Как закалялся моряк

Как закалялся моряк

«К 1 августа 1942 года сформировать при учебном отряде Северного флота школу юнг со штатной численностью переменного состава 1500 человек с дислокацией на Соловецкие острова»,—говорится в приказе народного комиссара Военно-Морского Флота Союза ССР адмирала Н.Г. Кузнецова от 25 мая того же года. Территориально знаменитые Соловки входят в состав Архангельской области. Нынче по инициативе ее правительства в течение пяти дней проводились торжества, посвященные 75-летию со дня образования школы юнг ВМФ. С полным правом ее еще называют самой юной в мировой истории полноценной воинской частью под № 30835.

 

Первый набор учащихся в Соловецкую школу юнг—это 1383 подростка в возрасте, как предписывал приказ наркома, 15-16 лет со всей России, особенно из населенных пунктов базирования флотов страны, в том числе и Черноморского: первый военный набор на юге—321 человек, второй—337 и, наконец, последний, третий—220 человек. Всего 858 юных черноморцев из общего числа 4111 начинающих специалистов: рулевых, радистов, мотористов, артиллерийских и торпедных электриков, просто электриков…
В морских сражениях героически погиб каждый четвертый выпускник Соловецкой школы юнг. Может, даже больше. 13 августа 1945 года во время десанта на корейский порт Сейсин воспитанник Соловков Владимир Моисеенко взорвал восемь японских дзотов, за что был удостоен высшей у нас награды—знания Героя Советского Союза.
Золотая Звезда Героя вспыхнула также на парадных кителях Вадима Коробова, Юрия Падорина и Льва Павловского. Кавалерами орденов Красного Знамени, Красной Звезды, Отечественной войны и некоторых других высоких наград к концу войны стали 1040 юнг. В мирное время из бывших юнг выросли известные военачальники, академики, лауреаты Ленинской и Государственной премий, мастера искусств (народный артист СССР Борис Штоколов, например), писатели (Валентин Пикуль—один из них).
Оргкомитет по подготовке и проведению юбилейных торжеств возглавила заместитель председателя регионального правительства Е.В. Прокопьева. По ее поручению предпринимались исчерпывающие попытки поиска ныне здравствующих выпускников Соловецкой школы юнг ВМФ. Их нашли в Москве и столичной области, в Санкт-Петербурге и его пригороде, в Костромской, Свердловской, Самарской и Пермской областях, во Пскове и даже в независимой в настоящее время Латвии—всего 24 человека.
В свое время из Архангельска пришло письмо на имя председателя Севастопольского Морского собрания В.П. Кота с просьбой прояснить судьбу проживавших в нашем городе соловецких юнг. Виктор Павлович прошел все возможные инстанции. Заглянул также в виртуальную подшивку «Славы Севастополя». Словно вчера, но, как оказалось, полтора десятка лет назад на ее страницах был опубликован мой очерк под заголовком «Детство в тельняшке». Эта публикация до сих пор «висит» в социальных сетях. На то время в нашем городе проживали 12 выпускников Соловецкой школы юнг, а ведь максимально их насчитывалось полсотни. Отличалась активностью их ветеранская организация. Но время неумолимо…
При подготовке очерка мне повезло поговорить с прошедшими школу Соловков В.А. Долгополовым и Р.Ж. Ягором. Виктор Афанасьевич преподнес мне в дар томик с произведениями Валентина Пикуля—автора особо почитаемой соловчанами повести «Мальчики с бантиками». Книга с трогательной надписью под трафарет—одна из самых любимых.
Кстати, мне не довелось взять интервью (были причины.—Авт.) и у продолжающего жить в Севастополе еще одного бывшего юнги—Вадима Щербицкого.
…Виктор Афанасьевич и РКак закалялся морякудольф Жанович рассказали трогательные истории из прошлого. Вспомнили, например, текст приказа адмирала Н.Г. Кузнецова. В нем, в частности, говорилось: «Школу укомплектовать… исключительно добровольцами через комсомольские организации в районах по согласованию с ЦК ВЛКСМ». О наборе в Соловецкую школу юнг ВМФ широко не оповещали, иначе на одно место в ней претендовали бы сразу 10-20 человек. Каждый всеми способами пытался оказаться в числе счастливчиков.
Показательна быль о проживавшем полтора десятка лет на улице Хрусталева в нашем городе Христофоре Леонидове. Он поступал в школу вместе с другом. Друг прошел медицинскую комиссию, а Христофор чем-то врачам «не показался». Тут друг резко передумал ехать на Соловки. Под его фамилией на Север отправляется Христофор. Дело шло к выпуску. И мальчишка решился наконец «сдаться». Он направился к очень строгому комиссару школы С.С. Шахову. Капитан 1 ранга опешил, на некоторое время лишился дара речи и наконец выдохнул: «Вообще-то тебя, Леонидов, судить положено. Но так как обман произошел от желания бить врага, то…» Документ об обретенной военной специальности был выписан на имя Христофора Леонидова.
Учащимся Соловецкой школы юнг было определено денежное довольствие—8 рублей 50 копеек в месяц. Ребята и их наставники сбросились на постройку военного катера, за что на Соловки пришла телеграмма со словами благодарности от Верховного Главнокомандующего И.В. Сталина. «Юнга» вошел в состав Черноморского флота. В команду катера записали и Христофора Леонидова.
От страстного желания учиться в Соловецкой школе юнг и Виктор Долгополов допустил некую вольность. Чтобы отбыть на Север, требовалось разрешение родителей. Отец же с матерью не решались отпустить сына далеко от родного порога. Мать одной соученицы работала в сельсовете. Виктор воспользовался этим обстоятельством. Скрытно они проникли в сельсовет, чтобы гербовой печатью заверить «липу». «Как ты мог оставить дом?»—негодовал в письме с фронта отец. «Папа,—отписал юнга,—кончится война—разберемся». Отец и сын в военной форме, при орденах и медалях в 1947 году встретились в Корсакове.
В.П. Кот обратился в «Славу Севастополя» с просьбой опубликовать обращение к юнгам-ветеранам: отзовитесь! Верно говорят, что время неумолимо. На публикацию в газете откликнулась жительница Балаклавы Н.С. Иванова—сестра учащегося Соловецкой школы юнг ВМФ А.С. Иванова. Надежда Семеновна рассказала председателю Морского собрания о любимом брате. После завершения войны, в 1946 году, 18-летний юноша отбыл в составе команды советских моряков в Германию. Там нашим ребятам передали немецкий трофейный корабль, заградитель, под новым названием—«Лена». Она вокруг Европы проследовала в Севастополь. Саша до увольнения в запас четыре года служил на «Лене».
Сняв в 1950 году погоны, моряк пересел в Ярославле за руль грузовика, далее осваивал целинные и залежные земли. Вернувшись в Севастополь, стал китобоем. Снова крутил баранку автомашины, когда прокладывали дорогу на Ялту. В 1995 году ушел в вечность. Вместе с женой Александр Семенович поставил на ноги двоих детей.
В руках В.П. Кота оказались пожелтевшие фотографии. На них Саша запечатлен в 22-летнем возрасте в Севастополе на «Лене», дома—в кругу родных, друзей, отдельно—с отцом, позже—с женой и двумя сыновьями. Будучи китобоем, Александр Иванов отпустил усы и бороду. Все фотографии сделаны в портовых городах: Севастополе, Одессе, Мурманске… В отдельные годы бывший юнга больше был в море, чем дома. Сведения о воспитаннике Соловков были представлены в Архангельск.
Туда же по поступившему приглашению отправился и Виктор Павлович, чтобы представлять Севастополь на торжествах, посвященных 75-летию основания Соловецкой школы юнг. В Архангельск, на архипелаг наш земляк добирался по суше, по воде и по воздуху. На каждого путешественника русский Север производит сильное впечатление. Глаз не оторвать от стен и башен Соловецкой твердыни, почти доверху сложенных из многотонных обкатанных морем валунов.
Программа мероприятий была насыщенной: митинги, церемонии спуска на морскую волну венков, поминальные богослужения, гашения почтовых конвертов, концерты. Потрясающими были встречи со свидетелями событий 75-летней давности. Эти пожилые нынче люди, считай, детьми рыли землянки, при чернильницах с застывшими чернилами постигали премудрости военной науки.
При поступлении в Соловецкую школу на построении принимали военную присягу. Убывая на корабли, молодые специалисты торжественно произносили: «Клянемся с достоинством и честью… хранить и оберегать честь школы юнг ВМФ». Пламенные слова присяги и клятвы соловецкие юнги (это было видно!) пронесли через всю свою жизнь.
От Севастопольского Морского собрания В.П. Кот вручил каждому ветерану Соловецкой школы юнг с большим вкусом оформленные адреса, мастерски изготовленные именные жетоны. Жетон также выполнен с именем А.С. Иванова. Он будет вручен близким родственникам юнги.
Наконец, о самом, пожалуй, сильном впечатлении. На концерте юнга-ветеран попросил микрофон. Приехавший на Соловки из российской глубинки пожилой человек с чувством, с огоньком в глазах исполнил песню с ключевой строкой: «Севастополь останется русским».

 

А. КАЛЬКО.
На снимках: среди соловецких юнг; А.С. Иванов на палубе «Лены» в 1950 году.

Другие статьи этого номера