Алый парус на полотне

Алый парус на полотне

Известному в Севастополе, да и далеко за его пределами живописцу Владимиру Адееву исполнилось 65 лет. Юбилей совпал с присвоением Владимиру Васильевичу почетного звания — «Заслуженный художник Украины». В кинопавильоне Национального музея героической обороны и освобождения Севастополя была открыта выставка полотен мастера.Картины Владимира Адеева не спутаешь с работами другого художника, по крайней мере, по двум признакам. Искусствовед найдет их больше в оригинальном почерке художника. Прежде всего полотна Владимира Васильевича похожи на гобелены. Так ложатся краски под его кистью. Ее след бархатист, как у Константина Богаевского. Неизвестны приемы, с помощью которых он добивается этого эффекта. На выставке, слышу, кто-то повторил эти слова: «как у Константина Богаевского». В то же время наш земляк не копирует приемы великого мастера прошлого. «Лучшие мои работы, — говорит Владимир Адеев, — выражение восторга, восхищения неповторимым мастерством Константина Богаевского».

Владимир Васильевич узнаваем также и по тематической направленности своих произведений. В них с особым вдохновением он отражает дух и образы прозы Александра Грина. Всматриваешься в виды созданных незамутненным воображением писателя-романтика городов с экзотическими названиями и поневоле становишься свидетелем волшебства органичного, неразделимого слияния слова и красок.

Отец художника, Василий Алексеевич, был направлен в Крым издалека в числе тех людей в погонах, которые обеспечивали подготовку и безопасность проведения конференции глав стран — союзниц по Антигитлеровской коалиции в Ливадийском дворце. Так Адеев-старший с семьей осел в Крыму. В севастопольской тюрьме он принял хозчасть. Офицеру и какую-никакую квартиру дали, по существу, на территории режимного объекта. Здесь прошли детство и юность Владимира Адеева. Любопытному по натуре парнишке стали известны имена знаменитых в прошлом узников севастопольской тюрьмы, в том числе и Александра Грина.

На 60-е годы прошлого столетия приходится бум интереса читающей публики к творчеству автора «Алых парусов», «Бегущей по волнам» и других замечательных произведений. «Александр Грин, его романы, повести и рассказы, — говорит сегодня Владимир Васильевич, — научили меня видеть окружающий мир глазами художника, то есть в красках и образах».

Лучшие образцы творческого наследия писателя Владимир Адеев не просто читал, он их изучал, радовался сделанным открытиям. Благо Александр Грин при всей закрытости его натуры, случалось, не скупился на подсказки. «Некоторые оттенки Севастополя, — писал он, — вошли в м о и (разрядка в этом слове Александра Степановича. — Авт.) города: Лисс, Зурбаган, Гель-Гью и Гертон».

Герой одного произведения нанял в Зурбагане ялик, чтобы переплыть в Лисс. На гребной посудине далеко не уплывешь. А вот приблизительно от нынешней Графской пристани до Корабельной стороны — легко. Вот вам и Зурбаган, и Лисс. Сан-Риоль Александр Грин расположил в устье реки. А ведь это, убежден Владимир Адеев, Инкерман. Какой еще быть знакомой нам реке Черной, как не Святой вблизи выбитых в скале церквей монастыря Святого Климента?..

Имена некоторых других населенных пунктов на карте, созданной писателем своей удивительной страны Гринландии, — видоизмененные фамилии владельцев севастопольских пригородных дач. От зорких глаз Александра Грина не ускользнули Херсонесский маяк и другие объекты. Карту Севастополя, судя по всему, писатель знал в совершенстве. Так считает Владимир Адеев.

По его мнению, в описании пейзажей писатель скуп на слово. Но, тем не менее, пейзажи эти броские, узнаваемые. Художник легок на подъем, когда друзья или приезжие просят его провести экскурсию по тропе Ассоль из Каперны (Владимир Васильевич убежден, что это не что иное, как микрорайон Килен-балки) через ручей и лес (Ушакова балка) в представленный уже нами Лисс. Оставшись наедине с собой, Владимир Адеев берется за кисти. На выставке многие надолго задерживаются у красочных пейзажей гриновских городов. Узнают в них родные места, увиденные Александром Грином.

Известный крымский литературный критик недавнего прошлого В. Вихров свидетельствует о посещении Александром Грином Балаклавы. Владимиру Адееву, видимо, еще предстоит вычислить отблеск городка в творчестве писателя-романтика, но для самого Владимира Васильевича Балаклава — источник вдохновения. Он не устает рисовать примыкающие к ней горы с крепостными башнями, извилистую бухту, напоминающую полноводную реку.

Также художник обожает передавать красоту Аполлоновой балки с уцелевшим фрагментом давнего акведука. Этот пейзаж послужил фоном на портретах Александра Грина кисти Владимира Адеева. Самый удачный из них мечтает приобрести руководство Феодосийского музея писателя. Но портрет остался в Севастополе. Он первым бросается в глаза в музее автора «Алых парусов», открытом в бывшей тюрьме. В ней Александр Степанович провел два года. За предпринятую попытку побега «меня, — писал Александр Грин, — сунули в нижнюю камеру. Там решетка была на уровне с землей».

По надежным достоверным источникам Владимир Адеев нашел эту камеру. Отстоял ее, чтобы оформить в ней экспозицию музея. Крохотка-комнатенка (какой еще быть тюремной камере) с цепями, канатами, вещичками прошлой эпохи стала пристанищем духа Александра Грина, духа его произведений.

На организованной выставке в кинопавильоне Национального музея героической обороны и освобождения Севастополя были представлены не только картины художника. Для меня, например, было открытием, что Владимир Адеев еще талантливый судомоделист. «Первую модель парусника, — признался Владимир Васильевич, — я сделал в шестилетнем возрасте. Отец научил. А дед мой был краснодеревщиком».

Еще одна немаловажная деталь: отец, Василий Алексеевич, мечтал стать художником, но жизненные обстоятельства не позволили получить специальное образование…

На церемонию открытия выставки пришли кое-кто из учеников Владимира Васильевича. Было время, когда в течение десяти лет Владимир Адеев возглавлял студию художников-оформителей городских предприятий «Рабочая палитра». Из нее вышли замечательные мастера-такие как Игорь Шипилин, Александр Шадура, Александр Завьялов, Виктор Надырко, Михаил Крицер и другие.

…»Вдохновение-девушка очень капризная», — считает Владимир Адеев. Но и с этим обстоятельством можно сладить, о чем свидетельствует промежуточный итог трудов художника.

На снимках: картины Владимира Адеева.

Фото автора.

Другие статьи этого номера