Муза, муза моя! О прекрасная Талия!

Муза, муза моя! О прекрасная Талия!

30 ноября — юбилей Владимира Владимировича Магара, режиссера,
заслуженного деятеля искусств России, АР Крым, дважды лауреата
Госпремии Крыма, кавалера ордена Дружбы, медали Леонардо да Винчи
итальянской Академии наук. Он — продолжатель знаменитой театральной
династии: его отец — основатель запорожского театра, который сегодня
носит его имя, народный артист СССР В.Г. Магар, мать — народная артистка
Украины С.Ф. Рунцова, сестра — Т.В. Магар, известный кино- и театральный
режиссер, заслуженный деятель искусств.Дело было 16 лет назад на спектакле театра им. А.В. Луначарского «Темная история, или Фантазии на тему «Черного квадрата» Казимира Малевича», куда я пришла не одна, а со столичным театроведом.

Посреди спектакля мой знакомый наклоняется ко мне и говорит: «Я, как специалист, понимаю, что эта страшная баллистическая ракета, нацеленная на зрителей, конечно же не полетит. Но вот вопрос: как?»

В зале повисла напряженная пауза, пошел обратный отсчет: «Три, два, один…» И вдруг звонкий голос Кэролл, дочери генерала: «Папа! Не надо!» Мой знакомый смеялся до слез вместе со всем зрительным залом.

Потом многие специалисты говорили и писали о непредсказуемости, даже парадоксальности в постановках Владимира Магара. Кому-то они казались слишком эпатажными, но те, кто способен заглянуть глубже и понять язык, на котором он говорит со зрителем, не жалели ладоней и добрых слов, называли Мастером, благодарили за редкое ныне удовольствие наслаждения театром.

А сам он говорит так:

— Хороший режиссер всегда творит на грани. И не дай бог ее перейти и упасть в эту зияющую пропасть. Тогда заканчивается искусство. Я знаю режиссеров, которые считают, что на сцене можно делать все.

— Кто устанавливает эту грань? Психиатр?

— Сам художник, она у него внутри. Но, уверяю тебя, зритель ее чувствует.

«Темная история…», как и другая комедия — «Подруга жизни», выдержала больше сотни показов. И казалось бы: вот найдена золотая жила! Севастопольцы в восторге… А он идет вперед — ставит классику.

Лермонтовский «Маскерад…», «Империя Луны и Солнца» Э. Ростана, «Таланты и поклонники» А.Н. Островского, «Дядя Ваня» А. Чехова… Театральные специалисты оценили эти работы Магара очень высоко. Им-то не надо объяснять, что режиссеров такого масштаба — единицы. Спектакли завоевывают «Гран-при» целого ряда фестивалей. И, несмотря на тогдашнюю политику, севастопольскому театру в 2002 году дают статус академического, для его вручения приезжает министр культуры Украины.

В 2004 году президент России В.В. Путин присваивает Магару звание «Заслуженный деятель искусств РФ», а в 2008-м бывший в то время президентом Д.А. Медведев в Георгиевском зале Кремля награждает его орденом Дружбы с формулировкой «За популяризацию, развитие и сохранение русского языка и культуры за рубежом». На сегодняшний день в Севастополе, да и, наверное, в Крыму он — единственный, кто удостоен таких почестей.

100-летие театра им. А.В. Луначарского Владимир Владимирович решил отметить премьерой шекспировского «Отелло». Эта огромная работа была проделана совместно с постоянным соавтором Магара — народным художником России, трижды лауреатом премии «Ника» Борисом Бланком. Соединение драмы и оперы, мира материального и чувственного, три, а порой даже четыре плана действия. Такого не делал еще никто. Драматические актеры запели оперные партии, да так, что сидящие в зале не верили в реальность происходящего. Реальность, нет, он не изменяет ее, он создает новую для каждого спектакля.

Мы думали, что 100-летие театра — творческий этап. Но оказалось, что это и значительная сумма на реконструкцию театра. Поэтому для «освоения средств» в театр был назначен директор, поставленный, кстати говоря, над художественным руководителем. И не просто директор, а, как сейчас говорят, надежный человек из… милиции, который репетиции упорно называл тренировками и яростно боролся за трудовую дисциплину. Театральные люди ему представлялись расхлябанными бездельниками. Он регулярно вызывал на «проработку» актрис, после чего их долго отпаивали корвалолом, чтобы вечером они смогли выйти на сцену.

Вот в таких условиях создавался самый светлый и радостный спектакль действующего репертуара театра — «Голубка».

Когда шли репетиции, я робко открывала дверь в зрительный зал, Магар поворачивался и кричал: «Заходи! Здесь — Куба! Остров Свободы!» А со сцены неслось: «А я — рыба, я — рыба. Я живу в океане… И меня не волнуют никакие проблемы, лишь сверкает на солнце моя чешуя-я-я».

Потом были актерские пикеты у горсовета. И был новый директор…

Император Александр II говорил, что управлять Россией несложно, но совершенно бесполезно. Так и в искусстве: никто на самом деле не знает, как руководить театром, хотя многие уверяют, что театральный менеджмент — это наука, и даже дипломы показывают, а театр у них почему-то получается какой-то хилый. Может быть, потому, что театром должен руководить Художник?

Может, и не нужно им управлять в общепринятом смысле (строчить приказы, казнить и миловать), а надо просто верить, воспринимать мир, как палитру, а артистов — как краски, тогда загорятся глаза и сердца настроятся на творчество. Но для этого требуется Талант…

Человек искусства — как айсберг: в материальном мире видна только его небольшая часть. И ошибаются те, кто не видит того значительного, ради чего творческий человек приходит в наш мир.

К юбилею Н.В. Гоголя Магар выпустил два спектакля — «Женитьбу» и «Городничего» — с очень разными судьбами. Если с «Женитьбой» все было благополучно — фестивали, восторги критиков, статьи в центральных театральных журналах, то над «Городничим» как-то сразу нависла грозовая туча. Все градоначальники в персонажах спектакля узнавали себя и чиновников из своего аппарата. Доходило до смешного: друг другу шептали фамилии «изображаемых». Как бы порадовался Гоголь! Спектакль требовали снять с репертуара, автора обвиняли в бездарности и жесткости… Пустили даже слух, что он, дескать, выработался, устал… Некоторые подхватили эту мысль (недоброжелателей у Магара всегда хватало). Но спектакль получает «Гран-при» на международном фестивале «Боспорские агоны», и, как признался один из городских чиновников, вопрос о его снятии был закрыт.

Потом вышла «Кабала святош» по пьесе Михаила Булгакова с текстами из его романа «Жизнь господина де Мольера». Спектакль — исследование взаимоотношений власти и художника, Мольера и Людовика XIV, Булгакова и Сталина… Кто-то из зрителей видит первый план спектакля (он еще идет на сцене театра им. А.В. Луначарского): яркий праздник, под которым — трагедия художника, вынужденного «лизать шпоры» тирану и осужденного на то, чтобы быть растоптанным за дерзость, пусть дурачась, но сдернуть раззолоченные покровы лжи. Для Магара в этом спектакле много личного. А иначе он и не работает: если нечего сказать, то не стоит выходить на сцену. Он живет по формуле Станиславского: «Священнодействуй или убирайся вон!»

По спектаклям Магара сняты телефильмы, которые можно увидеть на московском канале «Театр», по ним пишутся монографии и диссертации…

15 лет Магар руководил театром, т.е. был генеральным директором и художественным руководителем. Два года назад при очередной смене руководства театра без объяснения причин с ним не продлили контракт…

Его спектакли постепенно уходят из репертуара. Он ездит на постановки в другие театры. А севастопольский театр становится другим.

И все-таки в театральном мире его имя по-прежнему звучит внушительно. С юбилеем, Мастер!

Другие статьи этого номера