Лети, ласточка!

Лети, ласточка!

Директор маленькой школы в абхазском селе Псоу после каникул не сразу вышел на работу. Несколько дней все сто пятьдесят учеников и коллектив учителей ждали его с нетерпением. У Валерьяна Дмитриевича Багаева была уважительная причина. Он уехал в Севастополь, пообещав на прощание: «Приеду, расскажу подробности». И вот задержался. Много лет директор искал своего дядю, который во время Великой Отечественной пропал без вести. И только недавно из архива пришел ответ на запрос: «Багаев Тимофей погиб 9 мая 1944 года в Севастополе. Похоронен на братском кладбище в Балаклаве». Погиб в победный для города день…
Тимофея Николаевича Багаева семьдесят лет искали многочисленные родственники. Сначала думали: вдруг живой, просто потерял память или остался инвалидом и не захотел быть обузой для семьи? Потом пытались узнать хоть какую-то информацию. Теперь оставалось самое последнее — найти могилу, привезти с нее на родину землю.ПИСЬМО ТИМОФЕЯ БАГАЕВА ПОПАДАЕТ В РЕДАКЦИЮ

К нам в редакцию пришел посетитель Олег Бреславец, принес копию единственного сохранившегося письма Тимофея, которое он прислал своим родным из Ленинграда в крошечное осетинское село. Две фотографии и статья в газете. Было видно, что письмо бережно хранили, много раз перечитывали, а потом уже кусочки наклеили на белую ткань. Одна проблема — все написано на осетинском.

— Не догадался попросить перевод, — пояснил Олег.

Валерьян Дмитриевич с Олегом познакомился случайно — возле редакции «Славы Севастополя». Директор абхазской школы пришел к нам, чтобы рассказать свою историю, но был вечер — дверь закрыта. А ему через несколько часов нужно уезжать. И что делать, куда девать фрукты, припасенные для подарка журналистам? Хорошо, что попался добрый прохожий, который выполнил свое обещание и рассказал корреспондентам о Тимофее, похороненном в нашем городе.

— Валерьян Дмитриевич нашел могилу своего дяди, в этом ему помогли две женщины, — рассказал Олег. — Он попросил передать, что Севастополь ему очень понравился: здесь живут хорошие люди.

Дозвониться до самого Валерьяна Дмитриевича не получалось целую неделю: оба номера, которые оставил посетитель, были заблокированы, а ведь в школе уже началась учеба, да и уехал он давно. Куда пропал? Уже начали искать переводчика, чтобы перевести письмо, хотели позвонить в школу, где работает Валерьян Дмитриевич, как вдруг директор школы ответил на звонок, а потом еще сам перезванивал несколько раз. Пояснил, что задержался, потому что заезжал к своей тете во Владикавказ, чтобы рассказать о судьбе ее брата.

ЗВОНОК ИЗ АБХАЗИИ

— Меня отец перед смертью попросил: найди Тимофея, — рассказал позже Валерьян Дмитриевич. — Я родился уже после войны и, понятное дело, дядю никогда не видел, но папа до последнего почему-то верил, что брат живой, — такой человек не мог исчезнуть просто так. Я к вам зашел — там уже никого не было, только ювелир на первом этаже работал. Я его попросил: «Дай телефон корреспондентов». А он мне: «Я не знаю». А я ему: «Как так, дарагой, ювелиры ведь всегда все знают».

С ним мы разговаривали по телефону долго и в этот день, и на следующий. Душевным человеком оказался директор школы из абхазского села Псоу. Пояснил, что письмо мы сами вряд ли бы перевели: 70 лет назад осетины писали латиницей, а потом Грузия потребовала перейти на их язык, и тогда Осетия приняла решение писать кириллицей.

Примерный текст письма такой:

«Здравствуйте, дорогие родители! (дальше Тимофей не забыл спросить, как дела у всех его родственников и соседей). Хорошо, что улучшается зрение моей матери. Сестра, лечи лекарством маму (это лекарство сын отправил до того). Посылаю вам посылку. Сестре — носки, шапку, другой сестре — носки, чулки, маме — свитер и два куска мыла, брату — обувь. Если не подойдет размер, сообщите, я куплю другие. До сих пор не прислал вам материал (ткань), потому что еще очень холодно и стоять в очередях очень трудно, к тому же мне надо быть на службе».

Это единственное сохранившееся письмо Тимофея было отправлено перед самой войной в село Халивдон. Неизвестно, удалось ли Тимофею купить маме в Ленинграде материал — подробно события того времени восстановить трудно. Тем не менее даже по тем воспоминаниям о нем становится понятно: этот человек достоин того, чтобы о нем писали более чем семьдесят лет спустя.

СУДЬБА ТИМОФЕЯ

В крошечном горном селе (всего-то шесть дворов) Тимофея уважали все. С ним даже советовались по многим вопросам деревенские старики. Еще бы — такой умный человек: сначала ходил за несколько километров в церковно-приходскую школу, а потом уехал к своему дяде Чито в город Сталинир (сейчас Цхинвал), чтобы продолжить учебу в средней школе. Когда мог, приезжал домой — помочь родным.

— Вы знаете, бывают же такие дети, которые не любят своих родителей, — говорит Валерьян Дмитриевич. — Тимофей очень любил мать и отца. И он, наверное, был у них самым любимым сыном — им все гордились. Он очень переживал за маму — у нее было слабое здоровье. Она, моя бабушка, умерла в 1953 году — в год моего рождения. До последнего дня ждала своего сына. Ведь похоронка так и не пришла.

После школы Тимофея призвали в Первую Конную армию, а потом он получил направление на учебу в Ленинград, в высшее медицинское училище. Воевал с белофиннами, служил военным врачом в Сталинграде, потом — в Ростове. Там его и застала Вторая мировая война.

— Мы слышали, что он женился в Ростове и у него родилась дочь, — рассказал Валерьян Дмитриевич. — Дочку Тимофея мы тоже ищем много лет, очень хотим увидеть. И вот что интересно: моего отца призвали на войну с белофиннами в 1939 году, они оба присылали с фронта письма и фотографии. Выяснилось, что служили где-то рядом, но так и не встретились. Тимофей еще во время войны приезжал домой — у него было осколочное ранение живота. Раненый, больной, он все равно помогал маме: даже за то время, пока был дома, построил сарай. На прощание сказал: «Скоро мы победим, и у меня будет время чаще бывать у вас. Только не переживайте». Эти слова навсегда остались в памяти у всей его многочисленной родни.

Все мужчины их села ушли на фронт. В тот день, когда их провожали, в каждом дворе резали барашков — такой обычай. Из одного дома призвали пятерых — они впятером и вернулись. Погибли из села трое, в том числе и Тимофей. Но о его судьбе никто ничего не знал долгие годы. В 1942 году пришла бумага в конверте, в ней было написано: «Без вести пропал». Но Тимофей еще жил, наверное, писал письма, но они почему-то не дошли. Никто не знал, что он воевал в Крыму и освобождал Севастополь.

«ГОРЯЧЕЙ ПУЛЕЙ ПОГИБ В КРЫМСКОЙ СТРАНЕ АЛАН»

Много осетин погибло во время войны, сражаясь за свою Родину — СССР. Много их погибло и в Крыму — особенно на керченской земле.

— Фашисты бомбили Крым беспрерывно. Надо было плыть через Керченский пролив, а многие осетины не умели плавать, так как в горных селах негде было научиться этому. Погибали в воде, — говорит Валерьян Багаев. — Но вы знаете, среди осетин очень много героев, и все они сражались за Россию. Мы очень любим вашу страну и сейчас счастливы, что Севастополь вновь стал российским. Я с детства помню песню, которую пели в нашем селе: «Лети, лети, ласточка моя, выше гор и полей, сообщи моим несчастным матери и отцу о судьбе их сына, что горячей пулей погиб в крымской стране алан». Только спустя много лет, думая про дядю, я соотнес и с ним эту песню. Это такая душевная, негероическая песня: некому было сообщить, кроме ласточки, о том, что солдат погибает.

Отец Валерьяна Дмитриевича с войны вернулся героем, он участвовал во многих сражениях, дошел до Берлина, имел благодарность от Сталина. Помогал своим родителям, не переставал искать брата — даже сохранилась вырезка из газеты, в которой объявлен поиск Тимофея. Никто не откликнулся. Сам Валерьян Дмитриевич еще в советское время после учебы получил направление на работу в Абхазию, в село Псоу, расположенное на границе с Россией. Да так там и остался.

УРОКИ ИСТОРИИ

Валерьян Дмитриевич недолго был в Севастополе, всего пару дней. Сфотографировал могилу дяди, взял землю с нее, освятил во Владимирском соборе. Теперь он хочет дать детям своей школы урок истории:

— Я обязательно расскажу детям, почему я задержался, — говорит директор школы. — Покажу фотографии, расскажу историю своих дяди и отца. В нашем селе Псоу в живых нет уже ни одного участника войны — последний из них умер в прошлом году. Я говорю своим ученикам: вы узнавайте историю тех, кто воевал, записывайте, ведь главное — не забывать своих героев. 9 Мая у нас обязательно будет праздник: к обелиску мы положим цветы, а потом и песни, будут и танцы.

На снимках: Петергофские фонтаны (1940 год), Т. Багаев (слева); участники боев с белофиннами; единственное сохранившееся письмо Тимофея Багаева;

Фото из семейного архива Багаевых.

Другие статьи этого номера