Поющие в терновнике

Поющие в терновнике

Пушкин сказал: «Любви все возрасты покорны». И как был прав поэт! Однако пришлось уговаривать эту энергичную женщину, Янину Харитоновну Жежель, чтобы она разрешила рассказать свою личную историю в газете. Когда я переспросила ее: «Вы вышли замуж в 62 года?», женщина добродушно ответила: «Иначе я не могу». С момента регистрации брака супружеской пары в загсе прошло уже десять солнечных лет. Прошу прощения за эгоизм, Янина Харитоновна: бестактная молодость часто ошибается, полагая, что любовь, сердечная привязанность и сильные чувства — это только ее монополия…О чем мысли женщины, которая любит? О нем. Здоров ли, сыт ли, спокоен ли… Юность зачастую безосновательно ревнива, но с годами это проходит. Остается то, что не сгорело в огне, а лишь закалилось. С наступлением душевной зрелости женская любовь наполняется материнской — когда постоянно хочется помочь, защитить, обогреть того, кто рядом. На момент знакомства Янина Харитоновна и ее супруг, Александр Григорьевич, уже были, говоря современным языком, людьми третьего возраста. У каждого за плечами, словно походный мешок, тяжелый груз: военное детство, беспокойная юность, годы семейной жизни, невосполнимые утраты. В романтической саге «Поющие в терновнике» американской писательницы К. Маккалоу, есть такие слова: «Когда уже стукнуло 65, в этом есть что-то зловещее. Вдруг понимаешь, что старость — это не что-то такое, что может с тобой случиться… Оно уже случилось». Никто и не спорит. Но человек, который найдет в себе силы посмотреть годам в глаза, не утонуть в вязких водах жалости по отношению к себе, продолжит свой путь. И обязательно найдет возможность встретить еще немало ясных, согретых душевным теплом дней. Собственно, об этом вся история.

— На первом свидании с будущим супругом мы проговорили двенадцать часов, — вспоминает Янина Харитоновна.

Это же как долго они молчали!

Молчали, став одинокими людьми — не по своей воле. Так распорядилась судьба, забравшая преждевременно дорогих сердцу людей, без которых не то что семьи — жизни не стало. Знакомые с грустью отводили в сторону глаза: ничего, мол, тут, не поделаешь…

Да только их жизнь легкой не была никогда.

— Мой муж, Александр Григорьевич, остался без родителей в годы войны. Отец погиб на фронте, мама умерла. Он не мог продолжать учиться в школе и рано пошел работать, — с нотками сочувствия в голосе рассказывает Янина Харитоновна. — На спиртовом заводе, где он вынужден был трудиться, с ним расплачивались продукцией — выдавали литрушку спирта. Он выменивал ее на хлеб. Мог бы, как нынче говорят, спиться. Но не того замеса человек. Пошел учиться заново, без отрыва от производства. Бывало, на уроках от усталости засыпал. Всегда был голодным. Чтобы выжить, ему приходилось собирать мерзлую картошку на полях, выполнять любую черную работу. Из Челябинска (города, в котором муж на тот период времени жил) отобрали 43 молодых человека и направили в Ленинград для поступления в высшее военно-морское училище. Лишь трое смогли сдать экзамены, и среди них был он.

Не сытыми и не простыми были детство и юность Янины Харитоновны.

— Я — ребенок войны. С семи лет привыкла много работать. Отец пришел с фронта раненый, нужно было семье помогать. В 47-м году в Винницкой области, где я родилась и выросла, был голод. С невероятным трудом люди добывали, кто как мог, зерно. Перемалывали его на жерновах, смешивали с бурьяном, тем и питались. Полноценную трудовую, самостоятельную жизнь я начала вести, как только получила паспорт. Работала на железной дороге, объездила весь Советский Союз. Почти сорок лет, как живу в Севастополе. Всегда была человеком активным, с гражданской позицией, состояла в Коммунистической партии и искренне верила, как и миллионы советских людей, в идеи коммунизма.

Они оба получили прививку от жизни, и научились не пасовать перед трудностями. Александр Григорьевич Жежель воинский долг исполнял на Камчатке. Пришлось ему принимать участие в локальных боевых действиях в Египте. На лацкане парадного кителя морского офицера несколько рядов правительственных наград, на которых золотыми буквами выгравировано название страны, которой он служил, — СССР.

— Какая черта в характере вашего мужа наиболее вам дорога?

Женщина задумалась на мгновение, словно в эту минуту тщательно взвешивала каждое слово:

— Мой муж — человек глубоко порядочный, — так ответила. — И это касается любой сферы жизни: отношение к людям, ко мне, к любому делу.

Невольно задаешься вопросом: а мог бы возникнуть этот брак, не чувствуй каждый друг к другу не просто симпатии — уважения? Навряд ли. Не та натура у Янины Харитоновны, принадлежащей к разряду тех, кто режет правду-матку в глаза. Выходит, что все не случайно. Тянутся события нашей жизни, как нитка за иголкой, создавая причудливый, неповторимый узор. Только чтобы картина была полной и цельной, надо ни в коем случае не останавливаться, оставаясь верным самому себе. Так стежок за стежком, шаг за шагом.

— Я в жизни испытала огромное горе, — сделав над собой некоторое усилие, признается собеседница. — Погиб мой сын, майор уголовного розыска. Не могу передать словами, что со мной было.

Женщина замолкает, и возникает пауза.

После таких испытаний и сильных переживаний у Янины Харитоновны развилась болезнь, и она попала в больницу. Александр Григорьевич заботился о ней, как мог. Приносил лекарства, продукты, старался поднять настроение. Бывает так в жизни, что помочь человеку пережить горе может только другой человек — добрый, искренний, неравнодушный. Он становится точкой опоры тому, у кого земля ушла из-под ног, померк белый свет, а руки безвольно опустились. Это он, тот, кто рядом, всеми своими действиями словно говорит: «Оглянись вокруг. Жизнь не закончена. Утрата невосполнима, но у тебя есть я».

Сегодня в доме супругов Жежель царят уют, взаимопонимание и дружба. Александр Григорьевич, как призналась его жена, остается верным флотским традициям, любит во всем порядок, элементарную дисциплину в быту. Янине Харитоновне, по ее признанию, оправдывать ожидания мужа нетрудно. В доме часто бывают гости, пахнет свежеиспеченными пирогами. 23 мая Александр Григорьевич будет отмечать день своего рождения, и это значит, что опять прозвучат самые искренние пожелания и поздравления от родных и друзей, будут исполнены любимые песни.

По статистике, союзы, заключенные в пожилом возрасте, либо рушатся в ближайшие месяцы, либо, наоборот, оказываются прочными. Но они есть! Ощущение счастья человеком отнюдь не зависит от даты рождения в паспорте. И хотя печаль, тревога, многочисленные болезни время от времени дают о себе знать, все же пережить это можно, особенно когда рядом понимающий человек.

…От площади Нахимова до нынешнего Дворца детского и юношеского творчества сетью прогулочных аллей и смотровых площадок тянется Приморский бульвар. С приходом весны, и уж тем более с наступлением лета, это городское место отдыха особенно многолюдно. Вечерами под зеленью платанов, лавра, каштанов и маслин здесь собирается самая «разношерстная» публика: много молодежи, но особыми «островками» выделяются те, кому далеко «за». Честное слово, иногда пройти мимо них, постоять в сторонке и послушать исполнение песен (в том числе военной поры) — одно удовольствие. Словно окунаешься в другую, незнакомую, но интересную и волнующую эпоху.

«Поющие в терновнике» — так называется история о любви, о глубоких чувствах, о людях, трудно ищущих свое счастье, но всегда готовых идти навстречу житейским ветрам. Они похожи на птицу, которая поет даже с шипом терновника в сердце, пока не иссякнет голос и не оборвется дыхание. Птица следует инстинкту. Но мы-то — люди, и когда бросаемся на тернии, мы все знаем о последствиях. Мы все понимаем, но все равно поем песню своей удивительной и неповторимой жизни. Пусть так будет всегда.

Другие статьи этого номера