А ты не воруй!

А ты не воруй!

Половина россиян считает уровень коррупции в своих регионах слишком высоким. Победить коррупцию, также считает почти половина граждан России, поможет ужесточение уголовного законодательства.Согласно результатам всероссийского опроса, почти 40% россиян уверены, что лишение свободы — эффективное оружие в борьбе с теми, кто берет взятки. Таковы результаты проведенного Санкт-Петербургским государственным университетом (СПбГУ) всероссийского опроса на тему «Эффективность законодательных мер противодействия коррупции». Опрос был проведен специалистами-социологами СПбГУ с использованием возможностей ресурсного центра «Центр социологических и интернет-исследований» Научного парка Санкт-Петербургского государственного университета.

Опрос населения Российской Федерации проведен в период с 13 по 16 сентября 2014 года. Объем выборки: 1611 респондентов, 48 субъектов РФ, 120 населенных пунктов. Опрос проводился по месту жительства респондентов. Выборка репрезентирует взрослое (от 18 лет и старше) население Российской Федерации. Значения погрешности выборки не превышают 2,5%.

Так вот, по данным опроса населения Российской Федерации на эту тему, около половины опрошенных (49,6% респондентов) оценивают уровень коррупции в своем регионе как «очень высокий» или «скорее высокий». Еще 31,5% — как «средний». Как следует из опроса, россияне относят коррупцию к одной из наиболее значимых и острых проблем, тем не менее нельзя сказать, что эта проблема в общественном сознании стоит на первом месте. Только каждый четвертый житель страны, согласно данным опроса, считает, что борьба с коррупцией должна сегодня стать приоритетом, быть самой важной задачей российской власти. Чаще всего в ходе исследования россияне, соглашаясь, что борьба с коррупцией является одной из самых важных задач, заявляли одновременно, что «есть и другие, не менее важные проблемы». Такую позицию заняли 48,6% участников опроса.

Далее, в среднем каждый пятый россиянин (22,1%) попадал, по их словам, в текущем году в ситуацию, когда становилось понятно, что для решения его вопроса нужно платить (неофициально) или оказывать какую-либо услугу чиновнику, должностному лицу и т.п., что не может не настораживать. Правда, чаще всего речь шла о так называемой бытовой коррупции. Если не брать в расчет ГИБДД, то чаще всего людям приходится приплачивать в больницах и поликлиниках, в учреждениях системы образования, работникам жилищно-коммунального хозяйства.

Самым отталкивающим, по мнению инициаторов опроса, является тот факт, что в большинстве случаев о том, что необходимо дать взятку (деньгами, подарком и пр.), людям прямо или косвенно намекали сами потенциальные взяточники (47,8%). Это, помимо всего прочего, свидетельствует об отсутствии опасений за свои действия у этих должностных лиц.

При этом надо признать, что механизм взятки в большинстве случаев оказывается результативным для взяткодателя, что, очевидно, способствует в какой-то мере живучести этого социального института. Только 3,2% опрошенных из числа дававших взятки в той или иной форме заявили, что эффекта от нее не было, что она не смогла повлиять на результат («решить вопрос, проблему не удалось»). Остальные признавались, что благодаря взятке «решение моей просьбы (проблемы) было ускорено» (27,5%), что «моя просьба была решена более качественно» (22,3%), что «мне удалось избежать лишних трудностей» (38,5%).

В этих оценках, считают в университете, проскальзывают нотки если не одобрения, то очевидной соглашательской позиции. Еще более явно подобные установки проявляются в ответах тех респондентов, кто отказался давать взятки в подобной ситуации. Объясняя причины отказа дать взятку, только 9,3% опрошенных указали на то, что «им было противно это делать». Еще около четверти участников опроса из числа отказавшихся участвовать в этом действии сказали, что они поступили так, потому что «принципиально не дают взяток» (23,5%).

Другие ответы, отмечают в СПбГУ, были далеки от того, чтобы их можно было отнести к разряду гражданских поступков: не дал взятки, потому что: а) «это оказалось для меня слишком дорого» (14,8%); б) «решил добиться своего другим способом» (8%); в) «не смог, не знаю, как это делается» (2,5%). Каждый десятый при этом сказал, что взятку он не дал, но почему так поступил, говорить интервьюеру не хочет (9,9%). Еще около трети респондентов, побывавших в подобной ситуации, но не давших взятку, выбрали вариант «затрудняюсь ответить» (29,6%).

Последние две категории ответивших также, скорее всего, нельзя отнести к принципиальным противникам коррупции как негативного социального института. По крайней мере, они не выбрали варианты ответов «Я принципиально не даю взяток» и «Мне было противно это делать». И, тем не менее, общий настрой большинства населения в отношении коррупционеров, как показали результаты опроса, достаточно жесткий.

Только малая часть опрошенных (в среднем около одной пятой) согласны рассматривать в качестве адекватной меры наказания за коррупцию крупные штрафы. Большинство населения требует применения в этом случае более суровых мер: «лишение свободы» — 39,6%; «принудительное привлечение к труду с удержанием части доходов» — 31,5%. Слабая поддержка идеи штрафовать взяточников обусловлена тем, что основная масса россиян уверена, что «недавнее решение о возможности назначения коррупционерам штрафа в размере, кратном полученной взятке», никак не повлияло на эффективность борьбы с коррупцией (59,6%). Только 15,7% опрошенных придерживаются обратной точки зрения, остальные затруднились с ответом (24,7%). Респонденты признавали, что, по их мнению, в коррупции одинаково виноваты обе стороны (52,9% опрошенных).

Россияне склоняются к тому, что победить коррупцию поможет ужесточение уголовного законодательства — так считают 38,2% россиян. В то, что усилить ответственность за коррупционные преступления можно и в рамках ныне существующих законов, просто обеспечив их строгое соблюдение, верит меньшая часть опрошенных — 29,6%. И всего 23,5% считают, что решение проблемы лежит в области совершенствования законодательства о госслужбе.

По сообщению пресс-службы СПбГУ, одной из ключевых тем данного исследования была роль местной власти в борьбе с коррупцией. Оказалось, что респонденты воспринимают её как пассивную. Иначе говоря, россияне считают, что чиновники в принципе не хотят бороться со взяточничеством. Сумма ответов «Власть нашего региона может, но не хочет эффективно бороться с коррупцией» и «Власть нашего региона не хочет и не может эффективно бороться с коррупцией» составила 55,7%.

Напомним: на заседании президиума Совета по противодействию коррупции 19 сентября 2014 года министр внутренних дел Владимир Колокольцев представил информацию о борьбе с коррупционными преступлениями в сфере жилищно-коммунального хозяйства. В частности, в I полугодии 2014 года подразделениями экономической безопасности и противодействия коррупции в сфере жилищно-коммунального хозяйства выявлено 1530 преступлений, из них почти половина (747) — коррупционной направленности. При этом размер причинённого материального ущерба, установленный по оконченным уголовным делам, составил более 2,2 миллиарда рублей, часть которого уже удалось возместить.

Также на заседании было отмечено, что в 2013 году наметилась тенденция к снижению количества поступивших от граждан и организаций сообщений о коррупционных правонарушениях, совершённых служащими. Практически в 1,5 раза увеличилось количество государственных служащих, уведомивших о фактах склонения их к совершению коррупционных правонарушений. По итогам рассмотрения этих уведомлений правоохранительными органами в 2013 году возбуждено более 1900 уголовных дел. В итоге более 1100 человек привлечены к уголовной ответственности.

Другие статьи этого номера