Главный семейный праздник

Главный семейный праздник

Все, кто следит за событиями в Севастопольском морском аквариуме-
музее, безусловно, обратили внимание на эту закономерность: накануне
почти каждого Дня Победы там происходит какое-то заметное
мероприятие. Оно может отличаться масштабом и знаковостью, но
неизменным остается главное: Аквариум делает очередной шаг в своем
развитии. Этот год — не исключение. Накануне Дня Победы здесь после
масштабной реконструкции открыли для посетителей третий зал
Аквариума. Это — по современной дислокации. А по исторической —
именно отсюда и начинался Севастопольский аквариум. Как сообщила
нам директор Севастопольского морского аквариума-музея Алла
Кравцова, «мы решили воссоздать атмосферу первой экспозиции, чтобы
зрители могли увидеть, каким Аквариум был 120 лет назад, еще при
академике Ковалевском. И…»
Алла Мильевна задумалась на мгновение: «…и каким видел его мой отец.
После демонтажа декоративных панелей открылись не только родные
сводчатые потолки, но и те балки перекрытия, что были установлены
после войны: в здание попала немецкая бомба».
Отец нынешнего директора, Эмиль Александрович Демонштейн, и
защищал, и освобождал, а потом вместе с мамой и восстанавливал
Севастополь. Так что для нее День Победы, безусловно, еще и семейный
праздник. Самый главный праздник…Те, кто учился в советской школе, про роль личности в истории знают если не всё, то главное: ничего от нее, оказывается, не зависит. Или почти ничего. Движущей силой в истории является, вспомните, народ, который генерирует и выдвигает на первые роли людей, способных почувствовать главный вектор общественного развития — и… Дальше — только вперед, потому как сзади народ напирает, наступая на пятки…

Алле Демонштейн, а потом и ее младшей сестре Ирине, постигать этот краеугольный принцип марксистско-ленинской философии было особенно трудно. Притом, что девчонки у родителей получились умненькие, в школе занимались общественной работой, все схватывали на лету, а тут прямо незадача какая-то:

— Нет, папа-мама, объясните, как такое может быть, что от одного человека ничего не зависит? От папы же у нас все зависит…

Далее следовал внушительный перечень уникально-эксклюзивных возможностей главы семейства, которыми не обладал больше никто. Если не в мире, то в Севастополе уж точно. Во время отцовских командировок это и правда ощущалось особенно остро, причем качественного замещения роли отсутствующей личности в конкретной семье как ячейке советского общества почему-то явно не происходило.

В командировки Эмиля Александровича Демонштейна (не назло семье, разумеется) отправляли часто — почти в конце каждого квартала, а уж в конце года — непременно. Послать другого — не факт, что привезет дефицитные детали и материалы. А Демонштейн справлялся всегда. Вот и размышляйте после этого о роли личности в выполнении производственного плана объединением «Морской завод им. С. Орджоникидзе», на котором тогда работало около 10 тыс. человек…

Как же родители обеспечили в умах наследниц диалектическое единство теории и практики?

На этот вопрос старшая из дочерей, Алла Мильевна Кравцова, ответила не сразу, видимо, с удовольствием припоминая картинки из далекого теперь уже детства: «Мы с сестрой в итоге сошлись на том, что незаменимых, наверное, и правда нет, но некоторых все равно иногда невозможно заменить».

Эмиль Демонштейн всю войну провоевал командиром башенного орудия на легендарном крейсере «Ворошилов». Незаменимый получился… Но был один драматический эпизод, когда, как минимум, весь расчет башни главного калибра мог оказаться замененным по причине невозвратных потерь. И это произошло бы, если бы командир под шквальным огнем не сумел оживить орудие, каким-то чудом отремонтировав поврежденный механизм подачи снарядов…

На самом деле таких эпизодов за его войну (а это от самого ее начала и до самого ее конца, как говорится, от звонка до звонка) было много. А может, и множество. Но не только дочери — жена узнавала о них не от самого Эмиля Александровича, а от его боевых товарищей, которых он в День Победы с присущей ему добросовестностью собирал в Севастополе со всего Советского Союза.

День Победы был одним из тех редчайших дней, когда вместо орденских планок на отцовском пиджаке появлялись настоящие ордена и медали. Любуясь многочисленными отцовскими наградами, дочери с недоумением спрашивали родителя: «Папа, ты же герой! Почему редко их надеваешь?!»

В ответ звучало, что «все герои там остались».

«А мы, зная своего отца, пытались представить: а какими же могли быть те люди, которые «там остались»? — вспоминает Алла Мильевна.

А вообще быть детьми именно такого папы и именно такой мамы девчонкам очень нравилось. От севастопольского детства пятидесятых годов осталось ощущение, что папу с мамой в городе все знают: здоровались все встречные.

В принципе, почти так оно и было. Младший лейтенант Эмиль Демонштейн после демобилизации с Черноморского флота в 1948 году занимался самым важным в Севастополе делом — восстанавливал город. А маму, столичную красавицу и референта Министерства коммунального строительства Беллу Григорьевну, после того как «Сталин дал приказ», откомандировали из Москвы для выполнения той же задачи государственной важности. За годы работы в тресте «Севастопольстрой» ей не раз приходилось заниматься и вопросами расселения прибывающих на восстановление города. Девчонкам было приятно, когда прохожие на улицах приветствовали их маму, как родного человека: «Мы помним, как вы встречали нас на вокзале и селили в общежитие. Спасибо! С вашей легкой руки у нас все хорошо».

И вообще где-то в самой глубине детской души у каждой из сестер жило твердое убеждение, что работа их родителей каким-то непонятным, но безусловным образом связана с чудом.

«В 1951 году нам дали квартиру на городском холме. Бабушка из Москвы приехала присматривать за мной. Центральное кольцо еще лежало в развалинах… А потом эти развалины начали стремительно исчезать. И мы на уровне какой-то детской интуиции догадывались, что эти чудесные преображения каким-то образом связаны с работой родителей, их друзей и знакомых, которые часто появлялись в доме: обветренные, прокопченные солнцем, одержимые стремлением созидать. Вот так мы с Ириной постигали Севастополь. И влюблялись в него на всю оставшуюся жизнь».

Отец ушел из жизни до боли рано. В 57 лет. 30-летие Победы стало для него последней юбилейной датой. К этому времени он был уже серьезно болен, знал об этом. Но, тем не менее, 9 Мая вышел на площадь Нахимова, принял участие в шествии ветеранов. А вечером закатил в «Нептуне» шикарный праздник, на котором собралось множество его фронтовых друзей.

На похороны тоже собралось невероятное количество людей со всего Союза.

— Через двадцать лет не стало мамы. Вот теперь уже точно: для меня «все герои — там». Но жизнь-то продолжается, и прожить ее надо так, чтобы родителям «там» не было за нас стыдно, — итожит Алла Мильевна.

Наверное, они были бы довольны. 18-летней девчонкой Алла Демонштейн (вслед за мамой) пришла на работу в ИнБЮМ. Аквариум был подразделением института. Освоила там все, чего потребовала «производственная необходимость». Была и лаборантом, и экскурсоводом, и таксидермистом (специалист по изготовлению чучел, их на весь Союз было всего несколько человек)… Не стоит, впрочем, перечислять изрядную выдержку из штатного расписания: и так понятно, что работы никакой не боялась. А однажды пришел день, когда и ей сказали, что незаменима…

Произошло это, правда, при очень грустных обстоятельствах. В 1994-м Аквариум умирал. У Украины не было средств ни на зарплату сотрудникам, ни на содержание животных. В живых экспонатах осталось несколько ставридок и одна белуга…

Вот тогда к ней и подошел директор ИнБЮМа академик Виктор Евгеньевич Заика: «Алла, помогите Аквариуму выжить. Иначе его просто не станет…»

Вместе обратились к президенту Национальной академии наук Украины академику Борису Патону, который и благословил договор аренды.

У семьи был свой бизнес. Вот так все и произошло…

С 1994 года площадь экспозиции увеличилась вдвое (с 597 до 1200 кв. м). На сегодня Севастопольский морской аквариум-музей уже располагает самой полной в мире коллекцией флоры и фауны Черного моря.

Сейчас там идет активная подготовка к 120-летию Аквариума. Он — самый старый в Европе, без преувеличения, является культурным и историческим достоянием не только Севастополя, но и Российской Федерации. Словом, к своему юбилею должен выглядеть достойно.

— Только на новую экспозицию третьего зала будет израсходовано порядка 25 млн рублей. Всего же планируется потратить вдвое больше, — говорит Алла Кравцова. — После открытия новой экспозиции в третьем зале мы начнем работы в других выставочных залах.

По словам Аллы Кравцовой, завершить переоборудование всей экспозиции планируется к 30 октября 2017 года. Именно в этот день Севастопольский морской аквариум-музей отметит свой 120-летний юбилей.

Пожалуй, впервые за последние два десятилетия знаковая в судьбе Аквариума дата вроде как не приурочена к Дню Победы… Но это тоже будет Победа с большой буквы. И еще один главный семейный праздник для большой и дружной семьи, которая проросла в городе уже четвертым поколением из четырех правнуков. Продолжение, стало быть, последует. Обя-за-тель-но!

На снимке: совсем-совсем юная Алла Демонштейн с родителями.

Фото из семейного архива Кравцовых.

Другие статьи этого номера