…Мечты сбываются!

...Мечты сбываются!

Узнав, что они не могут иметь собственных детей, в Кировограде семья милиционеров усыновила троих детишек из детского дома.«УВИДЕЛИ ФОТОГРАФИЮ САШИ, И СЕРДЦЕ ДРОГНУЛО!»

Новость о том, что она не сможет иметь детей, для 27-летней сотрудницы кировоградской милиции Инны стала настоящим шоком. Они с супругом Константином давно хотели ребенка.

— Мальчика или девочку — нам было абсолютно неважно, — говорит Инна, симпатичная молодая женщина с вьющимися русыми волосами. — Удручала даже тишина в доме — так хотелось, чтобы рядом бегали и смеялись дети. Вердикт врачей нас не остановил, мы с Костей поехали в Киев и в частных клиниках пробовали решить нашу проблему. Но ничего не получалось. Мы уже не знали, что делать, совсем отчаялись. Как осуществить мечту, если все врачи говорят, что это невозможно?

Видя, что забеременеть не получается и, судя по всему, уже не получится, я начала задумываться о том, чтобы усыновить ребенка, — рассказывает Инна. — Но сказать об этом мужу первое время не решалась. Мало ли, как он к этому отнесется. Я знаю семьи, в которых мужчины, узнавав, что у жен подобные проблемы, тут же подавали на развод. Другие не разводились, но усыновлять детей боялись — дескать, поди знай, какая у ребенка наследственность. Меня этот вопрос волновал в последнюю очередь. Даже в самых интеллигентных семьях бывают неблагополучные дети. И гены здесь ни при чем, многое зависит от воспитания.

Помню, ехали в автобусе, возвращались из Киева после очередной неудачной попытки, и я тихонько спросила: мол, а что если нам сходить в детдом? Думала, Костя долго будет колебаться. Но он, наоборот, загорелся: «Конечно, давай! Говорят, есть даже специальные сайты для желающих усыновить ребенка».

Как большинство семейных пар, сначала собирались усыновить ребенка, которому еще нет годика. Хотели, чтобы в будущем он не сомневался, что мы — его настоящие родители. Но взять грудничка не получилось.

— На первый взгляд, детей-сирот очень много, — присоединяется к нашей беседе Константин. — Но как только мы находили малыша, который нам нравился, и перезванивали по указанному номеру, нам отвечали, что его уже усыновили. И так было раз пять, если не больше. Что делать? Тогда мы решили посмотреть на деток постарше.

— И почти сразу увидели вот это чудо, — Инна показывает фотографию двухлетнего мальчика с большими голубыми глазами. — Его глазенки нас покорили. Казалось бы, пересмотрели уже десятки анкет, но когда увидела этот снимок, дрогнуло сердце. Мне как будто что-то подсказывало: этот ребенок должен стать моим сыном! Сгорая от нетерпения, я открыла анкету. Там было сказано, что мальчика зовут Саша, живет в Кировоградском доме малютки. А рядом написано: есть брат. Открылась еще одна анкета — четырехлетнего братика Саши, Даниила. На сайте был и видеоролик, на котором Саша и Даня рассказывали стишок о весне. Вернее, говорил только Даня, а Саша, маленький, как кнопочка, просто стоял и улыбался. Даня произносил слова неразборчиво, хотя и очень старался. Я почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.

— На страничке Дани мы нашли еще одну интересную новость, — говорит Константин. — Там было написано, что у ребят есть сестра Юля. Оказалось, это целая семья: Саша, Даня и их старшая сестричка. Но если мальчики были в Доме малютки, то восьмилетнюю Юлю уже перевели в детский дом. Такая худенькая светленькая девочка с большими и очень грустными глазами. Посмотрели видеоролик, на котором она рассказывала стишок: «Белка, белка, рыжий мех». Стихотворение вроде бы веселое, но девочка оставалась серьезной. Как уже говорила жена, до этого мы пересмотрели сотни анкет. Какой-то ребенок нравился ей, какой-то — мне. А эти дети как-то сразу запали в душу нам обоим. Причем все трое.

— Вот именно трое! — улыбается Инна. — Мы же вроде бы рассчитывали только на одного ребенка. Я даже не представляла, как это — иметь троих детей. Но разлучать малышей точно нельзя было. К тому же все они так нам понравились! Я украдкой посмотрела на мужа. Костя не отрывал глаз от монитора. Но у него все было написано на лице. «Может, возьмем… их?» — спросила я, еще сама толком не осознавая, что предлагаю. Мы с Костей переглянулись и сразу друг друга поняли. В тот же день поехали в детдом.

«КОГДА К МАМЕ ПРИХОДИЛИ МУЖЧИНЫ, МЕНЯ ВЫГОНЯЛИ ИЗ ДОМА НА УЛИЦУ…»

— В службе по делам детей нам рассказали, что братьев и сестру забрали из неблагополучной семьи, — вспоминает Инна. — Их мама абсолютно за ними не смотрела, дети нужны были ей только для того, чтобы получать детское пособие. «Эти ребята такого натерпелись, — покачала головой сотрудница службы по делам детей. — Особенно Юлечка. Бедная девочка, как могла, старалась опекать младшеньких. Хотите с ней познакомиться?»

Чиновница предупредила нас, что Юля — ребенок сложный, с незнакомыми на контакт практически не идет. Мы пытались поговорить с ней, но она отвечала односложно и отворачивалась к окну. После встречи у меня опустились руки. Как найти с ребенком контакт, если Юля этого не хочет? Муж тоже был растерян. Если с нами девочка не хотела говорить, то как на нас отреагируют мальчики? Но мы все-таки решили пойти и к ним.

— Эту встречу я запомню навсегда, — говорит Константин. — Мы с женой ждали ребят в комнате для гостей. И вот они заходят — две маленькие кнопочки. Сначала так удивленно на нас посмотрели, а потом старший, Даня, подбежал ко мне и выпалил: «Папа, папа пришел! Где же ты был так долго?»

— В тот момент я не выдержала, расплакалась, — Инна смахивает набежавшие на глаза слезы. — Потом Даня подошел ко мне, назвал мамой… Воспитатели были в шоке — ребятам никто не говорил, что к ним идут родители! Они сами так решили. После этой встречи мы с Костей уже не сомневались, что Саша и Даня — наши дети. «У ребят проблемы со здоровьем, — предупредили воспитатели. — У них задержка в развитии, нужно будет много работать». Но разве нас могло это испугать? Мы с мальчишками несколько часов играли машинками, которые им подарили. «У меня никогда не было машинки, — прошептал мне на ухо Даня. — Мам, спасибо тебе!»

Одновременно я решила попробовать найти подход к Юле. Опять пришла, пригласила ее на прогулку. Разговаривала с ней обо всем, что видела, — о природе, о птицах, рассказывала ей о своей семье. Первые несколько дней Юля в основном слушала. А потом вдруг разоткровенничалась. «У меня тоже была семья, — неуверенно начала говорить и уточнила: — Ты же моя подруга, правда? Я ведь такое могу рассказать только своей подруге». «Конечно подруга!» — подтвердила я. Девочку это успокоило. Юля рассказала страшные вещи. Как они жили в старом холодном доме, как нечего было есть. «К Вите (она называла мать только по имени) все время приходили какие-то мужчины и выгоняли меня на улицу, даже зимой, — вспоминала Юля. — Я стучалась, говорила, что очень холодно, но мне не открывали. Приходилось спать на коврике перед дверью. Сначала просто мерзла, а потом уже не чувствовала ног. Под утро засыпала…» Я думала, что Юле тяжело об этом рассказывать, но, видно, ей, наоборот, хотелось выговориться. «Я очень люблю своих братиков, — призналась девочка. — Вот бы с ними встретиться!» На следующий день мы с Костей это организовали. Увидев Даню и Сашу, Юля крепко их обняла, а потом, как маленькая мама, начала заботиться о них — то воротничок поправит, то свитер наденет.

Так пролетели десять дней, которые нам давали на знакомство с детьми. С каждым днем Юля становилась все более откровенной. Однажды я задержалась на работе и не смогла прийти. «Бедное дитя так переживало! — сообщила мне на следующий день воспитательница. — Целую ночь проплакала». Я боялась, что Юля на меня обиделась. Но, увидев меня, она улыбнулась: «Мам, привет! Я тебя так ждала!» В этот момент я вдруг почувствовала, что стала уже не просто подружкой. С этого дня я стала для нее мамой.

ТРОЙНОЕ СЧАСТЬЕ

— За десять дней Юля изменилась до неузнаваемости, — улыбается Константин. — Даже спросила, что нужно сделать, чтобы мы поскорее забрали ее домой. К приезду детей мы украсили квартиру, купили игрушки, надули разноцветные шарики. Думали, что дети тут же начнут играться. Но они от неожиданности застыли, не зная, что со всем этим делать.

А друзья интересовались у нас, что мы будем делать с тремя детьми. Я работаю в дежурной части в райотделе, Инна — там же, выдает пропускные документы. Зарплаты, как вы понимаете, небольшие. Но если захочешь, все можно распланировать. Как только мы узнали, что у двухлетнего Сашки есть брат и сестра, я начал обзванивать своих многодетных друзей. Спрашивал, как они управляются. И понял, что все не так уж и страшно.

— Наверное, секрет в том, что мы с мужем все делаем вместе, — размышляет Инна. — Костя часто помогает мне готовить обеды. Кстати, первые несколько недель мы готовили даже слишком много — дети не успевали все съедать.

Усыновив детишек, Инна и Константин тут же начали водить их к психологам и логопедам. Восьмилетнюю Юлю отдали на гимнастику. А Даниил теперь ходит в футбольную секцию.

— Мы работали с ребятами день и ночь, — вспоминает Инна. — Для каждого ребенка составили индивидуальную учебную программу. Дополнительные занятия чтением, английским… Теперь Юля — одна из лучших учениц в классе, мечтает стать чемпионкой по спортивной гимнастике. Тренер сказал, что у нее есть хороший потенциал.

— Дети уже освоились в квартире? — интересуюсь я.

— Меньше чем за месяц, — говорит Инна. — «Раньше я видела такие семьи только в фильмах, — призналась нам как-то Юля. — Чтобы все друг друга любили и все делали вместе. Я думала, что в жизни так не бывает». Я сама еще в прошлом году и подумать не могла, что у меня будет большая семья. Сейчас вспоминаю, как много лет назад, когда была еще школьницей, сельский колдун посмотрел на мою руку и сказал: «У тебя, дочка, трое детей будет». Как видите, мечты сбываются.

— Дети знают, что мы милиционеры, и даже этим гордятся, — рассказывает Константин. — Недавно привел Даню на работу. Больше всего его впечатлил пистолет Макарова. Теперь у нас есть и игрушечный автомат Макарова, и даже «палка Макарова». Сыновья стараются не вспоминать прошлую жизнь. Сашка у нас еще маленький, он действительно может не помнить. Но недавно даже Даня спросил: «Пап, а как я оказался в детдоме? Где я жил до этого?»

— Юля не забыла свою прошлую жизнь, но никому о ней не рассказывает, — говорит Инна. — Она уже убедила себя в том, что мы — ее настоящие родители и с нами она жила всегда. О прошлом больше не разговариваем. Она счастлива, и это главное.

(По материалам статьи Е. КОПАНЕВОЙ, газета «Факты» за 19.10.2013 г.).

Другие статьи этого номера