть. Ассоциация спелеологов активно продолжает исследование недавно найденных пещер в Байдарской долине. На «нашем» участке Ай-Петринской яйлы все реальные пещеры найдены. Но стоит помнить и о том, что каждая воронка с провалом грунта имеет подземное продолжение в виде пещеры. Можно начинать копать, разбирать каменный или глиняный завал, и выйдешь в какую-нибудь полость. Но сколько копать, не знает никто. Сегодня открыто и имеет проходимый для человека ход на поверхность только 10% полостей, существующих в Крымских горах. Резерв для поиска есть. Но вот только теперь открытия даются все большей ценой времени и сил. Шахта имени Артура Григоряна до сих пор не пройдена до конца. Трудно работать в воде на глубине 140 метров. Есть относительно неглубокая пещера Красная Шапочка. Завал перекрыл ход, но продолжение явно есть…

Эпоха первопроходцев не ушла в историю. И сегодня искатель может сделать открытие. Хватило бы настойчивости, уверенности в своих силах, в важности поставленной задачи.

На снимках: участники экспедиции 2013 года; фотографии экспедиции 1975 года.

Фото автора.

Другие статьи этого номера