Оборванная струна…

…Месяц назад вся наша «поющая» страна, сотни тысяч фанатов творчества Игоря Талькова-старшего отметили скорбную дату—четверть века с того дня, когда в северной столице России он был застрелен за кулисами Дворца спорта «Юбилейный». А завтра исполнилось бы ровно 60 лет с момента его первого вздоха в самой огромной стране на Земле.

 

Один на сто тысяч

В обширной беллетристической кладовой Оборванная струна...эзотерических знаний человечества одним из разделов является кармодиагностика—наука, изучающая законы динамики судеб людских. Важнейший из ее постулатов—это почти, как говорят, медицинский факт, что среди нас на каждые сто тысяч человек живет тот, кому в урочный час открывается космопортал к информации о том, где, когда и как завершится его земной путь…
Ведические традиции вообще-то пестрят такого рода примерами. Только один из них. Всемирно известен американский журналист, сатирик и демократ Марк Твен. Он родился в 1835 году, когда рядом с Землей пролетала комета Галлея. В 1909 году он сделал шокирующее заявление: «Я пришел в этот мир вместе с этой кометой и в следующем году покину его вместе с ней». В апреле 1910 году все предсказанное неподражаемым юмористом Нового Света сбылось…
По всей видимости, таким вот, избранным по жизни, то есть одним на сто тысяч, следует считать и Игоря Талькова. За год до трагических событий во Дворце спорта «Юбилейный» он летел в Тюмень на гастроли. На исходе второго часа полета его самолет попадает в грозовой эшелон, в салоне возникает паника. Игорь Тальков встает со своего места, громко обращает на себя внимание и четко, без тени волнения произносит: «Не бойтесь. Пока я с вами, вы не погибнете. Меня убьют при большом стечении народа и убийцу не найдут…»
То, что пророчески узрел этот талантливейший певец, рок-музыкант и киноактер, свершилось спустя ровно год со 100-процентной очевидностью. И по сей день стрёмные демотиваторы выдвигают фантастические версии причин всего произошедшего. Это и заговор попсо-роковой элиты хрущевского посева, и «рука Ельцина», и некий сговор менеджеров певицы Азизы и самого Игоря Талькова. Им несть числа…
Впрочем, о паранормальных нюансах этого нашумевшего убийства мы еще поговорим…
А пока есть резон поведать читателю о том, какими особого рода знаками, как говорится, с младых ногтей свыше осенялась судьба Игоря Талькова, как бы подталкивая его к трагическому финалу, изредка, тем не менее, награждая подарками (или подачками?)—как знать…
Наверное, тот факт, что этот человек был рожден в постсталинскую оттепель, конечно следует считать даром судьбы. Хотя—как посмотреть. Ведь его родители, потомственные дворяне, были признаны врагами народа и познакомились на поселении в Кемеровской области. И даже когда его отца, Владимира Талько, реабилитировали (он во избежание репрессий для всех ветвей родни как-то чем-то угодил тюремному писарю, и тот добавил к его фамилии букву «в»), все равно для всей семьи оставался запрет проживать в больших городах России. Конечно, совсем еще маленький Игорь кое-что слышал об этом прискорбном факте из разговоров родителей. И делал свои выводы…
С самого детства все окружающие Талькова отмечали его исключительный слух и феноменальную музыкальную память. В семь лет он ставил стул и клал на него две кастрюльные крышки—виртуальные тарелки для «бочки» бас-барабана. Зрителями служили игрушки, и начинался концерт…
Отец, уважая пристрастия сына к музыкальному миру, где традиционно правит бал древнегреческая богиня Эвтерпа, купил сыну по случаю аккордеон, однако впоследствии Игорь больше всего предпочитал гитару и часто выступал исполнителем piano rock…
Его дебют как музыканта состоялся в четырнадцать лет, когда Игорь спел в узком кругу свою первую мелодийную композицию «Мне немного жаль». И в этом его лирическом произведении уже наметилась в лидеры минорная, резкая нота, которая будет доминировать практически во всех его песнях:
Не разжечь сегодня
Пламени костра,
Если он погас еще вчера…

 

Извечный лейтмотив

Как и многие «печальники» земли русской, Игорь Тальков не получил специального музыкального образования. Однако брался «превращать в крошево» гранит науки неоднократно: начинал познавать азы лицедейства в театральном училище, потом оказался на студенческой скамье в пединституте, полгода посещал лекции в Ленинградском институте культуры. И отовсюду уходил: не устраивала система образования.
По большому же счету, Игоря Талькова (начиная с середины 70-х годов) не устраивала сама система… жизни в нашей огромной стране, которую он уже тогда «под собою не чуял»…
А тут еще подлила масла в огонь нелепая случайность. На одном из концертов вокально-инструментального ансамбля «Былое и думы» он был вынужден петь и за себя, и подменяя второго солиста, который заболел. В итоге до самого конца жизни его баритон как бы переклинивало на миг через каждые десять минут выступления. После очередного концерта он нередко даже терял на время дар речи, прибегая к специальной дыхательной гимнастике. Можно себе представить, с каким настроем этот певец готовился к очередному сольному выходу! Но все равно он шел на сцену, «зажав в кулак» стрессовые эмоции и дурные предчувствия. Как говорят святые отцы, до рая добираются не те, кто никогда не падал, а те, кто, упав, поднимался и продолжал терпеливо идти вперед.
Первый профессиональный дебют Талькова состоялся в 1975 году, когда он выдал на публику балладу «Доля»:
Сто несчастий ходят
рядом,
Сто немых врагов,
Ни преграды, ни ограды,
ни следов…
Жизнь ведет тропинкой
в поле,
В темные края.
Ах ты, доля, что за доля
Странная моя…
Узнаете лейтмотив? Он все тот же. И с 1975 года в его песнях все чаще и чаще начинает рельефно звучать мысль о том же, о нашем извечном: «Кто виноват?» Как сказал в свое время известный российский журналист Владимир Бондаренко, «Игорь бил по всему мешающему русскому народу жить»…
Он выражал, кстати, свой мятежный протест всеми средствами. В том же 1975 году в Туле на митинге Игорь откровенно и в очень негативной форме высказал недоверие к политической линии генсека Леонида Брежнева. Его незамедлительно вычисляют, заносят в кагэбэшные списки «неблагонадежных интеллигентов» и вскоре (как на этап!) «забривают лоб»: пусть, мол, военная служба охладит пыл этого музыкального шалопута…
После службы Игорь Тальков некоторое время солирует в варьете Александра Барыкина, а с конца 1976 года принимает участие в профессиональной рок-группе «Апрель»…

 

И вечный бой…

Лишь перешагнув порог 30-летия, Игорь Тальков делает прорыв к широчайшему всенародному признанию, когда в 1987 году на фестивале «Песни года» он триумфально исполняет тухмановскую «коронку»—«Чистые пруды», несказанно умиротворяющую души людей. С того дня к нему беспрекословно приходит слава уникального лирического музыканта. Обозначалось и другое: теперь Игорь Тальков получил возможность исполнять свои «неУХОпожатные» для идеологических партийных пастырей песни, в которых первым в истории советской попсы стал всуе упоминать имя Бога со сцены, нести в сердца слушателей высочайшего накала идеи соборности русского народа, необходимости сохранять культурные ценности нации в самые роковые моменты ее истории…
Так стали любимыми народом его шедевральные песни: «Бывший подъесаул», «Да» и «Нет», «Родина моя», «У твоего окна»…
А к закату жизни это уже были эпатажно смелые политические откровения: с издевкой, со злобцой. Вникните хотя бы в текст его знаменитой песни «КПСС»:
Эй, кто там взвизгнул
по поводу того,
Что коммуняки
покидают трон,
Сближаются с народом
и каются,
И верят в пе-ре-лом.
…Вращаются колесики,
И не заржавлен пресс,
Винтики на месте,
И работает машина
С дьявольским
названием КПСС…
Конечно, новой ссылкой в армию тут уже было не обойтись. Но и сажать в «Кресты» всенародно любимого певца казалось как-то не к руки—чай, не 37-й год. Так и выстроились на тропе его жизни целой «аллеей» «палки в колеса»: чаще они вставлялись по умыслу сверхполиткорректной верхушки шоу-бизнеса, а иногда и спонтанно, по сиюминутному велению его гордого сердца.
…Как-то директор клуба «Наука» в Ленинграде предлагает певцу выступить на дискотеке. Однако ни одной лирической песни собравшиеся не услышали. Тальков прочел свою трилогию «Дед Егор», в которой старый большевик запил не от хорошей жизни, но «прозрел» и стал говорить лишнее о тех правителях, которые «прячут в сердце жалища». Прозрел и попал в опалу…
Директора клуба срочно уволили, а Талькова обложили «красными флажками». Но он неуклонно гнул свою линию и бунтарское убеждение в том, что:
И пусть твердят ублюдки,
Что истина опасна,
Она не проститутка,
Чтоб быть все время
разной…
А вдумаемся: ведь у правды поистине нет множественного числа!
…В 1988 году Тальков был приглашен на телепередачу «Взгляд». Предполагалось, что он «покажет», как говаривал его кумир Вл. Высоцкий, песню «Примерный мальчик». Но он таковым, увы, никогда не был и выбрал композицию на политические темы. Концерт прервали, певца попросили удалиться, в то время когда миллионы телезрителей рукоплескали ему… от Калининграда до Магадана.
А вот пример, когда Тальков во всю ширь «распахнул меха» своей непокорной души. Кинорежиссер Алексей Салтыков предложил рок-музыканту исполнить главную роль в фильме «Князь Серебряный». Но через месяц съемок кинолента в почти завершенном варианте стала именоваться… «Царь Иван Грозный», и по воле уже нового режиссера знаковый российский самодержец почему-то был обряжен в мантию пародийного царька. Тальков прервал съемки, отказался озвучивать фильм, а на его презентации в августе 1991 года попросил прощения у зрителей и автора этого романа—советского графа Алексея Толстого…

 

На девятом круге… рядом

…Прежде чем вспомнить сегодня, по случаю юбилея, трагические обстоятельства финала жизни этого харизматичного и непокорного бунтаря нашего допутчевского поп-арта, хочется провести некую аналогию его судьбы с жизнью еще одного страдальца эстрады, неповторимого, зажигающего сердца слушателей лидера группы «Кино» Виктора Цоя. (Это, кстати, в его честь переиначили знаменитую цитату кукловода Октября: «Из всех искусств для нас важнейшим является «Кино».—Авт.).
Его бесповоротно и с какой-то грустной нежностью всегда по жизни привечал Игорь Тальков. И ведь не на голом же месте взросла эта его любовь к именитому собрату по эстраде, выстраданно выплеснутая в души фанатов Цоя сразу после гибели Виктора. Тальков ощущал в Цое свое второе эго… Памятный концерт Талькова, в глубокой печали проводившего друга, собрал в стране многомиллионную аудиторию. Предваряя свой реквием, Тальков высказал слушателям такую мысль: «Цой был проводником Белых сил. Ушел внезапно. Я думаю, Белые силы не успели среагировать, тогда как Черные силы среагировали мгновенно».
Не на себя ли за год до собственной гибели примерял он эти слова? Потому как если препарировать кое-какие нюансы его и Цоя судеб, то вырисовывается загадочная картина. Оба по нумерологическому ключу родились под интровертной цифрой девять, главные достоинства ее носителей—амбициозность и смелость. Оба ушли от нас, не дожив до сорока лет, в самом начале 90-х, когда достигли пика сольной карьеры, будучи на высоте всенародного признания. Обоих при жизни долгое время не баловали эфирами, оба открыто пели о том, запретном, о чем люди лишь шептались на кухнях…
Много таинственных сближений. Наконец, виновники их гибели так конкретно не названы и по сей день. Что и предсказывал некогда Игорь Тальков, успокаивая в самолете сходивших с ума пассажиров…
Обстоятельства «траектории» той самой пули, выпущенной в Игоря Владимировича Талькова 6 октября 1991 года во Дворце спорта «Юбилейный» (в Ленинграде), вообще-то широко растиражированы и по сей день остаются туманными, обрастая легендами. И на концерте в память В. Цоя Тальков прозорливо поставил себя рядом с погибшим «товарищем по несчастьям»:
А может быть,
сегодня или завтра,
Уйду и я таинственном
гонцом
Туда, куда ушел, ушел
от нас внезапно
Поэт и композитор
Виктор Цой.

 

«Я принимаю войну!»

Внезапно… Этимологию этого слова наложить на кальку перипетий гибели Талькова было бы некорректным делом. Певец пошагово и многоЗНАЧНО как бы вычерчивал маршрут к своему «эшафоту», и метки будущего несчастья были известны многим из его окружения.
Только факты. Незадолго до убийства его сын Игорь слышал, как отец с кем-то бранился по телефону: «Что пристали? Мне и так не больше месяца осталось жить». Далее. Пятого октября—накануне смерти—на концерте в техникуме в городе Гжель на гитаре рок-музыканта обрывается струна. Знак! И происходит это ровно в 16 часов 27 минут, то есть за полные сутки до кровавого инцидента.
И так же ровнехонько за год до трагических событий во Дворце спорта «Юбилейный» он снялся в финальном эпизоде криминальной кинодрамы «За последней чертой», где главу банды рэкетиров (его роль.—Авт.) убивают выстрелом в сердце из пистолета, кстати, такой же марки, из которого был застрелен певец.
Он явно «слышал» еще удаленные шаги убийцы. За день до 6 октября Талькову позвонили из КГБ и обнадежили: «Ваша просьба выполнена. В зале на концертах всегда будет сидеть человек с правом ношения оружия»…
Однако жизнь внесла свои коррективы. Все произошло не в зале, а за кулисами Дворца спорта. Именно здесь, на этом роковом для него сборном концерте, где должны были выступать Азиза, М. Муромов, О. Газманов, И. Николаев, Тальков намеревался исполнить свою самую одиозную вещь—песню «Господин президент», последний записанный трек певца и поэта. Между прочим, эту свою вещь он за месяц до трагедии передал через лечащего президентского врача напрямую лично Борису Ельцину. Реакции—ноль…
А вот и «последняя капля». Четвертого октября по телефону он прокричал кому-то такую фразу: «Вы мне угрожаете? Объявляете войну? Я принимаю ее…» И поехал на концерт… в вагоне № 13. Русские эту цифру не любят…
Исход всем известен…

 

Крымские каникулы

…Бывал ли Игорь Тальков на гастролях в Севастополе? Нет. Но намеревался посетить наш славный город. В 2003 году, собирая материал о пребывании у нас Владимира Высоцкого, автор сделал несколько звонков в еврейскую алмазную «столицу», в г. Нетанию, на телефон легендарного севастопольского менеджера Григория Футермана, которого великий Утесов величал не иначе как «адмирал эстрады». В начале 90-х годов прошлого века Футерман руководил Севастопольским отделением Крымской госфилармонии.
Конечно же, Григорий Ефимович, обладавший замечательной памятью на лица и события, сообщил мне тогда несколько весьма интересных фактов по теме и заодно добавил, что «лет пятнадцать назад к нам в город должен был из Симферополя приехать Игорь Тальков. Но не смог…»
А дело было так. Пятнадцать не пятнадцать, это он выдал навскидку, но 29 мая 1990 года Тальков приехал в Симферополь. Группа его поредела, он формировал ее новый состав, и Футерман совместно с целой бригадой фанатов решил отправиться, как говорится, Магометом к горе, чтобы уговорить певца дать сольный концерт в городе-герое.
Тальков жил в крымской гостинице «Украина». После долгих уговоров он все-таки обнадежил севастопольцев, решился выступить в нашем кинотеатре «Москва». А Григорий Ефимович даже припомнил суть их недолгой беседы. Тальков дал понять, что исполнит несколько политических песен, остро прошелся по либералам российским, мол, я—не с ними, не хочу находиться в стае гиен, когда любая беда страны множит их злобу и ускоряет их прыть…
…На следующий день, то есть 30 мая, Футерману позвонил охранник певца и сообщил, что приезд Талькова в Севастополь невозможен: нет соответствующего музыкального оборудования, в частности, для бас-гитариста и клавишника…

 

Зов вечевого колокола

…Когда в наши дни на телевидении в очередной раз транслируются песни или клипы Игоря Талькова, интерес к его творчеству неизменно на пике. Завораживающий, с бархатной хрипотцой баритон певца и барда по-прежнему затрагивает самые интимные струны человеческого сердца. В Москве при Международном славянском культурном центре создан его музей. А на стене того самого Дворца спорта в С.-Петербурге, где певца упокоил навеки так пока и неизвестно кем сделанный выстрел, висит мемориальная доска.
В 1999 году в России вышла в тираж почтовая марка со знакомым всем россиянам печальным абрисом лица знаменитого барда и рок-музыканта.
Однако в честь этого человека, истинного гражданина, чья жизнь до последнего вздоха была отдана родной стране, памятника нет и по сей день. А ведь таких, как он, не так уж и много, тех, кто откровенно и громко, резко и бескомпромиссно выступал против того, чтобы в стране анчары продолжали гримировать под оливы…
С кем же он сегодня «шагает в ногу» в нашей памяти? Их совсем немного в новой истории России XXI века, уверенно остающихся на позициях всенародного признания. Это Владимир Высоцкий, Василий Шукшин, Виктор Цой. А кто на новенького? Нет таковых, увы…
…В 2000 году скульптор А. Кузнецов предложил соорудить в Тольятти композицию «Набат России» с доминантной фигурой Игоря Талькова. В одной руке певец держит гитару, в другой—вечевой колокол. Однако от властей ВАЗовской столицы последовал вежливый отказ: «Нецелесообразно».
…Но час Талькова-старшего все-таки пробьет… И очень скоро.

 

Леонид СОМОВ.
На снимке: певец, бард и рок-музыкант Игорь Тальков в Крыму.

Другие статьи этого номера