Парадный марш под хмурым небом

Парадный марш  под хмурым небом

Московское небо в то воскресное утро 24 июня 1945 года закрыло тучами, моросил дождь. В назначенное время, в 9.55, к Спасским воротам подвели белого рысака. Маршал Советского Союза Георгий Константинович Жуков садится в седло. Прозвучала команда: «Парад, смирно!» Маршал пришпоривает коня. На Спасской башне часы бьют 10.00…

 

В тот день в Москву слетелись сотни киношников и фотографов со всего мира, им предстояло запечатлеть великое событие—Парад Победы. Среди них можно было заметить рослого мужчину, свободно проходившего вдоль армейского строя. Это был военный корреспондент ТАСС 28-летний Евгений Халдей. В годы войны сотни его снимков с фронтов и флотов печатались в советских газетах. Знали Е. Халдея и в прессе союзников. Широкую известность принес ему снимок «Знамя Победы над рейхстагом».
Мне доводилось многократно встречаться с великим мастером в Севастополе и в Москве, в Днепропетровске и Тель-Авиве, записывать его интересные рассказы.

Парадный марш  под хмурым небом

Парадный марш под хмурым небом.

Из воспоминаний Евгения Халдея: «До войны мне много раз приходилось снимать парады. На них присутствовали наши высшие руководители. Но никогда я ещё так не волновался, как в тот день. Поздней ночью я прилетел накануне из Берлина. И утром—на Красную площадь. У Спасских ворот увидел строившихся в колонны наших бойцов. Узнал, что там собрали 200 солдат особого батальона, в руках они держали трофейные знамена гитлеровских войск. Вдоль ГУМа—сводные полки. Проходя по площади, всматривался в лица фронтовиков, окликал тех, с кем встречался на фронтах и флотах. Когда кремлевские куранты начали отбивать время, на площади все замерло. Оркестр заиграл «Славься!» В этот миг на белом коне выехал Маршал Советского Союза Георгий Константинович Жуков.
Дождь не прекращался. Я приноровился, сделал снимок—полководец едет вдоль строя солдат, держащих в руках штандарты поверженного гитлеровского вермахта. И вдруг у меня перед глазами все поплыло, невольно нахлынули воспоминания. Грохот снарядов, сгоревшие дотла города, пылающие самолеты, уходящие под воду корабли. И лица тех, кого уже никогда не увижу… Встрепенулся, щелкнул фотоаппаратом. Снимок Георгия Константиновича на белом коне печатался многократно в наших и зарубежных изданиях. Я очень любил великого полководца, как и все фронтовики. Вот познакомиться довелось намного позже…»
Однажды зимним вечером 1972 года в квартире Е.А. Халдея раздался телефонный звонок. Евгений Ананьевич поднял трубку, удивился представлению: «Адъютант маршала Жукова». Сразу Халдей подумал: розыгрыш друзей. Его коллеги любили такие шутки. Но сразу же услышал незнакомый голос: «Добрый день, Евгений Ананьевич! С вами говорит Жуков».
Маршал сказал, что Парад Победы—самое незабываемое событие. И ему очень понравилась фотография первых минут торжества. Спросил, можно ли сделать увеличенный снимок. Халдей предложил фото 100 х 120 см. В ближайшие дни за ним приехала машина. На даче Жуков с улыбкой признался: «Не могу вас вспомнить». Халдей объяснил: «Каждый раз, когда вы появлялись, я нацеливал на вас объектив, мое лицо всегда было закрыто».

Парадный марш  под хмурым небом

Г. Жуков. Воспоминания о былом.

Вспомнили парад. Георгий Константинович рассказывал: «Лошадь сама понесла меня через Красную площадь. Передо мной все было, как в тумане. Горькие чувства бередили душу. Нахлынули воспоминания о погибших друзьях, об офицерах и солдатах… Вот вам удалось поймать тот миг, когда конь всеми четырьмя копытами оторвался от брусчатки, словно мы парим в воздухе. Высочайшее мастерство и чувство момента».
Выпили по чарке, попрощались. Через день в дверь квартиры фотографа позвонили. На пороге стоял полковник. Представился, передал от имени Георгия Константиновича вместительную коробку. Полный набор: икра, коньяк, шампанское, фрукты.

* * *

В один из моих приездов в столицу Евгений Ананьевич подарил мне альбом Von Moskau nach Berlin, изданный в Германии двадцать лет назад. Читаю предисловие. С первой строки: «Халдей—автор одного из самых знаменитых снимков этого столетия: 2 мая 1945 г. красноармейцы водружают советский флаг над рейхстагом. Эта фотография стала символом краха фашизма и гитлеровской Германии».
Многие снимки Е.А. Халдея размещены во всемирной серии «Фотографии, которые сделали историю». В антологии «Пантеон XX века» представлено 30 выдающихся мастеров мира, в их числе двое—советские: Е. Халдей и А. Родченко. И при этом Евгению Ананьевичу не всегда благоволили чиновники. Лишь благодаря усилиям Константина Симонова только в 1979 году вышла фотокнига Евгения Халдея «От Мурманская до Берлина». Причем не в столичном издательстве, а в далеком Заполярье.
Казалось бы, известнейший мастер, но чтобы предъявить свое творчество широким народным массам, ему понадобился ходатай—настойчивый и авторитетный Константин Симонов. В то же время о творчестве Е. Халдея снимали фильмы телестудии Германии, Австрии, США, Италии, Голландии. В год 50-летия Победы Евгений Ананьевич летал на свои выставки в Сан-Франциско, Берлин, Неаполь.
Константин Симонов писал о работе фоторепортеров Великой Отечественной войны: «То, что он не снял тогда, в тот день и час, там, на войне, уже не снимешь: ни через год, ни через тридцать лет. Фотокорреспондент не может запомнить что-то на будущее. Его память—это снимки. Если они выжили, сохранились, они могут, а подчас и обязаны стать частицей памяти человечества. Именно в этом главный смысл фотокниги Халдея». Речь шла о той, которую печатали в Мурманске.
Мне посчастливилось знать Евгения Ананьевича на протяжении двух десятилетий. В декабре 1979 года в Художественном музее им. М.П. Крошицкого состоялась первая персональная выставка Е.А. Халдея в Севастополе. В один из декабрьских дней он предложил прогуляться по Приморскому бульвару. Когда мы проходили под аркой, к нам обратился незнакомец: «Я видел на выставке снимок матросов, проходивших под этим мостиком 9 мая 1944 года. Можно я сфотографирую вас?» Евгений Ананьевич ответил: «Сделайте доброе дело!»
Впоследствии, оказавшись в Тель-Авиве, я зашел в редакцию журнала «Голос ветеранов войны». Секретарь говорит: «Президент Союза ветеранов и партизан Авраам Коэн занят, принимает Евгения Халдея». Вот такая неожиданная была встреча! Мы вышли на улицу. Нас сфотографировал у здания киноцентра Лев Бородулин—в прошлой, московской, жизни репортер «Советского спорта» и журнала «Огонек». Он-то и прислал фотографию в Севастополь.
Евгений Ананьевич очень любил Севастополь. Когда он появлялся в нашем городе, его первым навещал Борис Шейнин—коллега и фронтовой репортер. В одно время они оказались в поверженном Берлине. Их снимки того периода до сих пор волнуют зрителей. Теперь они печатаются не только в газетах, но и во многих книгах в нашей стране и за рубежом—как подлинные свидетельства истории.
Из воспоминаний Евгения Халдея: «Мне особенно дорого все, что связано с Севастополем. С болью в сердце снимал я руины этого города и мечтал увидеть его возрожденным, цветущим. Раньше почти ежегодно приезжал 9 Мая: городу поклониться, обнять старых друзей-фронтовиков, помянуть уже ушедших».

Парадный марш  под хмурым небом

Освобожденный Севастополь.

Многие севастопольцы побывали на второй фотовыставке Е.А. Халдея, которая состоялась в нашем городе в 2010 году в рамках фестиваля «Война и Мир». Выставку устроили на Михайловской батарее. Работы мастера представляли дочь Евгения Ананьевича, Анна, и внук Евгений.
Севастопольцы получили возможность заглянуть в боевое прошлое своих дедов и отцов, проникнуться уважением к поколению победителей, которые в послевоенные годы восстанавливали разрушенный город и обеспечили его дальнейшее развитие.
Нынешней весной исполнилось сто лет со дня рождения выдающегося фотомастера Е.А. Халдея. Прошедшие годы подтвердили: его фотографии действительно стали «частицей памяти человечества».

 

Б. ГЕЛЬМАН, член Союза журналистов России.
На снимке: маршал Победы на Параде Победы 24 июня 1945 г.

Другие статьи этого номера