Пятьдесят золотых лет

Пятьдесят золотых лет

Согласитесь, «золотая свадьба» — событие не такое уж частое в нашей жизни. Особенно если это не просто цифра, а действительно счастливый союз. Полвека вместе в любви и согласии — почти идеал, сюжет для романа или мелодрамы. И, однако же, такие браки существуют, и не только в кино, но и рядом с нами. 14 августа отмечают золотой юбилей совместной жизни Тамара Ивановна и Вадим Васильевич Васич. И это — тот самый счастливый случай.Признаться, когда я шла знакомиться с юбилярами, воображение рисовало двух милых старичков, почему-то немного застенчивых, радушных. Калитку открыла моложавая энергичная женщина с открытой улыбкой. «Старички» оказались молоды, жизнерадостны, общительны. Рассказывала в основном Тамара Ивановна, Вадим Васильевич больше помалкивал, время от времени вставляя в разговор короткие, но емкие замечания с юморком (наверное, сказалась работа в Одесском пароходстве). Например, отвечая на вопрос о секрете долгой совместной жизни, супруга говорила о терпимости, о детях, о том, что ее муж — надежный, ответственный человек, который все делал для семьи. А муж с лукавой улыбкой неожиданно вставлял: «Консенсус!» — и все становилось понятно.

Их судьбы чем-то похожи, как и у многих людей военного и послевоенного поколений. Отцы воевали на фронтах Великой Отечественной. Отец Тамары, старший сержант Иван Антонович Хильгора, с первого дня обороны защищал Севастополь, 2 июля 1942 года попал в плен на Херсонесском полуострове. В Пантеоне памяти 35-й береговой батареи есть его фотография, а в списках батареи он значится пропавшим без вести. На самом деле Иван Антонович выжил, после войны был отправлен в Донбасс, работал в шахте. Там же, в Донецкой области, родились Тамара и ее младшая сестра. Отец мало рассказывал о войне — бывшие пленные считались неблагонадежными, такое было время. Может быть, именно поэтому он так и не решился вернуться в Севастополь, хотя очень этого хотел. Мама Тамары во время войны состояла в евпаторийском подполье.

Вадим Васильевич родился в Николаевской области. Мама умерла рано, мальчика воспитывала бабушка. Отец, Василий Сидорович Васич, участвовал в обороне Одессы, тоже прошел плен и как следствие — лагерь в Архангельской области. После возвращения работал прорабом в крупной строительной компании, восстанавливал Евпаторию — едва ли не весь послевоенный город поднят его руками.

В Евпатории Тамара и Вадим и познакомились в 1964 году. «Первого мая, в театре», — вспоминает Тамара Ивановна. «Второго», — вставляет Вадим Васильевич (а еще говорят, это женщины всегда помнят даты!). Тамара приехала в Евпаторию к тетке, устроилась на работу. Вадим после службы в Севастополе, в «дикой дивизии» ОВРа в Стрелецкой бухте, остался в городе. Ей не было еще 18, ему — 26. В том же году они переехали в Севастополь. Свадьбы как таковой не было, сестра Вадима купила молодым приданое — комплект белья и два полотенца. С этого небогатого скарба и началась семейная жизнь. Долгое время жили то в общежитии, то на съемных квартирах. После службы Вадим Васильевич устроился на 13-й завод, где и проработал до самой пенсии, сначала — слесарем, затем — радиомонтажником (ныне — ветеран труда). Родились дети. Сначала почти 10 лет стояли в очереди на однокомнатную квартиру, затем столько же — на трехкомнатную («можно было на севера податься, но я не аферист»). Тамара Ивановна долгое время работала в военторге, затем в течение полутора десятка лет служила баталером в воинской части (мичманы-выпускники, уезжая, писали мелом на двери ее служебного помещения: «Мама Тома, спасибо за все!»). В общем, обычная трудовая биография, каких миллионы. Из этих судеб и состояла жизнь огромной страны. Но если копнуть поглубже, постараться услышать и понять — можно открыть для себя такую мудрость жизненную, такой кладезь, из которого черпать и черпать…

Жили всегда скромно, да ничего особенного у судьбы и не просили. «Верили мы тогда в Бога или нет, а просила я всегда одного: чтобы дал детям здоровье и разум, — говорит Тамара Ивановна. — Если есть у человека здоровье и разум — будет и все остальное». Вопрос здоровья решался просто: зимой и летом умывались под колонкой во дворе, ибо других условий долгое время просто не было. Поэтому и дети выросли закаленными, не «тепличными». С разумом тоже сложилось, потому что вектор изначально был задан правильный. Дети никогда не болтались без дела: для родителей было очень важно, чтобы они были чем-то заняты, увлечены. Сын Эдик занимался спортом, дочь Ирина — танцами. «Хотелось, чтобы у детей было лучшее будущее, чтобы они больше видели, больше знали, большего добились, — говорит Тамара Ивановна. — Сыну я говорила: вот один образ жизни — когда сидят во дворе, режутся в карты, пьют пиво и большего не хотят. А есть другая жизнь, более интересная, более насыщенная. И только от тебя зависит, какой ты сделаешь выбор. Мы тебя заставить не сможем». Отец воспитывал «с экстримом». Когда 12-летний Эдик за компанию со сверстниками начал покуривать, Вадим Васильевич, курильщик с многолетним стажем, позвал его в комнату, где за стеклом серванта хранилась внушительная коллекция сигарет. «Хочешь курить — бери любую пачку, кури. Только сначала посмотри на своих дядей, дедов — высоких, крепких, здоровых. Никто из них не курит. А теперь посмотри на меня. Я курить начал в 8 лет и вырос худым, невысоким и кашляю. Выбор за тобой». «И как отрезало», — говорит Эдик. Правда, когда однажды на родительском собрании в школе Вадима Васильевича попросили рассказать, как он воспитывает сына (Эдика ставили в пример) и он поведал эту историю, чуть не разразился скандал. Метод сочли непедагогичным. Но главное — он сработал. А вразрез с общепринятым мнением приходилось идти еще не раз. Например, однажды Вадим Васильевич пообещал сыну и его товарищам пеший поход в Батилиман. Учителя воспротивились: дети еще маленькие, мало ли чего, чуть ли не через главу профкома завода пытались отменить рискованный план. Но отец остался непреклонен: обещания нужно выполнять. Поход состоялся, его забавные перипетии участники до сих пор вспоминают с удовольствием.

…Пятьдесят лет пролетели, как один день. Самые счастливые моменты в жизни — конечно, рождение детей, затем — внуков. И еще — первая квартира, однокомнатная, на Жидилова. «Помню, я вошла, включила кран, из него потекла вода. Я села на пол и заплакала — у меня в квартире вода!».

Потом — успехи детей. Они росли самостоятельными, рано встали на ноги. Ирина всерьез увлекалась танцами, занималась в коллективе «Виктория» под руководством Вадима Елизарова, ездила на конкурсы и соревнования. Сама шила и украшала платья для выступлений. В 91-м в возрасте 18 лет уехала работать в Германию. Сегодня она живет в небольшом городке Хузум, руководит собственной школой танцев, которая очень популярна. «Нас приучали всего добиваться самостоятельно, — говорит Ирина. — Хочешь чего-то — ноги в руки, и вперед. Рассчитывай только на себя». Эдик окончил московский военный Краснознаменный институт Министерства обороны СССР, факультет военных переводчиков, куда в то время и по большому знакомству пробиться было нелегко. И хотя в продолжение военной карьеры внесла коррективы изменившаяся жизнь, знания языков пригодились в бизнесе. Дети выросли такими, какими их и хотели видеть родители: самостоятельными, успешными и при этом скромными. Как воспитали. Они никогда не требовали лишнего. «А как я мог чего-то требовать, если мама рожать меня ехала на троллейбусе?» — шутит Эдик. Так и было: когда пришло время, решили не ждать, пока «скорая» доберется на Красную горку, Тамара набрала книг («думала, я там читать буду»), и вдвоем с мужем они на троллейбусе поехали в роддом.

В семье ценили и детям старались прививать главные, базовые понятия. «Мы с родителями жили очень бедно, — вспоминает Тамара Ивановна. — Но мама была очень доброй и всем стремилась помочь. Она всегда говорила: «Запомни, дочка, наше главное богатство — честность, порядочность, взаимопомощь». Вот и о муже, о его главных чертах она говорит: «Надежный, порядочный, ответственный. Это то главное, что не оставляло возможности хотеть чего-то другого. Потому что ты понимаешь, как это важно».

Все эти пятьдесят лет супруги прожили в Севастополе. Каждое лето из Германии приезжает Ирина с детьми, семья собирается на даче, которая для Тамары Ивановны после выхода на пенсию стала точкой приложения сил и где все сделано с большой любовью. «Энергии много было, хотелось заняться чем-то еще», — говорит она. «Так это ж я все делал! Под руководством Тамары, но я», — вступает Вадим Васильевич. Даже «золотую свадьбу» отмечали не в ресторане, а на даче, в семейном кругу, душевно и тепло. Открытость, теплота и способность отдавать это тепло другим — еще одна определяющая черта этой красивой пары, которая передалась и детям. «Отдавать — это тоже искусство! Многие хотят только брать. А когда ты отдал детям, а в ответ получил вдвойне — что может быть выше этого? — говорят родители. — Когда идешь по Хузуму, с Ирой здоровается каждый второй. Ее там не просто уважают, ее любят, мы это видим. А заслужить любовь у немцев не так-то легко, они закрыты, это вам не распахнутая славянская душа». Эдик помог в издании книги известному севастопольскому исследователю партизанского движения Евгению Мельничуку, в составе группы севастопольцев участвует в установке памятных знаков крымским партизанам. Он об этом не говорит. Но те, кому нужно, — знают.

— Так каков же он, секрет долгой и счастливой совместной жизни? Да какой там секрет, нет его. Дети, дом. Хороший отец. А вот согласны ли вы, что в семье все зависит от женщины? Конечно, от нас многое зависит. Но без мужчины нет семьи. Все вокруг него, чуть что — папа. А споры бывают? Бывает, спорим-спорим, а сделаем все равно так, как Тамара сказала. Одним словом — консенсус!

«Все живы, здоровы, и мы, и дети, и внуки, все живут интересной жизнью. Что еще нужно для счастья? Никогда ничему не завидовала — ни богатству, ни машинам, ни домам. Только одному, и то белой завистью, — хорошим отношениям. Вот это меня всегда радовало. А к мужу у меня только одна претензия за 50 лет — что он курит. Других нет». — «А у вас, Вадим Васильевич, какие претензии к супруге?» — «Сплошные!».

У них трое внуков и свои личные увлечения. У нее — дача и книги. У него — рыбалка и лес. И на вопрос: а хотели бы что-нибудь изменить в жизни, если бы представилась возможность прожить заново? — следует ответ: нет, ничего! Вот это и есть самое главное. Значит, все сложилось как надо. Говорят, раньше была другая жизнь, другие отношения между людьми. Но разве все мы не хотим одного и того же — любви, согласия, понимания, надежного спутника рядом, счастливой семьи? Что можно пожелать людям, после встречи с которыми остается ощущение правильно и достойно прожитой жизни? Наверное, только здоровья на долгие-долгие годы. А нам — учиться у них.

Фото из семейного архива.

Другие статьи этого номера