Подвиг в белом камне

Подвиг в белом камне

В конце апреля текущего года в столичном Центре культуры и искусства
«Меридиан» с успехом работала выставка «Восстановление Севастополя
после Великой Отечественной войны 1941-1945 годов». Ее организаторы —
управление архивным делом в городе Севастополе, главное архивное
управление города Москвы, архив города Севастополя, Центральный
государственный архив города Москвы, Государственный научно-
исследовательский музей архитектуры имени А.В. Щусева — решили
развернуть экспозицию и в Севастополе. В последний рабочий день
минувшей недели состоялась торжественная церемония ее открытия в
нашем Центре культуры и искусства (улица Ленина, 25). Она будет
доступна для ознакомления до 30 ноября.Вниманию посетителей предложены уникальные фотографии, документы, выпуски газет, в первую очередь «Славы Севастополя», с мощнейшим информационным зарядом о событиях 50-70-летней давности. Тот период справедливо ассоциируется с третьим подвигом Севастополя. Он связан не с обороной, не с освобождением от врага черноморской твердыни, а с ее возрождением. О чем повествуют тексты, которые до наших дней донесли пожелтевшие от времени бумаги, краткая историческая справка, приобщенная организаторами показа к своему пресс-релизу, выступления официальных лиц и гостей на церемонии у микрофона, беседы в кулуарах.

Севастополь предвоенных лет — город-красавец. В нем проживало 112 тысяч человек. Позванивая, по улицам ходили трамваи. Они добегали до удаленной от центра города Балаклавы. Ток вырабатывали несколько электростанций, в том числе ГРЭС. Из года в год, из месяца в месяц наращивала мощности местная промышленность.

До сих пор идет дискуссия, сколько уцелело жилых домов, гражданских объектов в ходе испепеляющих бомбардировок в 250-дневной период героической обороны главной базы Черноморского флота в 1941-1942 годах и весной 1944-го, когда пришли ее освободители, чтобы решительно сломить сопротивление захватчика. Одни говорят о 6-9 пригодных для жилья зданиях, другие — о 12. Известны и другие цифры. Ценны также свидетельства очевидцев. Один из ораторов на церемонии открытия выставки назвал Александра Жарова. Поэт оказался с бойцами, которые первыми ворвались в дымящийся от пожарищ город. «Мы ходили по улицам Севастополя, — вспоминал он, — которого, в сущности, не было. Вокруг — сплошные руины. Его население сократилось до трех тысяч человек».

По случаю проходившей позже в Ялте конференции глав государств Антигитлеровской коалиции англичане и американцы посетили Севастополь. Полвека, утверждали они, — минимальный срок для его возрождения. Вернее было бы, продолжали они, не восстанавливать город, а построить новый. Руководство нашей страны, наши люди думали по-иному.

На видном месте организаторы выставки поместили для обозрения ее посетителями приказ наркомата по строительству (обратите, уважаемые читатели, внимание) от 8 апреля 1944 года, который от имени Государственного комитета обороны обязывал наркомат Военно-Морского Флота быть готовым приступить к восстановлению в Севастополе военно-морской базы для обеспечения базирования кораблей всех классов.

Оставался день до очистки от неприятеля Балаклавы и около 25 дней — до полного освобождения от него Севастополя, но 17 апреля 1944-го — дата создания 12-го особого строительно-монтажного управления, 26 апреля 1944-го учреждается опять же особая строительно-монтажная (пока не трест, не управление) военная часть «Севастопольстрой». Непосредственно союзному народному комиссару строительства Н.В. Бехтину дано поручение возглавить работы по возрождению Севастополя. Его включают в число полутора десятков городов, подлежащих первоочередному восстановлению.

Неделю спустя после ликвидации очагов сопротивления непрошеных гостей население города утраивается. К концу 1944 года в Севастополе проживают 47 тысяч человек. Вот некоторые итоги первого этапа возрождения Севастополя: вновь заселено около 60 тысяч квадратных метров жилья, открыты четыре больницы, столько же поликлиник, пять амбулаторий, десяток школ, восемь детских садов и яслей.

Сталинград, как и Севастополь, был превращен в руины. В городе на Волге патриотка Александра Черкасова сформировала бригаду, члены которой после окончания рабочего дня по основному месту работы на 4-5 часов выходили туда, где шли расчистка завалов, строительство объектов гражданского назначения. Так родилось знаменитое черкасовское движение. Оно получило широкое распространение и в нашем городе. В 1944 году у нас насчитывалось 497 черкасовских бригад. На общественных работах они трудились 600 тысяч часов, за два с половиной года — миллион 900 тысяч часов.

Среди экспонатов выставки заметен номер «Славы Севастополя» за 18 июня 1949 года. В нем помещены имена руководителей лучших черкасовских бригад: Матрены Рожковой, Веры Нужной, Анны Погадейкиной, Ольги Скрибленко, Нины Томашевской, Надежды Максимкиной… Возглавляемые ими коллективы за отличные показатели в труде по благоустройству города были занесены на городскую Доску почета.

Людей, прежде всего строителей (каменщиков, плотников, столяров, кровельщиков, представителей других профессий), явно не хватало. Ведь Севастополь стал огромной стройплощадкой. На одном из стендов выставки читаем машинописную справку о наличии рабочей силы в тресте «Севастопольстрой» на момент выполнения ответственной программы 1946 года. Нужно 5202 человека, имеется в наличии лишь 700 активных штыков. К общественно-полезному труду приобщено 500 военнопленных — тех, кто разрушал город. Все равно нет необходимых пяти с лишним тысяч человек, менее 20 процентов от потребности. Выход нашли, о чем свидетельствует еще один экспонат выставки: план организованного набора рабочей силы во всех без исключения районах полуострова — по 40-80 человек от каждого. Не все они владели строительными специальностями. Для их обучения, сказал на церемонии открытия выставки ветеран восстановления Севастополя М.Б. Бохерман, были организованы школы ФЗО — фабрично-заводского обучения. В городе их насчитывалось свыше двух десятков.

— Занятия в них проходили не в аудиториях, — сказал Матвей Борисович, — а непосредственно на строительных площадках.

М.Б. Бохерман влился в ряды участников восстановления города в 1948 году. Работал мастером, прорабом, начальником производственного отдела 42-го стройуправления, заместителем начальника производственного отдела треста, главным инженером «Севастопольстроя»… Сегодня в свои 89 Матвей Борисович руководит службой строительства инженерных сетей. Выступая на открытии выставки, заслуженный ветеран сказал, что молодым участникам восстановления Севастополя были положены льготы: 30-процентная надбавка к зарплате, три года работы на стройках города засчитывались ребятам как срочная служба в армии.

Волнений доставляют Матвею Борисовичу прогулки по Севастополю. Он вглядывается в его здания и словно возвращается в молодость, слышит голоса своих товарищей, многих из которых помнит поименно. В то же время глубоко ранят душу и сердце ветерана жирные безобразные каракули, оставленные на стенах домов города, очевидно, невоспитанными подростками. «Наше поколение, — сказал по этому поводу М.Б. Бохерман, — воздвигло белокаменный Севастополь, нерадивые представители нынешнего поколения сделали его беломазанным».

Еще один документ с выставки. В 1949-1952 годах требовалось ввести в строй 115 тысяч квадратных метров жилой площади, или миллион ее кубических метров (и такая единица измерения существовала — кубический метр жилья), плюс к этому 500 тысяч кубических метров общественных зданий. Планы посильные, отмечалось в официальной бумаге управления по восстановлению Севастополя при Совете Министров Российской Федерации, при условии внедрения новейших методов строительства, в том числе использования проектов унифицированных конструкций и деталей возводимых зданий.

Начальник департамента строительства «Севастопольстрой» В.П. Шулянский подошел к микрофону, чтобы выразить восхищение предшественниками. Они без сегодняшних техники, высокотехнологических материалов демонстрировали темпы строительства, которые могли порадовать и сегодня. Потрясающе: на восьмой день после освобождения города он был с электроэнергией, на 12-й — с действующим водопроводом, к октябрю 1944 года Севастополь располагал 50 тысячами квадратных метров жилой площади.

Не через полвека, как прогнозировали заморские специалисты, а десять лет спустя, в 1954 году, Севастополь рапортовал: жилья в городе столько, сколько было в пиковый момент довоенного периода. Счет наращиваемых квадратных метров продолжился. Интересно, что севастопольские строители протянули руку помощи керчанам и сакчанам в обновлении их бюджетообразующих предприятий. Помогали они также и при возведении МГУ.

В 1972 году впечатляющим сегодня тиражом 20 тысяч экземпляров издательством «Таврия» выпущен 500-страничный сборник документов, хранившихся в крымских партийном и областном архивах «Крым в период Великой Отечественной войны». Книга давно стала библиографической редкостью, надежным помощником историков, краеведов, журналистов — всех, кто глубоко интересуется прошлым родного края. Почему бы работникам севастопольских архивов не последовать хорошему примеру крымчан? Такое мнение высказала в интервью «Славе Севастополя» заведующая архивом заксобрания Н.М. Терещук. Такой том могли бы составить материалы из фондов столичных, крымских и севастопольских профильных хранилищ. Здорово, что они есть, еще лучше, если они будут шире использоваться для популяризации лучших традиций. Это еще одна подсказка проходящей в эти дни в городе выставки.

На снимках: после выступления М.Б. Бохерман был нарасхват; «Слава Севастополя» почти 70-летней давности — экспонат выставки; библиотека имени Л.Н. Толстого уже сдана в эксплуатацию, но техника еще не ушла с прилегающей территории; строители на Графской пристани.

Другие статьи этого номера