Кому лечить больных «мама не велит», или Почему пенсионеры «отказываются» от получения льготных лекарств?

Кому лечить больных "мама не велит", или Почему пенсионеры "отказываются" от получения льготных лекарств?

Недавно в своем выступлении на телевидении начальник департамента здравоохранения Юрий Восканян сделал очень интересное заявление, что пенсионеры отказываются от получения льготных бесплатных лекарств. Как же так? Ведь как сначала все радовались — это был большой подарок для пожилых людей. Потому что из их бюджета ежемесячно уходит весьма солидная сумма на лекарства, которая могла бы пойти на покупку овощей, фруктов, что очень важно для пенсионеров. И вдруг они отказываются от этого блага?! Стоит отметить, что Юрий Восканян не погрешил против истины. А теперь попробуем разобраться, почему же так получается.

Для того чтобы получить рецепт на бесплатное лекарство, пенсионер должен записаться на прием к врачу. Для этого надо встать ни свет ни заря, пойти в поликлинику: может, достанется ему талончик, а может, и нет.

Итак, талончик все же получен. Больной приходит в поликлинику вовремя. Но увы! Начинается томительное ожидание. Время его очереди уже прошло, а больной все никак не может попасть к врачу. И, наконец, попал. Но врач раздражен, ворчит, что много бумажной волокиты, что 7-8 минут, отводимые на каждого пациента, ему мало, что надо уходить с этой работы… Больной чувствует себя неловко, вроде бы он в чем-то виноват. А через его голову другие пациенты подают какие-то бумаги, которые врач должен подписать, кому-то что-то надо получить… В результате врач говорит, что его рабочее время закончилось: «Придите завтра. Только возьмите талончик…» И эта процедура выписки лекарств может длиться 3-4 дня.

Я пыталась узнать у зав. поликлиникой N 2 (ул. Силаева) Е.А. Фоменко, как идет перестройка здравоохранения, но мои попытки не увенчались успехом. Ответ был предельно краток: «Никаких интервью я давать не буду». На вопрос «почему?» она ответила, что им не разрешает это делать их руководство.

Теперь о следующем этапе решения проблемы. Облегченно вздохнув, с льготным рецептом на руках отправляюсь за получением бесплатных лекарств в аптеку на ул. Мечникова. Уверенно подаю рецепт провизору, но та, лишь мельком взглянув, отодвигает его обратно: «Придете в понедельник!»

Была суббота, обычный день. Провизор отпускала лекарства за плату, но льготные почему-то отпускать отказалась. Очереди не было, но провизор долго говорила о том, что она одна, что ей надо посочувствовать, что все девочки устали, что на улице жара… Но если уж им, молодым, так тяжело, то что уж говорить о больных преклонного возраста? Им тоже трудно ездить из одного конца города в другой, на них жара тоже плохо действует и они тоже нуждаются в сочувствии…

Но эти слова не тронули провизора. Она была неумолима и в ответ на просьбу назвать фамилию (нигде не было никаких опознавательных знаков, кто обслуживает покупателей) отказалась ее назвать, так как им якобы не разрешают называть свои фамилии (?). На вопрос, кто не разрешает, она ответила, что заведующая аптекой. А заведующая, в свою очередь, сослалась на то, что им не разрешает это делать их руководство. Словом, получается, как в народной песне: «А мне мама не велит!» И это происходит в то время, когда мы говорим об открытости, о прозрачности!

Правда, после препирательств часть лекарств в аптеке все-таки выдали — те, которые были в наличии. А за глазными каплями нужно было все же прийти в понедельник.

А дальше возник еще один трудноразрешимый вопрос. На рецепте печатным текстом было написано: «Для вас 29.06.2015 по рецепту … в аптеке … по адресу… зарезервировано л.с. глаумакс, капли гл. 0,005%. Вам необходимо обратиться в аптеку в течение 3 дней». Но оказалось, что этого лекарства уже нет около месяца, как сказали в аптеке. Значит, рецепт уже утратил силу, как и грозное предупреждение: «После истечения этого срока резерв будет снят и товар может быть отпущен другому пациенту». Поэтому следующая очень милая и интеллигентная приписка «Желаем вам скорейшего выздоровления» выглядела насмешкой… Юмористы!

Что же получается? Все эти ноу-хау не стыкуются между собой. Если через три дня рецепт теряет свою силу, то надо немедленно повторить пройденный путь: запись к врачу на прием ранним утром, длительное сидение в коридоре поликлиники, 2-3 дня ожидания, пока оформят рецепты. А в итоге работники аптеки не могут сказать, когда же будет лекарство. Следовательно, через три дня и этот рецепт теряет силу. Получается, как в детской игре: «Мочало, начинай сначала!» Это ли не издевательство над старыми больными людьми? Хорошо, если пенсионер, инвалид может сам добраться до поликлиники, до аптеки, а если нет? И если уж «девочкам» из аптеки тяжело ходить по жаре, то каково же тем, чей возраст подходит к девяти десяткам?

Хочется разуверить начальника департамента здравоохранения Юрия Восканяна: пожилые люди не капризничают. Напротив, они благодарны за проявленную заботу о них. Но они вынуждены отказываться от льготных лекарств не потому, что их больше не привлекают деньги. Просто они по состоянию здоровья не каждый день выходят из своих квартир, а некоторые совсем не выходят, и марафонский забег за льготными лекарствами для них сродни подвигу. После таких треволнений, неровен час, можно и раньше своего срока отправиться в мир иной! А жить-то хочется.

На всех встречах, собраниях ветеранам говорят хорошие слова: «Живите долго, уважаемые пенсионеры. Мы вас любим…» Вот теперь и думаешь: это что, идет от души? Или это ханжество и лицемерие?

Проблем у пожилых людей много, и все они требуют немедленного решения. Это не только проблема нормального обеспечения больных льготными лекарствами. Это прежде всего качество обслуживания, комплексный подход в лечении, о чем у нас очень часто забывают. Это кадровая политика. Так, в поликлинике N 2 (ул. Силаева) нет эндокринолога, гастроэнтеролога. При большом количестве больных нет вторых врачей окулистов, невропатологов…

И еще, может быть, и не в струю, но над решением этой проблемы не мешало бы подумать тоже. Больные жалуются, что к хирургу на ул. Супруна тяжело добираться. Они просят вернуть троллейбусную остановку, которая с чьей-то «легкой руки» была перенесена к технической библиотеке, на старое место, поближе к улице О. Кошевого. Потому что и старому, и молодому на трех или четырех ногах тяжело добираться к хирургу. Что касается нас, пишущих эти строки, то мы не реформаторы, не юристы, не занимаемся критиканством. Просто мы видим: что-то делается не так. Переходный период уже давно закончился. Уже настало время, когда следует посмотреть, на каком участке сбой, где с медициной происходит что-то неладное. Запретами «давать или не давать», скрывая свои фамилии, делу не поможешь.

Когда-то наши классики с болью в сердце обращались к своим современникам: «Кто виноват?» и «Что делать?» Мы не будем оригинальны и тоже хотим спросить: кто виноват в сегодняшней сложной ситуации в медицине и что нам дальше делать? Надеемся, что ответ на эти вопросы нам долго ждать не придется.

С уважением

А. Буйнова, член Союза журналистов России, Л. Яровенко, К. Алексеева, Г. Иванова, М. Наумова.

Другие статьи этого номера