Большая севастопольская тропа. Тропа реальная

Большая севастопольская тропа. Тропа реальная

Задумка организаторов Большой севастопольской экологической
туристической тропы заслуживает внимания и уважения всего ходячего
народонаселения нашего города и его гостей. Она должна протянуться на
десятки километров и заманить всех любителей пеших прогулок на
конкретные тропы и дороги. А значит, и снизить антропогенную нагрузку
на «дикий» лес. Для рекреационной привлекательности города — дело
очень важное.Идея возникла не на пустом месте. Скорее, ее можно назвать модернизацией на современный лад программы создания и действия маркированных троп всесоюзных маршрутов, столь популярных в конце прошлого века. Маршруты те были пронумерованы в путеводителях и промаркированы краской на стволах деревьев, на камнях и скалах. Одна из последних рукотворных, регулируемых и контролируемых троп была создана силами сотрудников лесхоза в девяностые годы. Она пролегала от второго кордона Мекензиевского лесничества аж до бухты Ласпи. И стоянки были оборудованы. Организаторы и палатки с матрасами завозили, и продукты питания, и дрова. В студенческой среде такой малозатратный туризм сразу набрал море поклонников. Но… пришли иные времена.

В 2015 году началась интенсивная работа над созданием новой тропы, многоэтапной, с «улучшенными» параметрами. В работу активно включились лесники, альпинисты Севастопольской федерации, сотрудники аварийно-спасательной службы в горной местности. Они и установили десятки столбов с указателями направлений, расстояний и наименований объектов на тропе. Один из участков Большой тропы заинтересовал и съемочную группу программы «Крымский маршрут» телекомпании «Информационный канал Севастополя». В однодневную экспедицию от вершины горы Куш-Кая до Балаклавы отправились оператор Дилявер Меджитов и режиссер Александр Макаров. Проводником взялся выступить автор этих строк.

Наша троица отправилась в путь ранним утром и только к 18 часам ступила на набережную Балаклавы. Даже со всеми остановками для съемок путь занял около десяти часов. Предлагаем краткий отчет о нашем путешествии.

Вершина Куш-Кая возносится над морем на 663 метра. Взойти на нее можно с Ласпинского перевала. Тропа начинается рядом со шлагбаумом у въезда на старую Батилиманскую дорогу. До вершины выводят маркировочные столбы. На вершине — столб под номером 37. Значит, предстоит найти еще 36. С вершины тропа идет на запад к мысу Айя. На первых метрах пути нужно открыть калитку в заборе вольера и войти в неё. Тропа петляет вдоль скальных обрывов среди кабаньих разрытий. Корешки и луковицы валяются на поверхности. Возможно, что это наша компания вспугнула завтракающих свиней.

Цветут диковинные растения. Тропка выводит на мыс к брошенной позиции радиолокационного поста наблюдения. Отсюда данные о судах и кораблях в Черном море поступали в штаб ЧФ. Целеуказания могли при необходимости напрямую поступать и на «Сотку» к ракетчикам береговой обороны. Позиции двух дивизионов полка в горах над Балаклавой находятся в прямой видимости. С вершины мыса Айя море просматривается визуально от мыса Сарыч до Херсонесского маяка. От военного городка остались руины жилых и хозяйственных построек, капониры для машин РЛС, бассейны для воды. Прямо под нами — уютный пляжик и рощица Затерянного мира. Альпинисты по разлому в этой стене спускаются на пляж и поднимаются с него. Простые смертные в Затерянный мир могут попасть только морем.

Далее маркировочные столбы ведут по лесной дороге на северо-восток до искусственного ставка-поилки. Судя по следам в лесу, сюда на водопой ходят кабаны и косули. Недалеко есть родник. Чуть выше пешеходная тропа теряется в паутине звериных троп. Нужно искать ее продолжение в северо-западном направлении, в сторону распадка Казан-Дере. К морю спускаться не рекомендуем. По берегу проход очень проблематичен и опасен. Только вплавь.

В лесу есть тенистая полянка со старым кострищем и маркировочным столбом. Удобное место для привала и перекуса. Наличие на поляне огромного стального колеса говорит о «детских» шалостях матросов срочной службы в ракетном полку в 80-е годы прошлого века. Лишнее колесо катанули с вершины скальной гряды, за которой притаилась позиция дивизиона. До моря колесо не докатилось, упало на поляне.

Здесь тропа вплотную приближается к скалам Спящей красавицы. Через каждые 50-100 метров чередуются спуски и подъемы. Тропа повторяет все изгибы рельефа местности, выбегая на гребни, забираясь в промоины и в маленькие ущелья. Тропа не окультурена и имеет явный наклон в сторону моря. Нужно быть осторожным. Здесь мы встретили цветущий желтый тюльпан. Разминулись с группой, идущей из Балаклавы по той же тропе. Плюс-минус 100 метров — середина маршрута. И вот заветная калитка на выходе из вольера. Оказывается, весь наш путь пролегал по огороженной высоким забором клетке для кабанов и оленей. Раньше на калитке висел крепкий замок. Туристам пришлось прорезать стальную сетку над калиткой. Сейчас замка нет. Калитка подпружинена и сама закрывается вслед за путниками.

Предлагаем свою версию появления названия пройденного нами мыса. Саша чуть отстал от нас в процессе фотографирования цветов. Увидев закрытую калитку и высокий забор, он воскликнул: «А я? А я! А как же я? Откройте!» Вот так и произошло название мыса Айя.

Тропа продолжает петлять по склону. Есть участок скального выхода, где нужно проявить элементарные навыки скалолазания. Детей и женщин желательно подстраховать.

Ноги несут все быстрее. Где-то рядом — родник. Мы уже над урочищем Инжир, под перевалом от села Резервного. Родник мы услышали раньше, чем увидели. Но не по журчанию воды, а по разговорам путников, утоляющих жажду. Это второй настоящий родник на всем пути. И востребован он в любое время года. Воды в нем стало значительно меньше, чем в прежние годы. Неисповедимы его подземные пути. Летом придется в очереди постоять, чтобы наполнить фляжку. Возле родника оборудованы скамейки. Здесь можно отдохнуть перед финишным рывком, съесть яблочко или конфетку. Когда-то к роднику можно было проехать на машине. Сейчас дорога ушла вниз вместе с оползнем.

В 1987 году на Инжире в начале сентября произошел большой пожар. Погибли тысячи деревьев: сосна Станкевича, дуб, можжевельник, земляничник мелкоплодный. Лес выгорел, и склон обнажился. Следом активизировались оползневые процессы. Попытки подсевать семена сосны и высаживать сеянцы ощутимого результата не дали. Увлажненный подземными ручьями склон продолжает ползти. По этим оползням сегодня и проходит тропа. Уже на лесной дороге замечаем первые мешки с мусором. Дальше их все больше. На каждой полянке. Под каждым кустом. Но здесь нет стоянок. Кто и зачем их сюда привез, почему не доставили на «большую землю»? Пока ответа нет.

Выходим на крутую грунтовую дорогу, ведущую от Инжира до села Оборонного. Доходим до маркировочного столба и сворачиваем на Балаклаву. Дорога выводит на Южный форт, больше известный в народе как Бочка смерти. А дальше — только вниз, до самой набережной Балаклавы. Вот и все! Прошли мы по столбам 16 километров от вершины Куш-Кая. Ну еще пару-тройку километров наблудили по лесу у звериной поилки. Часов за семь вполне можно управиться, зная все повороты и ориентиры. Маршрут можно и нужно рекомендовать всем желающим. Но с учетом светового времени и физической подготовки… Удачи!

Фото автора.

Другие статьи этого номера