Севастополь—родина моя!

Яхтенных туристов России  хотят привлечь в Севастополь

«В каком городе (населенном пункте, стране) вы хотели бы проживать и почему?»—этот вопрос «родился» после ненароком подслушанного разговора двух молодых людей в общественном транспорте. Один из парней (журналист) рассказывал другому, как пять лет назад, дождавшись, когда мама (тоже журналист) уедет в служебную командировку, прихватил двести долларов из семейной копилки и отправился из Севастополя покорять мир. В родной город он вернулся полгода назад и… «Я только сейчас осознал, какая здесь природа!—делился впечатлениями молодой человек.—Крым—настоящий рай. Ну почему в Севастополе так мало платят? Больше 30 тысяч в месяц не заработать. Квартиру за 20 тысяч снял, а на что жить? К тому же работодатели стараются взять на испытательный срок—месяц работаешь за так, второй… Хотя бы пять тысяч «на карман» дали! Я, наверное, снова в Москву уеду, там прожить легче». А что думают севастопольцы по данному поводу?

 

—В Севастополе я живу с 20 лет, а сейчас мне 88,—рассказывает Евгения Петровна.—Всегда испытывала гордость, что являюсь жителем нашего прекрасного города, и куда бы ни уезжала, где бы ни говорила, что я из Севастополя, везде слышала восторженное: «О-о-о!» Да и сегодня о нашем городе, думаю, наслышаны все.
В Севастополь я приехала из Астрахани (в войну в деревне вместе с другими детьми работала, потом три года на фельдшера в Астрахани училась) и сразу в него влюбилась: чистый, красивый, белокаменный, компактный, по улицам военные патрули ходили, даже среди ночи выйти из дома было не страшно, всюду тишина и порядок. А воздух какой целебный! Я когда туберкулезом заболела (всего неделя прошла, как работать устроилась)—сразу в больницу на три месяца положили с сохранением 100-процентной зарплаты, затем в Форос в санаторий отправили. Кормили как на убой, и все прошло, выздоровела. Вышла замуж, муж на 13-м заводе работал, построили свой дом в районе ул. Горпищенко. В нем сейчас и живу вместе с внучкой. Хорошо живу, у меня все блага есть: и отдельная комната, и телевизор, и телефон, и все удобства в доме. И пенсия хорошая—20 тысяч рублей, больше, чем соседи, получаю, потому что старая и свыше 40 лет трудового стажа имею. Жалко, что из дома уже не выхожу, так как сил нет. А так хотелось бы на город посмотреть, увидеть, как он изменился!
О переменах, которые происходят, я от внучки узнаю. И не всегда меня они радуют. Раньше, например, где молодежь знакомилась? На танцах! Танцплощадок было много, заплатишь 10 копеек за вход—и танцуй себе. А теперь ни «Ивушки», ни танцплощадок на Историческом и Матросском бульварах больше нет. Молодежь идет в бары и рестораны, заказывают столики с выпивкой—вот так и спаивают наших детей и внуков!
Раньше нас как воспитывали? Сначала общественное, а потом личное. А теперь в основном люди о собственных интересах пекутся. И слишком большое расслоение в обществе на богатых и бедных происходит. Такое впечатление, что о молодежи вообще никто не думает. Молодые люди в основном идут работать без трудовой книжки на частника, который зарплату назначает, какую хочет. Человек, например, торгует продуктами, работает и за продавца, и за уборщика, и за грузчика, а зарплату за одного получает… Совсем непонятна мне такая жизнь.
В общем, не все было так плохо при советской власти, как ее сейчас хают. Хорошее можно было бы и перенять. Нам, например, часто путевки профсоюзные на отдых давали. Я несколько раз проводила свой отпуск на пароходе по маршруту «Москва—Астрахань—Москва». По путевке была в Грузии, Аджарии, Ленинграде, Москве, Кишиневе… Когда в других городах на экскурсии ходили, всегда задавала себе вопрос: «А могла бы я здесь жить?» И всегда отвечала: «Нет, никогда!» Для меня существовал только Севастополь—тут моя родина!
Следующая наша собеседница солидарна с мнением Евгении Петровны.
—Для меня Севастополь—родной город,—говорит Людмила Оганесовна.—У меня большая семья: дети, внуки живут не то что в разных городах—странах! Но всегда по праздникам все собираются в Севастополе, где у меня есть не только квартира, но и участок севастопольской земли. Свой участок в дачном кооперативе «Энтузиаст-1» (Молочная балка) мы всей семьей обрабатывали с 1987 года. За 30 лет пришлось много вложить и сил, и материальных затрат, так как сначала здесь была свалка, которую горсовет своим решением выделил в аренду под сады и огороды. Так появилось наше «родовое гнездо».
Потом один за другим ушли из жизни мои родители, муж, разъехались дети. Но я верю, что рано или поздно они вернутся в родной город, если, конечно, будет куда возвращаться. Потому что над нашим «родовым гнездом» нависла реальная угроза. Когда мы вернулись в Россию, нам говорили, что можно не торопиться с приватизацией. Тем не менее всем товариществом дачного кооператива мы собрали необходимые документы и осенью 2015 года подали в департамент имущественных и земельных отношений на утверждение схем расположения наших земельных участков на кадастровом плане. Документы пролежали в ДИЗО больше года, после чего в январе 2017 года я в числе прочих членов товарищества получила отказ. Ходила в данное ведомство на прием, и на словах мне ответили, что земля теперь будет принадлежать государству и через год-два мой участок выставят на торги.
Мне непонятно, почему земля, которую моя семья за 30 лет превратила из свалки в цветущий сад, должна пойти на торги и хватит ли у меня теперь сил и возможностей в 69 лет выкупить свое «родовое гнездо» на свою пенсию?
Нам отказывают в приватизации участков под разными формальными предлогами. Но я просто не имею права сдаваться. Волею судьбы мои сыновья служат в вооруженных силах разных стран. Когда мы собираемся все вместе, о политике не говорим. И я очень надеюсь на то, что после окончания службы они оба вернутся в наше «родовое гнездо» и что сюда со временем вернутся все мои внуки. Потому что Севастополь был и остается для всех здесь родившихся родиной, куда бы их ни забросила судьба.
Тема Родины натянутой струной звенела и в очередных двух телефонных ответах.
—Лично я считаю, что человек может жить где угодно, но в конце жизни нужно обязательно вернуться на родину, —делится мыслями Виктор Владимирович.—Недаром же говорят, что «где родился, там и пригодился». В этом смысле меня очень расстраивает дочь. После того как побывала в Испании, хочет жить только в Европе. Этим летом, чтобы с ней встретиться, мы с женой вынуждены были лететь в Африку (прописка-то у нас севастопольская, в «оккупированном» Крыму живем). Туда же из Испании прилетела дочь, и мы все вместе улетели в Санкт-Петербург. Договорились, что пока дочь будет учиться в России, квартиру ей в Санкт-Петербурге купили, но что будет дальше? На душе кошки скребут. Мы-то из Севастополя никуда не уедем, он нам родной. А вот молодежь…
—Я очень люблю Севастополь, но вынуждена отсюда уехать,—продолжает разговор Мария Григорьевна.—Дело в том, что мои дочь и внуки давно переехали жить в США, и я осталась здесь совсем одна. А с учетом того, что в последние годы катастрофически теряю зрение и слух, без посторонней помощи просто не выживу. Мне жизненно необходимо быть рядом с родными.
—Вам не страшно уезжать так далеко?
—Нет. Я уже ездила к ним, в Севастополь вернулась уладить вопросы с недвижимостью и пролечиться.
—Там, наверное, лечение стоит дорого?
—Сначала я тоже так подумала, решила пролечиться в Севастополе. Приехала в мае, но на прием к окулисту в поликлинике меня записали только на 7 августа. А в назначенное время врача на месте не оказалось, на прием к нему попала лишь неделю спустя. И что толку, что я сходила к «бесплатному» врачу? Мне все равно пришлось идти к другому врачу—«платному», который в конечном итоге и сделал мне операцию.
В Америке с этим проще: записываешься и попадаешь на прием в тот же день. Сначала врач дает общую консультацию, потом конкретизирует, к какому именно специалисту нужно идти. Ждать по три месяца не нужно. И таких проблем, как волокита с заключениями всевозможных договоров с коммунальными предприятиями, там тоже нет. Коммуналка, приватизация—всюду бегаешь, а толку никакого. Там жизнь проще.
Очень не хочется завершать опрос на этой грустной ноте. Поэтому добавим немного позитива. Согласно рейтингу, составленному специалистами компании «Медиалогия» по так называемому индексу счастья, Крым вошел в тройку самых счастливых регионов России. Аналитики посчитали, как часто субъекты Российской Федерации в социальных сетях упоминаются в «счастливом» контексте—со словом «счастье», его производными и синонимами. Всего было проанализировано больше одного миллиона сообщений в соцмедиа.
Абсолютным лидером стала Москва с 20,02% «счастливых упоминаний», далее—Санкт-Петербург—14,31%. Крым упоминается в «счастливом» контексте в 3,83%, и это третий показатель.
Так что не все так плохо у нас, как кажется. Порадуемся же за тех, кто получил в Крыму свою дозу счастья.

 

Елена ИВАНОВА.
Фото Д. Метелкина.

 

* * *

Предлагаем нашим читателям очередной «Вопрос в лоб»: «Скоро на площади 50-летия СССР начнется реконструкция. Какие у вас есть предложения?»

Ответ на него можно дать в пятницу, 6 октября, с 13 до 14 часов по телефону 54-31-95 или прислать по электронной почте (slavasev@mail.ru) не позднее понедельника, 9 октября.

Елена Иванова

Корреспондент ежедневной информационно-политической газеты "Слава Севастополя"

Другие статьи этого номера