Подводные одиссеи Виталия Манторова

Подводные одиссеи Виталия Манторова

Виталик Манторов с детства мечтал о море, зачитывался книгами о
морских приключениях и в пятом классе поступил в детское речное
пароходство города Горького. Обучение там длилось два года. Романтика
морей вовсе не подразумевала военную службу, и Виталик видел себя в
будущем гражданским морским волком. Родители — простые работяги.
Отец, Тимофей Иванович, трудился слесарем на Горьковском
авиационном заводе по выпуску истребителей. Мама, Татьяна Яковлевна, —
домохозяйка, но после хрущевского наезда на домашнее подсобное
сельское хозяйство вынуждена была идти работать маляром на тот же
авиационный завод. В годы тяжелого военного и послевоенного
лихолетья родители вырастили шестерых детей — двух дочерей и
четверых сыновей. Судьба одарила их возможностью участвовать в
воспитании 13 внуков и 6 правнуков.В десятом классе в школу, где учился Виталий, пришел военком и рассказал мальчишкам о перспективах военной службы. Старший брат Манторова к тому времени уже окончил Горьковское военное училище связи и дослужился до подполковника, начальника связи корпуса ПВО Уральского военного округа. Все это вместе взятое и повлияло на судьбу Виталия. Он написал рапорт в военкомат, попросил направить его в военно-морское инженерное училище. Очень хотел поехать в Ленинград, но был направлен в Севастополь. Об этом он никогда не жалел. Севастополь для Манторова стал второй родиной.

В 1966 году поступил в «Голландию» на атомный факультет. Но после первого полугодия командование училища приняло решение о переводе одного класса на дизельный факультет. Курсанты всячески протестовали, но командование было непреклонно и убеждало в том, что дизельные лодки — тоже подводные лодки. Убедили! В 1971 году лейтенант Манторов покинул стены училища и был направлен на Северный флот, в Лиинахамари (Печенга), в 49-ю отдельную бригаду подводных лодок 9-й эскадры Северного флота под командованием Аркадия Ивановича Жиделева. Был такой хороший командир, завершивший службу начальником военного института в Балаклаве.

Вспоминая годы учебы в СВВМИУ, капитан 1 ранга Виталий Манторов говорит: «Голландия» — это школа мужества. Мое здоровье там окрепло, закалилось. А программа обучения была такой же сложной, как в МВТУ имени Баумана — ведущем техническом вузе Советского Союза. Первая практика прошла на крейсере «Слава» (поход на учения в Болгарию, порт Бургас), вторая — в Феодосии (во время чехословацких событий), после третьего курса в 1969 году — трехмесячный поход на Кубу к 10-летию кубинской революции. Мы в июле встречали там кубинский праздник в составе отряда советских кораблей: двух дизельных подводных лодок из Полярного, плавбазы «Тобол» из Гаджиево, крейсера «Грозный» Балтийского флота. В отряде были танкер «Лена» Балтийского флота, БПК «Сообразительный» Черноморского флота. Потом был заход в Гвинею, а затем — обратно в Гаджиево. Так три месяца по морям-океанам ходили.

Преддипломная практика прошла в Видяево на Северном флоте на дизельных четырехракетных лодках 651-го проекта. Но самое главное — огромное количество друзей, с которыми мы и сейчас встречаемся, перезваниваемся. Даже на пятидесятилетие принятия присяги и 45-летие со дня выпуска в сентябре этого года съезжались со всей страны». Для Виталия Тимофеевича Манторова отдельной темой в его биографии стали учителя по жизни и службе, и в первую очередь — преподаватели училища, начиная от его начальника, вице-адмирала Михаила Андрониковича Крастелева, служившего во время войны на подводных лодках Балтийского флота. С одной стороны, он был очень строг, а с другой — стал для курсантов вторым отцом. Человек, прошедший Великую Отечественную войну, знал, почем фунт лиха.

Были среди курсантов люди с разными жизненными установками. Но к выпуску пришли только дисциплинированные, целеустремленные, ответственные. Разгильдяи отсеивались еще на первых курсах. К культуре курсантов училища по требованию Крастелева приучали постоянно. Может быть, этикетом светского обеда они и не владели, но в театры ходили постоянно. Кстати, балет «Лебединое озеро» в исполнении советских артистов впервые Виталий посмотрел на Кубе, в Гаване, совместно с Фиделем Кастро. И в училище в клуб приезжали известные музыканты и артисты, проводились ежемесячные встречи с Симферопольским симфоническим оркестром. В Севастополь в Дом офицеров курсанты выезжали систематически. В те времена эти два зала были лучшими в городе. А в летний период курсанты вместе с преподавателями отдыхали с ночевками в Ласпи, Батилимане. Шлюпочные походы — само собой, по плану. Активно совмещали учебу, спорт и отдых.

С 1971-го по 1978 год Манторов служил еще на Северном флоте — в Видяево и Северодвинске. Сперва был назначен в Лиинахамари командиром моторной группы на лодку «С-340» 613-го проекта. Учителями молодого офицера были командир лодки Трофимов, старпом Чиглий, замполит Мироненко. Своим опытом службы в БЧ-5 щедро делились Вадим Павлович Лакунин (флагманский механик бригады — величайший специалист, настоящий Дед), его заместитель Олег Иванов (впоследствии сменивший Лакунина), Николай Иванович Попов. И, конечно же, командир БЧ-5 Виктор Васильевич Саратовцев, который тоже был выпускником «Голландии». Вот эти люди и научили всем премудростям ратного труда лейтенанта Виталия Манторова. Уже через два года он был назначен командиром БЧ-5 на подводную лодку «С-281».

Он вспоминает встречу после первой боевой в начале службы в Лиинахамари. Оказалось, что жена уже полностью адаптировалась в женском коллективе подводников и чувствовала в нем себя своим человеком, очень комфортно. Она, коренная севастопольчанка, появилась на свет в роддоме на набережной Корнилова. Добрая, отзывчивая женщина, прекрасной души человек. Любящая жена, мама, бабушка. С Клавдией Семеновной Виталий Манторов вместе уже 47 лет. Брак зарегистрирован 28 декабря 1969 года в Севастопольском загсе. У них трое детей: дочь и двое сыновей — оба офицеры Военно-Морского Флота. Старший, Максим, уже на пенсии, младший еще служит старшим лейтенантом на Черноморском флоте. Трое внуков — будущие защитники Отечества.

Прожитые годы супруги вспоминают сейчас с улыбкой, хотя и было порой трудно. Служба забирала все силы и все время. Раньше 22 часов молодой офицер домой не приходил, позже 6 утра из дома не выходил. Виталий Тимофеевич говорит: «У моряка, особенно у военного, крепкий тыл — это его семья, его жена. Если жена понимает офицера и готова делить с ним все тяготы и невзгоды, то и служба идет легче и продуктивнее. Как, например, те четыре года в Средиземном море в штабе Средиземноморской эскадры, а затем флотилии, до этого — пять боевых служб непосредственно на подводной лодке — это трудно. В Средиземном: три-четыре месяца — в море, месяц — на берегу. А жена и детей вырастила, и любовь сохранила».

Потом была лодка «С-281», на которой Виталий Манторов командовал БЧ-5, перевод в Балаклаву в 155-ю отдельную Констанцскую ордена Ушакова I степени бригаду под руководством комбрига Карлова. Тогда, в 1978 году, на Черноморский флот были переведены четыре лодки. Заместителем комбрига был Анатолий Алексеевич Касьянов. Флагманским механиком — Борис Иванович Цыпнятов.

В Балаклаве Виталий Тимофеевич получил квартиру и с тех пор здесь и живет. «С-281» поставили в Балаклаве в консервацию, а Манторову предложили перейти на боевую лодку

«С-384», последнюю из серии 613-го проекта. Лодка стояла в ремонте на заводе «Металлист». Затем ее почти год доводили до ума, а после вывода в первую линию наступило время боевых учений, обеспечений других сил и боевых служб. Выходили в море с ядерным боезапасом на борту. Боевое дежурство — стоянка в базе, совмещенная с боевой подготовкой, с часовой готовностью к выходу в море для выполнения боевой задачи. А боевая служба — патрулирование с ядерными торпедами в акватории Черного и Средиземного морей. У гидроакустиков была особая задача — запись шумов кораблей вероятного противника для последующей их идентификации. Выполнение этой задачи во многом зависело от работы командира БЧ-5, который в базе делал все возможное для снижения шумности нашей лодки. Особое внимание обращалось на состояние гребных винтов. При наличии деформации или сколов винты начинали петь, а по этому пению лодку определить труда не составит: не только проект, но и серийный номер. Подушки и прокладки под двигателями — вторая тема. И третья — непрочно закрепленные элементы легкого корпуса или обшивки. Опыт обобщался и накапливался. Конструкторы сделали прорыв, в том числе и на основании опыта эксплуатации подводных лодок экипажами. В 1990 году «Алросу» принимали на госиспытания, провели запись шумов. Оценка была однозначной: «черная дыра». Шумы лодки ниже шумности моря.

Последний звонок для карьерного роста морского офицера — 33 года. В 1982 году Виталий Тимофеевич поступил на высшие офицерские классы в Ленинграде. В группе было всего шесть человек, старший — Манторов, а преподавателей — море. И каждый — крутой специалист в своей сфере. А через год, по окончании учебы, был направлен в Феодосию на должность помощника начальника ЭМС (начальник — одноклассник по училищу Толя Бут, коренной балаклавец) в 27-ю бригаду. Она была опытовой, но это вовсе не означает, что лодки постоянно стояли у пирса. Было в бригаде семь единиц, в том числе две лодки-«Кефали», «СС-310» и «СС-226». Эти лодки из морей не вылезали, потому что все новейшее оружие испытывалось по ним. Одна из них в базу вернулась с торчащей из борта торпедой. Были лодки, которые испытывали ракеты-торпеды. Одна из них, «СС-49», сейчас стоит в Южной бухте в Севастополе в режиме зарядовой станции. Кроме этого, была и одна боевая подводная лодка, которой командовал Грищук, впоследствии (после развала Союза) командир 155-й бригады. Его, в свою очередь, в бригаде сменил Варочкин.

В 1984 году 27-ю бригаду сократили. Командование предложило Манторову продолжить службу в техническом управлении Черноморского флота. Он пошел на собеседование к начальнику управления Евгению Андреевичу Кобцеву (первому флагмеху Средиземноморской эскадры), но встретивший его товарищ по службе в Северодвинске Николай Цепалев предложил податься в моря, для начала — в штаб 5-й эскадры в Средиземном море. На размышления — 5 минут. Подводники умеют правильные решения принимать быстро, а может, и высшие классы сказались. Но через 10 минут Манторов уже готовился к месту нового назначения. 5 декабря 1984 года после курса боевой подготовки в Севастополе в Средиземку выходила плавбаза «Вахрамеев» Тихоокеанского флота. В море перебрался на танкер «Чиликин», потом — на корабль управления «Котельников», в штаб 5-й оперативной эскадры, которой командовал вице-адмирал Селиванов. Суровый, но справедливый. Заместителем командира эскадры был Александр Иванович Аладкин. Вот под его непосредственным руководством и началась служба в Средиземном море.

После 5-й эскадры был направлен заместителем командира 153-й бригады по электромеханической части. Комбриг — Леонид Гаврилович Рогулев, сменил его Владимир Алексеевич Попов. Затем — год командировки в Ливию. После вывода Ельциным в угоду американцам всех наших военных специалистов из Ливии назначен помощником флагмеха 14-й дивизии подводных лодок. После сокращения штаба дивизии почти пять лет продолжал службу в техническом управлении Черноморского флота, сначала в должности офицера снабжения, затем — начальника первого отдела эксплуатации и технического обслуживания кораблей флота. В 1999 году по достижении 50 лет уволен в запас. Присяге не изменял, служил с честью.

Уже сняв погоны, Виталий Тимофеевич работал на гражданской должности в том же техническом управлении Черноморского флота России, затем — на судоремонтном предприятии «Судотехсервис»: сначала в должности исполнительного директора, затем (и по настоящее время) — в должности главного инженера — первого заместителя генерального директора. «Судотехсервис» — известное предприятие не только в Севастополе, но и в России, на Украине и даже в Италии (активно участвует в переоборудовании бывшего корабля управления подводными силами фашисткой Германии гросс-адмирала Денница Aviso Hela, впоследствии — корабля управления штаба Черноморского флота «Ангара» в моторную яхту). Предприятие имело признание украинского Морского регистра, международный сертификат менеджмента качества ISО-9001 (признан Морским регистром России).

Манторов ведет активную общественную деятельность в ветеранских организациях 5-й эскадры, технического управления Черноморского флота. Ветераны-подводники доверили ему обязанности заместителя председателя Севастопольского совета ветеранов-подводников.

Виталий Манторов и сегодня трудится, так как без работы жизни своей не представляет.

Рассказ ветерана-подводника записал член Союза журналистов России В. ИЛЛАРИОНОВ.

Фото из семейного архива В.Т. Манторова.

* * *

P.S. 15 декабря 2016 года, без преувеличения, во всех уголках бывшего Советского Союза (странах СНГ), да и в странах дальнего зарубежья, выпускники Севастопольского высшего военно-морского инженерного училища праздновали 65-летие «Голландии». История и заслуги училища перед Отечеством достойны отдельного рассказа. В Севастополе 16 декабря Манторов участвовал в возложении венков и цветов на могилы бывших начальников училища — Крастелева и Короткова, членов экипажей — механиков погибших атомных подводных лодок «Комсомолец» и «Курск». У памятного мемориала вместе с соратниками почтил память выпускников училища, погибших при исполнении своего воинского долга перед Отечеством. 17 декабря в училище состоялись торжественное построение, вынос знамени училища, флага России, митинг и торжественное собрание. Выступили и представители многих организаций, в том числе Герой России, гидронавт, выпускник училища 1971 года А. Рымарь, представитель выпускника училища — вице-адмирала, Героя России Белавенцева контр-адмирал Шишкин (сам тоже выпускник «Голландии»). Кстати, Белавенцев и Рымарь — однокашники Манторова. Нынешний главнокомандующий ВМФ России адмирал Корольков отметил военную службу и активную общественную деятельность капитана 1 ранга в отставке Виталия Тимофеевича Манторова. Грамоту от его имени вручил заместитель командующего Черноморским флотом контр-адмирал Ю. Ореховский.

Другие статьи этого номера