Школьные годы чудесные…

И не только для учащихся. Если учитель — не только профессия, но и призвание, то в течение учебного года он получает столько эмоций, смесь которых порой невозможно даже разделить на положительные и отрицательные, сколько при «нормальной» профессии человек за всю жизнь не получит.
Газета — не книга, а если все случаи припоминать, то и страниц трёх увесистых томов не хватит. «Тысяча и одна ночь», не сериал, конечно, но скромной книжицей покажется. И хотя трудно что-то выделить, начну с того, что легко могут подтвердить участники и свидетели данных реальных школьных событий.УДАР ВЫШЕ ВОРОТ?

Я тогда преподавал военное дело в 44-й школе, директором которой в то время и по сей день является Николай Петрович. В выпускном, тогда 10-м классе учились ребята умные, тему урока усваивали быстро, поэтому сэкономленное время я уделял их физической подготовке. Чаще всего, если задание на урок было выполнено, то остальное время мы играли на школьном дворе в футбол. Составы команд были практически постоянными, в команде «Мастеров» играли в основном те, кто занимался футболом в клубе «Виктория», а в команде «Самураев» во главе со мной играли все остальные.

Противопоставить «самураи» «мастерам» могли только самоотверженность, азарт и спортивную ярость. И всё же, как правило, проигрывали. Однажды за игру рукой в ворота «мастеров» был назначен пенальти. Их самоуверенного вратаря я предупредил: «Сейчас ты у меня вместе с мячом влетишь в ворота». Приложился к мячу на совесть, но тот, к сожалению, просвистел мимо ворот и, словно снаряд, врезался в школьное окно. Оно, понятное дело, с грохотом разлетелось…

Уже через минуту на спортивную площадку влетел разъярённый директор. В то время на ремонт школы средств почти не выделяли, стекло тоже в дефиците, именно этому и была посвящена короткая, но эмоциональная речь Николай Петровича. Затем он зловеще уставился на нас, как удав на кроликов: «Кто вышиб окно? Быстро домой за родителями и вставить…» Увидев массовую ухмылку на лицах, «сотворивших злодеяние» горе-футболистов, вновь вскипел: «Вам ещё и весело? Я спрашиваю: кто это сотворил?»

Пришлось мне сознаться: «Это я разбил, Николай Петрович, сегодня же постараюсь окно восстановить».

Поистине, повинную голову и меч не сечет, ответ директора, думаю, удивил не только меня: «Нет-нет, Николай Николаевич, вставим окно без вас. Это первый случай в моей жизни, когда учитель, вместо урока играя с учащимися в футбол, разнёс окно в школе».

С того случая прошло много лет, но при встречах я всё стесняюсь спросить у Николая Петровича, был ли в его богатой директорской практике второй подобный случай…

НЕПРЕДВИДЕННАЯ СИТУАЦИЯ

Лишить человека природы что оторвать Анте я от матери-земли. Природа — тот добрый волшебник, который одновременно дарит здоровье, воспитывает и облагораживает.

Раньше в походы, даже с ночёвками, старшеклассники ходили без проволочек. Главное — найти старшего, который пойдёт в поход в качестве ответственного лица, и вернуться к контрольному времени. Мобильных телефонов в качестве средства связи тогда ещё не существовало.

Уговорить меня возглавить турвылазку в качестве «предводителя» группы было несложно, директор школы Людмила Владимировна почему-то была уверена, что со мной не пропадут, поэтому для старшеклассников школы N 4, где я тогда работал, в этом смысле я был палочкой-выручалочкой.

В тот раз в конце января с выпускным десятым классом в урочище Красный Камень мы отправились с двумя ночёвками. Дивный заснеженный горный лес, для катания не горка, а целая гора, поэтому два дня пролетели, как четыре часа… Настал день нашего возвращения в родные пенаты. И не позже 18.00! И надо же, с утра не пошёл, а повалил снег. Коллектив в классе подобрался интересный и дружный, нытиков не было, каждый — личность, поэтому, хотя на транспорт при такой погоде никакой надежды, с таким и ребятами какие проблемы?!

Маршрут для возвращения выбрали по расстоянию кратчайший, хотя по рельефу и сложный. С Красного Камня от памятника погибшим в бою с карателями партизанам, где спустились, а где съехали на спине в Чернореченский каньон и по течению реки направились к нижнему Черноречью. Вот тут нас и поджидала та непредвиденная ситуация, вспоминая которую, и сегодня ёжишься…

Надо сказать, все ребята были людьми серьёзными, легкомыслием не страдали. Например, Саша и Люда создали после окончания школы дружную семью, сегодня у них трое детишек. Саша стал лётчиком, дослужился до подполковника.

Но была в этой группе и другая пара… Красивое, тронутое улыбкой лицо Лены более всего украшали тёмные, как ночь, загадочные, как у Джоконды, глаза. В неё был страстно влюблён истинный рыцарь, умный, скромный, искренний, к тому же спортсмен и красавец, Дима. Но пойми эту девичью натуру, иногда в глупца до смерти влюбится, а иногда и достойнейшего из достойных отвергнет…

Снег не только падал, но и таял, поэтому с впадающих в каньон балок в речку Чёрную стекали ручьи. При переправе по бревнышку через наиболее многоводный ручей Дима проскочил вперёд и протянул Лене свою надёжную рыцарскую руку, но та капризно её отвергла и предпочла ухватиться за тоненькую веточку. С таким же успехом она могла ухватиться за воздух — уже в следующее мгновение Лена лежала по шею в ледяной воде…

Вот она, непредвиденная ситуация. Хорошо хоть в трёхстах метрах впереди по каньону со времён второй героической обороны Севастополя от немецкого моста для танков тогда ещё сохранились используемые для перехода через речку на поляну мощные железные тавровые балки .

Мальчишки срочно были посланы разжигать костёр на поляне, девчонки — следом в надежде отыскать в своих рюкзаках хоть что-то из сухой одежды. Мы с Димой доставляли и переправляли на противоположный берег к костру и месту переодевания всё ещё пребывающую в прострации Лену. У костра её не только обогрели, но даже напоили горячим чаем. А вот переодевание оказалось настолько неполноценным, что мне пришлось пострадавшую одеть в настоящую кожаную на овчине военно-морскую куртку. Непредвиденная задержка составила полтора часа. Теперь уже надо было торопиться без остановок по двум причинам: во-первых, не успевали к контрольному времени, во-вторых, дул пронизывающий встречный северный ветер со снегом…

Обувь не туристическая, скользкая, главное — выбраться без дальнейших приключений из каньона. А далее — по маршруту: Черноречье, Хмельницкое, Ялтинская дорога… Но как без удачи?! На десятом километре повезло: нашу бредущую вдоль дороги навстречу ветру со снегом «фалангу» подобрал попутный автобус, и мы почти успели к контрольному времени.

На следующее утро сразу после звонка на первый урок, опередив историка и уняв волнительную дрожь, я с сияющей улыбкой до ушей (профессиональный конферансье позавидует) влетел в класс, где как раз шло бурное обсуждение вчерашней «одиссеи». Конечно же, очень переживал за Лену, боялся в классе её не увидеть… Наконец, отважился глянуть в сторону её парты, и — какое счастье: на меня смотрели всё те же загадочные глаза Джоконды.

Сказывают, в настоящее время Лена обитает во Франции. Жизнь прожил, но так и не пойму, как эти глаза не разглядели, отвергли истинного и преданного ей рыцаря…

Несколько лет назад случайно встретил Лену в Севастополе, но спросить, на кого Диму променяла, так и не решился. Любовь — вулкан, не предскажешь, когда и кого озарит, а кого испепелит. А вдруг…

НЕТРАДИЦИОННАЯ ПЕДАГОГИКА

Верьте или нет, но хвойный пояс из крымской сосны, опоясывающий Максимову дачу, спасли от пожаров учащиеся школы N 4. Причём, если по нынешним возрастным меркам, то 6-7-х классов. Впрочем, живых свидетелей, как и повзрослевших участников той трудовой эпопеи, и сегодня проживает в Севастополе множество.

Зелёный пояс из крымской сосны не только вокруг Максимовой дачи, но и вокруг Севастополя был высажен в начале 60-х годов прошлого века по инициативе и стараниями почётного гражданина Сергея Романовича Булаха. Но механическим способом, как пшеница или рожь, то есть очень густо. Со временем верхушки взрослеющих, жестоко конкурирующих между собой за солнечный свет сосенок потянулись вверх, а нижние ветки стволов, лишённые света, стали сохнуть. Поэтому по причине лёгкости возгорания непролазного среди сосен сухостоя при безответственном обращении с огнём любителей отдыха на природе, но не самой природы, на Максимке всё чаще стали случаться пожары…

В 1987 году экспериментаторы образования «изобрели» для учащихся школ два учебных часа в неделю общественно-полезного труда. Думали, думали мы с директором школы Людмилой Владимировной как эту общественную полезность учащихся претворить реально в жизнь, наконец, надумали. Для каждого из трёх пятых и трёх шестых классов будем проводить спаренные уроки общественно — полезного труда один раз в неделю, но в разные дни . Учитель труда Виктор Антонович, в школьной мастерской которого всегда было полно мастерящих что-то учащихся , подготовил нам для работы 20 ручных пил. О том, что возраст «трудовых бригад» был всё же детский, помню из того, что всю дорогу от школы до Максимки между девочками шла «конкуренция » за право уцепиться за одну из моих ладоней, куда бы я их ни прятал.

Трудовые задачи ставились скромные, без нарушений техники безопасности: разбившись на пары, отпиливать нижние сухие ветки у стволов сосен до двухметровой высоты. Вообще-то планировал так: мальчишки пилят, а девочки выносят спиленные сухие ветки на открытое пожаробезопасное пространство. Куда там, такой поднялся протест, что эмансипацию пришлось отменить. Не рассчитывал я и на подобный детский трудовой энтузиазм, как и его реальные результаты. Спасая сосновый лес, мы не только опиливали сухие ветки, но и спиливали засохшие деревья, освобождали сосны от опутавших их лиан, обычно уцепившись за неподатливую лиану всей командой, как сказочные герои за репку.

Долго рассказывать, но когда опилили последнюю сосну на Максимовой даче, взялись расчищать парковые дебри вокруг детской больницы N 5. Правда, вскоре завхоз больницы попросила прекратить расчистку, не на чём было вывозить быстро растущую гору спиленных зарослей. Но успели до холодных осенних дождей ещё опилить и нижние сухие ветки у сосен от перекрёстка пятого километра до памятника «Мужеству и героизму авиаторов-черноморцев». И при этом, хотя укомплектованная аптечка была всегда при мне, не припомню случая, чтобы она нам понадобилась.

Но была у общественно полезного труда и другая сторона медали. Непосредственно опиливали деревья школьники один час. А второй, собрав спиленные ветки и вытащив их со спиленными сухими деревьями на пожаробезопасное пространство, ребята сжигали их на костре и играли в различные игры. Причём инициаторами в выборе игр всегда были дети. Так они стали прыгать с небольшого обрыва на мягкие ветки, в том числе и девчонки, хотя у некоторых во время полёта юбка, как парашют, — выше головы.

Стал принимать зачёты на допуск к прыжкам, обучать правильному безопасному приземлению. Многие из них освоили прыжки с мягким приземлением даже с двухметровой высоты. Стоило кому-то прыгнуть через костёр, тут же выстроилась очередь. С огнём надо дружить, но опасно играться. Вскоре, пройдя практическое обучение и начиная с малого, все с энтузиазмом прыгали не только через костёр, но даже сквозь огонь. Естественно, после определённой подготовки и экипировки. Не без того, бывало, домой возвращались со слегка опалёнными волосами на голове и бровях, а я больше всех, так как обучать приходилось методом «рассказ-показ». Надо отметить, что ни один из родителей за весь период детской общественно полезной трудовой эпопеи не предъявил мне ни единой претензии.

Однажды увидел, как один из мальчишек целится из рогатки в птицу. Спасать лес и убивать в нём всё живое, да можно ли одновременно творить добро и зло? И что же это за лес, парк, город без птиц? Проснулся охотничий инстинкт? Но предки охотились ради выживания, а убивать на земле живой мир ради развлечения — страшный человеческий порок.

Как удовлетворить свой охотничий инстинкт? Я достал из рюкзака большое яблоко: «В лесу, к сожалению, валяются в изобилии оставленные «любителями природы» консервные банки, подвесим их на лиане между деревьями, в них из рогатки и стреляем. Победитель получит это яблоко». О боги, почти все мальчишки достали из своих штанин рогатки…

С той поры прошла четверть века, недавно встретил гостящую у родителей, ныне проживающую в Санкт-Петербурге, а тогда пятиклассницу Таню. Большая любительница животных, у неё даже жили две любимые собаки. Она и внешне похожа на знаменитую укротительницу Маргариту Назарову. После того, как поздоровались, первыми словами Татьяны были: «Помните, как мы опиливали сосны на «Максимке» и прыгали сквозь огонь через костёр…»

Нет, я могу продолжать и продолжать, а живые свидетели подтвердят, что изрекаю истину…

Это я к тому, чтобы сторонние не думали, будто День учителя зря придумали…

Другие статьи этого номера