Ольга Тимофеева: «Как я прожила первые 50 лет»

Ольга Тимофеева в особом представлении не нуждается: ее хорошо знают в Севастополе как общественницу, принимавшую участие в самых резонансных, судьбоносных для города событиях, а с осени 2014-го—как члена Совета Федерации от Севастополя. Акции протеста против строительства угольного терминала, борьба за право обучения в школах на русском языке, защита от рейдерского захвата Севастопольского дельфинария, противостояние на Графской пристани и, конечно, участие в событиях «Крымской весны»—все это шло от сердца и правды ради, как учили в детстве. 28 апреля Ольга Тимофеева отмечает круглую дату. А юбилей—хороший повод для того, чтобы поговорить о главном и сокровенном.

 

Ольга Тимофеева: «Как я прожила первые 50 лет»—Ольга Леонидовна, говорят, юбилей—время подводить итоги. Подводите?
—Конечно подвожу. Итоги разные: что-то получилось, что-то нет. Самое большое мое богатство, приобретенное за прошедшие годы,—встречи с хорошими людьми: мне всегда везло на людей, с которыми мы вместе решали задачи, вместе работали. Это коллеги по кафедре информационных систем Севастопольского государственного университета, в котором я училась, а затем проработала без малого четверть века, и мои студенты. Это мои товарищи, вместе с которыми мы долгое время боролись за сохранение русского мира в Севастополе в период его нахождения в составе Украины. Это люди, с которыми я дружу и работаю сегодня. И что интересно: чаще всего нас сводили вместе общая задача, проблема, которую нужно было решать, а уже потом эти отношения перерастали в дружбу. Люди—мое самое большое достояние и богатство.
—Более двух лет вы работаете в верхней палате российского парламента. Чему научил этот новый опыт?
—Совет Федерации—палата регионов, и я имею возможность общаться, консультироваться, обмениваться опытом с представителями всех субъектов Российской Федерации как лично, так и через профильные комитеты, которые отвечают за разные направления работы. Для меня, как для представителя нового российского субъекта, это очень важно, потому что многие процессы мы в Севастополе проходим впервые, и опыт коллег помогает в решении задач в регионе. Мне очень интересна эта работа, потому что я имею возможность приносить реальную пользу.
Когда в 2006 году я стала депутатом Ленинского районного совета, я поняла, что у меня в руках очень мощный инструмент, позволяющий решать задачи на благо общества. А сегодня, естественно, возможностей еще больше, потому что ты сразу выходишь в точку принятия решений. Мне интересно учиться у моих коллег в Совете Федерации, наблюдать, как виртуозно разруливает возникающие сложные ситуации Валентина Ивановна Матвиенко: иногда во время пленарных заседаний требуется реагировать молниеносно. И это тоже опыт, который складываешь в свою «копилочку».
Интересно во время встреч с иностранными коллегами анализировать и оценивать работу Константина Иосифовича Косачева (председателя комитета по международным делам, в котором я состою): как он, будучи профессиональным дипломатом, выстраивает диалог с нашими западными партнерами, чьи оценки событий могут кардинально отличаться от наших. Поначалу на таких встречах, когда речь заходила о воссоединении Севастополя и Крыма с Россией и мне давали слово, я начинала горячиться, пытаясь убедить оппонентов в том, что все произошедшие в 2014 году события были закономерны, и очень переживала, что не могу, как мне казалось, достучаться и донести до собеседников свою позицию. А в определенный момент я поняла, что искусство убеждения заключается вовсе не в напряженной риторике: гораздо большего можно достичь, улыбаясь в доброжелательном диалоге, когда в итоге ты выводишь оппонента на согласование позиций, и происходит сдвижка его восприятия.
—Почему вы выбрали работу в комитете по международным делам?
—Было принято решение, что по одному представителю от двух новых субъектов—Крыма и города федерального значения Севастополя—должно быть в международном комитете, чтобы доносить позицию жителей наших регионов до западных партнеров.
—Если сравнивать работу в Совете Федерации и в регионе—где сложнее?
—В регионе. Очень много процессов, связанных с переходным периодом, все еще не завершено. Особенно это касается социальной сферы. Если в Совете Федерации всё работает, как отлаженный механизм и ты решаешь задачи, которые вписаны в общую систему на государственном уровне, то в регионе приходится иногда сталкиваться чуть ли не с ситуацией абсурда, и нужно сделать все возможное, чтобы эту ситуацию выровнять или хотя бы удержать. Я часто бываю в Севастополе, да и в Москве постоянно держу руку на пульсе севастопольских событий, поэтому хорошо знаю проблемы города и стараюсь делать все возможное, чтобы их решить. Например, два года назад я поставила себе задачу всемерно способствовать строительству в Севастополе двух современных высокотехнологичных объектов здравоохранения—онкологического диспансера и больницы «скорой помощи». Несмотря на то, что строительство этих объектов прописано в федеральной целевой программе, реализация проектов сильно пробуксовывает, особенно по онкологическому диспансеру. Вопрос находится на контроле в Совете Федерации и в Администрации президента РФ, предстоит еще много работы, но эти объекты будут построены, они необходимы городу. Есть много вопросов—и глобальных, и частных, и скажу честно: не все удается разрешить.
—Неудачи выбивают из колеи?
—Выбивают, но и дают возможность переосмыслить ситуацию, найти ошибку или причину, а дальше—действовать в зависимости от результата: найти другой путь или вернуться на исходную точку и начать сначала, или найти других людей, вместе с которыми нужно и можно решить поставленную задачу. Варианты могут быть разные, но долго раскисать, страдать и рефлексировать я себе не позволяю.
—Вы родились в Нижнем Новгороде, в Севастополь впервые приехали в 1987 году. Каковы были первые впечатления от города, от места?
—Мой отец по работе переехал в Севастополь. Он прибыл первым и встречал меня с супругом в аэропорту. Мы прилетели очень ранним летним утром, по дороге из аэропорта в машине я уснула, а когда проснулась, мы уже въезжали в Севастополь, и я увидела перед собой город, словно опрокинутый в небо и парящий в двух пространствах—в небе и на земле. То ли утренняя дымка была тому причиной, то ли игра солнца и облаков, то ли мой полусон-полуявь, но эта картина белого, величественного города, словно отраженного в небе, меня поразила, и я влюбилась в Севастополь сразу и навсегда.
Честно говоря, я всегда немного жалела, что родители, увлеченные идеей большой стройки, после университета уехали под Караганду строить современный химкомбинат, и мы покинули Нижний Новгород—очень красивый город, расположенный на холмах, в месте слияния двух великих рек—Волги и Оки. Мои бабушки и дедушка жили в старой части Нижнего, и я выросла в окружении этих огромных просторов, которые открываются, когда стоишь на холме у Нижегородского кремля и смотришь вдаль за Волгу. Впечатление величавого, огромнейшего пространства! Под Карагандой, где я окончила школу, тоже было по-своему красиво, но меня всегда тянуло в Нижний. А после моей первой поездки в Крым городом моей жизни и судьбы стал Севастополь.
—Ваши любимые места в Севастополе?
—Наверное, как у многих севастопольцев: Графская пристань, Исторический бульвар, а еще—35-я береговая батарея, символ памяти героических защитников города. К этому месту вряд ли можно применить слово «любимое», скорее—знаковое, сакральное. Очень люблю наш театр для детей и молодежи—это удивительный коллектив во главе с Людмилой Оршанской, который умеет создавать чудесные, светлые, теплые миры, после погружения в которые хочется жить, мечтать и воплощать эти мечты в нашей жизни.
—Вы окончили Севастопольский приборостроительный институт по специальности «инженер по информационным системам». Как получилось, что вы стали педагогом?
—Случайно. Моя бабушка была врачом, и я с детства грезила профессией доктора. Но мама и бабушка меня отговорили, мотивируя тем, что мне нужно работать не с людьми, а с механизмами, в изоляции от людей (смеется). Мне легко давались точные науки, и я поступила в Карагандинский политехнический институт на специальность «автоматизация и механизация процессов сбора, обработки, хранения и выдачи информации». И никогда об этом не жалела: моя профессия научила меня системному подходу, логике. Когда на протяжении многих лет занимаешься определением причинно-следственных связей и оценкой системы в целом, эти навыки оттачиваются до автоматизма и становятся методом работы, а затем воспроизводятся во всех сферах жизни.
После переезда в Севастополь я перевелась в СПИ, а во время распределения мне было предложено остаться на кафедре информационных систем инженером в научной лаборатории. Это был 1990 год, вскоре случился развал Союза, слом советской эпохи. Многие уходили с преподавательской работы в предпринимательство, и через какое-то время на кафедре стала ощущаться нехватка преподавателей. Мне предложили должность. Мой учитель Александр Викторович Цуканов говорил: «Оля любит с малышней возиться, из нее получится хороший преподаватель». И действительно, когда я работала инженером и к нам в лабораторию приходили студенты, я с удовольствием с ними занималась. Так неожиданно для себя я нашла свое призвание. Мне интересно формировать систему знаний молодого человека, помогать ему выстраивать его личностный рост, «ставить на крыло», когда он начинает понимать, что он знает, на что способен, и решать серьезные задачи. Это счастье, когда ты можешь помочь человеку обрести себя.
—Роль педагога для вас—научить профессии или нечто большее?
—Большее. Это всегда отношения человека с другим человеком: процесс взаимного обогащения, сотрудничества, творчества, когда ты, решая профессиональную задачу, работаешь с личностью. Это основной урок, усвоенный много лет назад благодаря моему школьному учителю—Лидии Васильевне Смирновой.
—Как вы считаете, вы хороший педагог?
—Об этом судить моим студентам. Могу сказать, что мне с ними интересно и было интересно всегда. В Совете Федерации проводят экскурсии для школьников и студентов—знакомят молодежь с работой высшего законодательного органа страны. В рамках этой программы проводятся тематические встречи членов Совета Федерации со школьниками. Когда мне предлагают подобную возможность, я отзываюсь с благодарностью: говорим о городе-герое, событиях «Крымской весны», о внутренней и внешней политике, о человеке.
—Чему самому главному вас научили родители?
—Наверное, чувству справедливости и уважению к другому человеку. Моя мама руководствовалась этими понятиями на протяжении всей своей жизни и постаралась передать эти качества мне.
—Ваши самые яркие воспоминания детства?
—Прогулки с мамой в Нижегородском кремле. Когда мы подходили к памятной стеле Минину и Пожарскому, мама всегда говорила: «Запомни, Ляля, мы, нижегородцы, Русь спасли!» Поездки с бабушкой и дедушкой в сад—он находился в нескольких остановках от нашего дома. Бабушка, помимо садовых культур, выращивала пионы: у нее была прекрасная сортовая коллекция этих цветов. Помню, мы возвращаемся из сада, она несет в руках огромный букет пионов и раздает цветы встречным, выражающим восхищение этой красотой. Иногда мы возвращались домой и вовсе без цветов: она любила делиться радостью с другими людьми.
Запомнились прогулки по Нижнему с дедом, он показывал мне город, во многом связанный с его профессиональной деятельностью: он проектировал системы уловителей молний ко многим памятникам города (специалисты поймут, каких инженерных расчетов требовали подобные системы, с учетом того, что большинство памятников расположены на открытых пространствах). С другой бабушкой—врачом—связаны такие воспоминания: мы иногда ездили на отдых в деревню, и она всегда приезжала туда с «тревожным чемоданчиком» земского врача. И если к ней обращались (не важно, ночь-полночь), она брала этот чемоданчик и шла помогать соседям, ближним и дальним. Вся деревня, когда мы приезжали, обращалась за медицинской помощью к моей бабушке. Это воспринималось естественно, как должное.
С папой мы вместе читали книги, ходили в театр, вместе решали задачи. У мамы не хватало терпения объяснить мне то, чего я не понимала, а папа это делал легко. Он любил со мной дискутировать, спорить, задавать мне головоломки. Мама прививала базовые ценности порядочности, человечности, ответственности, доброты, а папа выстраивал линию интеллектуального развития. Нам всегда было интересно вместе. Вот и недавно во время моего приезда в Севастополь папа передал мне «Неизбежность странного мира» Даниила Данина со словами: «Тебе будет интересно, потом обсудим». Эта книга издана в 1961 году, она—о процессе становления физики в области изучения элементарных частиц (смеется).
—Самые счастливые моменты вашей взрослой жизни?
—Пожалуй, период учебы и работы в вузе—он был связан и с познанием, и с обретением нового жизненного опыта, и с рождением детей. А из событий последних лет—воссоединение Севастополя и Крыма с Россией. Для меня этот день—символ величайшего торжества справедливости. Севастопольцы и крымчане очень долго к этому шли, это заслуга каждого жителя: от учителя русского языка и литературы до рабочего, моряка, студента, пенсионера—всех, кто верил, надеялся и ждал. Для меня день воссоединения сопоставим, пожалуй, с Днем Победы.
—Ваша самая сильная и самая слабая черта характера?
—Самая слабая—упрямство до упертости. Если я во что-то упрусь, то иногда перестаю видеть ситуацию в целом и, соответственно, действовать эффективно. К счастью, у меня есть несколько друзей, которые вовремя помогают мне выключить эмоции, включить логику и расставить все по местам. Но эта же черта и самая сильная: если я понимаю, что нужно действовать в заданном направлении, то буду это делать, несмотря ни на какие преграды. Это помогает дойти до цели, не отступить, довести начатое до конца.
—Что вас больше всего радует в повседневной жизни?
—Любой свободный день, когда светит солнце и ты можешь просто пройтись по улице, всё равно где: в Севастополе, в Москве… Правда, это происходит не так часто: когда ты нацелена на решение какой-то задачи, все остальное воспринимается как отвлекающий фактор (смеется). Радуюсь, когда удается хорошо сделать свою работу. Радуют встречи с близкими, друзьями, знакомство с новыми интересными людьми.
—Можете назвать одну из таких встреч в Москве?
—Самое яркое впечатление, подарок судьбы—встреча с Еленой Антоновной Камбуровой. Ее имя тесно связано с воспоминаниями детства, потому что мои родители-шестидесятники любили ее творчество. Я помню виниловые пластинки с ее записями. Это не просто песни, это изумительная поэзия и музыка, размышления о времени, о жизни. Камбурова приезжала в Севастополь в конце 90-х, я была на ее концерте. А в Москве мне посчастливилось с ней познакомиться. Мы встретились на вечере в ее театре, начали говорить, и это было так увлекательно, что в какой-то момент окружающий мир словно перестал существовать. Елена Антоновна—цельный, удивительно добрый человек, и она очень хорошо умеет слушать собеседника. Мы встречались несколько раз, и я счастлива, что это знакомство состоялось. Я бы очень хотела, чтобы молодое поколение открыло для себя творчество Камбуровой, его глубокий смысл, училось у нее доброте и любви к миру.
—Если бы у вас была возможность что-нибудь изменить в своем прошлом, что бы вы изменили?
—Ничего. Я считаю, что каждому дана его тропинка в этой жизни—«своя колея», и ее нужно пройти.
—Чего бы вы еще хотели от жизни?
—На данном этапе прежде всего—стабильной жизни для севастопольцев. На следующем—развития города как научно-производственного драйвера с хорошо развитой социальной структурой, комфортной во всех отношениях, чтобы наша молодежь связывала свое будущее с Севастополем, была востребована и реализовывала свои творческие замыслы в родном городе, сохраняя и транслируя в будущее традиции и историю города-героя.
—А для себя лично?
—Это и есть для меня лично (улыбается). Как-то мои студенты спросили меня, зачем я пошла в депутаты (Ленинского районного совета.—Авт.). Я ответила: затем, что когда я стану старенькой и немощной, я хочу жить в благополучном, чистом и безопасном городе, в котором комфортно и хорошо. И это правда.

 

Беседовала Н. КОЛМОВСКАЯ.
Фото из личного архива.

Другие статьи этого номера