Не пропавший без вести…

В национально-культурном обществе поволжских татар и башкир
Севастополя прошёл вечер памяти поэта-патриота Мусы Джалиля. Все члены
общества разных возрастов и состояния здоровья смогли прийти на этот
вечер — собрались в «татарском» доме на ул. Силаева, 5-а.Открыл вечер памяти, обратившись ко всем на родном языке, председатель общества Джамиль Хисамутдинов. «Уже стало доброй традицией, — сказал он, — каждый год 15 февраля, в день рождения поэта, вспоминать о нашем любимом Мусе Мустафовиче Залилове (псевдоним Муса Джалиль. — Авт.). Его казнили немецко-фашистские изверги 25 августа 1944 года в тюрьме Плетцензее. В сердце каждого поволжского татарина, в сердце каждого российского патриота живёт имя этого героя. Его не сломили все ужасы и испытания немецких лагерей и тюрем, в которых он содержался в течение двух лет. Он выдержал все пытки, которые применили к нему палачи-гестаповцы, и не выдал ни одного из своих боевых товарищей по подпольной работе, которую они проводили среди советских военнопленных. После окончания Великой Отечественной его считали без вести пропавшим. Даже его вдова, Амина-ханум, получила об этом официальное извещение».

Капитан 1 ранга в отставке Гумар Мингазов в своём выступлении рассказал, что Муса Джалиль родился в 1906 году в бедной крестьянской семье в деревне Мустафино Оренбургской области. Это был низкорослый, черноволосый, кареглазый и очень шустрый мальчик, которого все звали Кичкине Муса (Маленький Муса).

Он очень рано начал писать стихи. В 13-летнем возрасте принёс три стихотворения в редакцию красноармейской газеты «Кзыл Юлдус» («Красная звезда»), и одно из них — «Счастье» — редактор напечатал. В этом стихотворении Муса говорил о своих чувствах, о своём стремлении защищать Родину и о том, что, если нужно, он готов умереть в борьбе с ненавистным врагом. Эти стихи были написаны Мусой в 1919 году. В России шла Гражданская война.

Когда началась Великая Отечественная, Муса Джалиль был уже сформировавшимся поэтом, коммунистом, окончившим литературный факультет МГУ. У него к тому времени вышло в свет несколько поэтических книжек, был издан сборник стихов «Иптешке» («Товарищ»), напечатаны детские пьесы. Вышли в свет стихи Джалиля на русском языке. Написанные им пьесы ставили в театрах Казани, Уфы, Ташкента, в рабочих клубах Оренбурга и других городов. Песни Мусы Джалиля передавали по радио, исполняли на концертах, лучшие его стихи и рассказы печатались в хрестоматиях татарских школ, в альманахах и сборниках. Он давно и с увлечением работал над задуманной им оперой «Алтын-чэч» («Золотоволосая»), которая была поставлена перед войной в Казани.

Великая Отечественная застала Джалиля в Казани, где он был ответственным секретарём правления Союза писателей Татарии. Через час (после того как он услышал: война) Муса был в военкомате. Он требовал, чтобы его призвали в армию, но военком ответил: «Всему свое время»…

После краткосрочных курсов политсостава, в начале 1942 года, старший политрук Муса Залилов получил назначение в действующую армию. В Казани у него остались молодая жена Амина-ханум и четырёхлетняя дочь Чулпан («утренняя звезда»). Его назначили в редакцию газеты «Отвага» 2-й Ударной армии, которая стояла в болотистых лесах севернее реки Волхов. Задача этой армии состояла в том, чтобы совместно с войсками трёх фронтов окружить и уничтожить немецкую группировку севернее Ленинграда и, тем самым, ликвидировать блокаду северной столицы. Но эта задача генералу Власову, командовавшему 2-й Ударной, оказалась не по силам. Его армия сама попала в окружение, а Власов добровольно сдался в плен врагу. Но солдаты продолжали сражаться даже в тех нечеловеческих условиях: кругом стояли непроходимые топи, нельзя было даже вырыть ямки, чтобы укрыться от пуль и осколков, — всё сразу затягивало тиной, заливало водой.

Особенно тяжёлые бои разгорелись вокруг селения Мясной Бор. 22 июня 1942 года 800 солдат 2-й Ударной армии пошли на прорыв через «долину смерти» (так назвали узкую горловину, соединявшую 2-ю армию с Волховским фронтом). Бой был жестоким. Из 800 человек уцелело лишь несколько десятков бойцов. Но они прорвали кольцо окружения. С одиннадцати утра до шести вечера через разорванное кольцо выходили солдаты окружённой армии. К вечеру того дня гитлеровцы снова сомкнули кольцо окружения. Ещё через несколько дней всё было кончено. Предательство генерала Власова привело к поражению 2-й Ударной армии.

В этих схватках, в борьбе не на жизнь, а на смерть участвовал и Муса Джалиль.

Через много лет стало известно: редакция армейской газеты «Отвага» 22 июня 1942 года пыталась вырваться из окружения. В редакции было 24 военнослужащих, включая наборщиков, печатников, шофёров и двух бойцов охраны. Они дрались вместе с наступающими войсками, но вырваться удалось только троим. Муса Джалиль был тяжело ранен и попал в плен.

Последовали скитания Джалиля по немецко-фашистским лагерям военнопленных. Не расстреляли немцы его, как политрука, вероятно, по двум причинам. Первое: он скрыл свою настоящую фамилию и назвал себя Гумеровым. И второе: гитлеровцы с осени 1942 года приняли решение формировать свои боевые части из числа советских военнопленных, разделяя их по национальному признаку. Идеологически их обработать, играя прежде всего на национальных чувствах, и бросить против Красной Армии. Так Мусу в конце 1942 года перевели в польскую крепость Демлин, где фашисты развернули формирование татарского легиона «Идель-Урал» («Волга-Урал»).

Тогда Муса Джалиль сознательно принял решение надеть немецкую форму, зная, что Родина сочтёт его предателем. Джалиль через свои патриотические стихотворения призывал татарских легионеров к мужеству и стойкости, верности однажды ими данной присяге своей Родине — Советскому Союзу. Муса Джалиль сколотил вокруг себя подпольную группу, с помощью которой распространял антифашистские листовки среди легионеров и убеждал их при первой возможности переходить на сторону Красной Армии.

К весне 1943 года немцы сформировали первый батальон и торжественно отправили его на фронт. Идеологическая и патриотическая работа Мусы Джалиля не прошла даром: по дороге на фронт, где-то под Витебском, легионеры перебили немецких офицеров и перешли к партизанам. Фашисты потом не решились отправлять второй батальон на Восточный фронт. Они отправили его во Францию. К сентябрю 1943 года татарский легион перешёл на сторону французских маки (во время Второй мировой войны одно из названий французских партизан. — Авт.). Закончилась двухлетняя борьба советских татарских военнопленных в тылу врага. Они надели вражескую форму и взяли оружие лишь для того, чтобы с боями прорваться на Родину и воевать с гитлеровцами.

Но гестаповцы не дремали. Им надо было выявить людей, которые организовали всё это. Нашёлся предатель. Он выдал подпольную организацию Джалиля. В августе 1943 года Мусу и его подпольную группу арестовали. Но гитлеровцы не казнили их сразу после ареста, а целый год продержали в тюрьме, пытаясь выявить всю разветвлённую сеть татарских подпольщиков. Но никто из арестованных, несмотря на побои и неимоверные пытки, не выдал своих боевых соратников. 25 августа 1944 года Муса Джалиль и верные ему помощники были казнены варварским, средневековым способом путём отсечения головы тяжёлым ножом гильотины, привезённой в Берлин из Франции.

А за то время, которое Джалиль провёл в заключении в Моабитской тюрьме, он написал цикл стихотворений. Сегодня в Национальном музее Республики Татарстан хранятся два блокнота со стихами Джалиля. Первый вынесли из тюрьмы в 1946 году Габбас Шарипов и Нигмат Терегулов — боевые соратники Джалиля, чудом оставшиеся в живых после осуждения Рейхом на разные сроки. Второй блокнот в 1947 году передал в Советское консульство в Брюсселе бельгийский антифашист Андре Тиммерманс, сидевший в одной камере с Джалилем. В конечном итоге правда восторжествовала. Всё неизвестное стало известным и руководству великой страны СССР: узнали о деятельности Мусы Джалиля во вражеском плену. В 1956 году ему посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза, а постановлением Комитета по Ленинским премиям в области литературы и искусства при Совете Министров СССР Мусе Джалилю за цикл стихотворений «Моабитская тетрадь» присуждена Ленинская премия за 1957 год.

Автор статьи, выступив на вечере памяти, обратил внимание присутствовавших, что симферопольский журналист Рефкат Хайбулин в своей статье в журнале «Дуслык» («Дружба») привел интересные сведения: «Мало кому было известно о том, что Муса Джалиль до начала войны дважды побывал в Крыму. В первый раз он, сотрудник московской газеты, выходящей на татарском языке, в 30-е годы по путевке отдыхал на одной из туристических баз Севастополя. Известно, что поэт живо интересовался историей первой героической обороны города, много путешествовал. В один из дней он пешком отправился в Ялту через Форос проведать известного писателя Галимзяна Ибрагимова, который в то время лечился от тяжёлой болезни. Свои впечатления об отдыхе в Крыму, о полёте (в Москву он возвращался самолётом) поэт описал в стихотворении «Кырымнан» («Из Крыма»).

Вторично Муса побывал в Крыму с женой Аминой и маленькой дочерью Чулпан. В музее-квартире поэта, открытом в 1983 году в Казани, среди других экспонатов сохранилась фотография Мусы с дочерью и женой. Снимки сделаны на пляже с пометкой в нижнем углу «Ялта. 20/IX 1940 г.»

Затем автор статьи зачитал имена всех сподвижников Джалиля, казнённых вместе с ним. Это Гайнан Курмашев, Фуат Сайфельмулюков, Абдулла Алишев, Фуат Булатов, Тариф Шабаев, Ахмет Симаев, Абдулла Батталов, Зиннат Хасанов, Ахат Аднашев и Галлянур Бухараев.

«Патриотически настроенные земляки Мусы Джалиля, — сообщил ваш покорный слуга, — ведут в Казани работу и ставят перед администрацией города вопрос о присвоении улицам столицы Татарстана имён джалилевцев. А Крымская обсерватория увековечила имя героя, открыв в 1972 году малую планету и назвав её Муса Джалиль.

Взявший слово участник Великой Отечественной, фронтовик-санинструктор, убелённый сединами ветеран, 92-летний Ахмет Гатин сказал: «Муса Джалиль на фронте был не только газетчиком. С автоматом в руках через непролазные болота, леса и ямы проходил он мимо огневых точек противника. Пять дней он бывал на передовой и два дня — в редакции, обрабатывал материалы. Он часто становился не только свидетелем, но и участником кровопролитных боёв с немецкими захватчиками. Он видел пожары, смерть женщин и детей, гибель бойцов. В его стихах проходят окопные будни — картины сражений. Он видел смерть санитарки, спасшей сто бойцов, а на сто первом её сразил смертельный осколок. Джалиль написал печальное стихотворение по этому случаю в апреле 1942 года, но не желает говорить о ней, как о мёртвой:

Спокойная улыбка на губах её,

Изогнуты спокойно брови.


Она как будто впала в забытьё,

Беседу оборвав на полуслове…

Мы не знаем точно, где находится прах Джалиля и его отважных друзей. Но мы знаем, что погибли они как герои».

«Моабитская тетрадь» — это гордость татарского и российского народов, одна из лучших страниц татарской и российской поэзии. Мы гордимся не только заключённой в ней героической силой, но и её художественным совершенством. Имя Джалиля стало символом мужества. Незадолго до своего ареста 26 июня 1943 года он пишет стихотворение «Мои песни», заключительная строфа которого звучит так:

Песня меня научила свободе,

Песня борцом умереть мне велит.

Жизнь моя песней звенела в народе,

Смерть моя песней борьбы прозвучит.

Активистка Севастопольской татарской общины, молодая красивая бабушка своих ещё маленьких внуков Дания Алиева, пришла на вечер в удивительно нарядном национальном женском одеянии. Она превосходно прочитала на родном языке мелодично звучащие строки стихотворения Джалиля «Ак ромашкалар» («Белые ромашки»). А потом Алексей (Абдулла) Тахирович Измайлов традиционно прочитал «Ясын» (поминальную молитву. — Авт.), после которой все сидящие за накрытыми уже столами приступили к трапезе.

Радушные миловидные хозяйки памятного вечера, они же искусные мастерицы по части национальных блюд, постарались на славу и украсили стол разнообразной едой. Сания Бахтиярова приготовила вкусные (пальчики оближешь!) пярямячи и ичпичмяк. Рушания Алиева, молодая мама троих взрослых сыновей-богатырей, предложила отварную курицу и свежие огурцы со своего подсобного хозяйства. Дания Алиева испекла и разложила на столах вкусные пироги, а Марьям Козина угостила всех кыштыле (нежный и вкусный хворост из тонко раскатанного теста к чаю). Альфия же со своим супругом испекла и принесла бэлиш (круглый вкусный пирог с творогом и изюмом). И, конечно, всем подавали душистый чёрный чай, а любителям — зелёный. Обратите внимание, дорогие читатели: никаких спиртных напитков — по национальному обычаю!

В заключение памятного вечера все участники хором исполнили песню «Туган тел» («Родной язык») на слова великого татарского поэта Габдуллы Тукая.

На широком экране телевизора в течение всего вечера демонстрировались кадры документального фильма о боях на Волховском фронте, под Ленинградом, отдельные боевые эпизоды. Фильмами помог обществу директор АНКОС Валерий Милодан, а за всю теле- и видеоаппаратуру, компьютер, принтер и ноутбук председатель Севастопольского национально-культурного общества татар и башкир Поволжья благодарит президента Республики Татарстан Рустама Нургалиевича Минниханова, который подарил севастопольцам эту технику.

По мнению всех участников встречи, вечер памяти Мусы Джалиля удался.

Другие статьи этого номера