Мудрый человек только мужает

В Севастополе многие хорошо знают контр-адмирала, почетного председателя Севастопольской региональной организации ветеранов войны, труда, Вооруженных Сил и правоохранительных органов Сергея Сергеевича Рыбака.

 

Праправнук Георгиевского кавалера Мудрый человек только мужаети защитника Севастополя в Крымской войне, он еще в молодости выбрал морскую профессию—служил в воинских соединениях и на кораблях Черноморского флота. И сейчас Сергей Сергеевич гордится тем, что его служба проходила бок о бок с участниками Великой Отечественной войны. Это у них, бесстрашных и проверенных в боях, учился молодой моряк высокому патриотизму и науке побеждать.
Сергей Рыбак после окончания Киевского военно-политического училища с золотой медалью и дипломом штурмана-политработника служил в дивизионе торпедных катеров, в соединении тральщиков, где неоднократно принимал участие в тралении мин, отлично сдал экзамен на самостоятельное управление кораблем.
Сергей Рыбак был единственным среди политработников Черноморского флота, который получил это право. Затем была служба у подводников Балаклавы, далее—должность заместителя командира по политической части крейсера «Михаил Кутузов», флагмана Черноморского флота СССР, шедевра отечественного кораблестроительного искусства.
Пять лет прослужил С.С. Рыбак начальником политотдела соединения 5-й Средиземноморской эскадры, в состав которой входило до 35 кораблей и плавсредств, был участником выполнения интернационального долга в дружественных странах Африки и на Ближнем Востоке, участвовал в визите группы кораблей на остров Свободы—Кубу.
В последние годы службы Сергей Рыбак был заместителем начальника политуправления ЧФ.
За время службы он 17 лет «безвылазно», как говорят на флоте, находился в море. За боевую службу С.С. Рыбак награжден 4 орденами и 24 медалями. Флоту отдано 38 лет жизни.
Те, кто знает Сергея Сергеевича, наверняка помнят этого стройного, энергичного человека с обаятельной жизнерадостной улыбкой, устремленной навстречу идущему к нему человеку.
8 октября 2017 года С.С. Рыбаку исполняется 88 лет. Встретиться с контр-адмиралом в отставке можно в городском Доме ветеранов. Наш корреспондент в канун очередной годовщины со дня рождения Сергея Сергеевича взяла интервью у почетного ветерана.
—Жить заботами ветеранской организации, выслушивать людей, которые приходят не просто поговорить, а обсудить проблему, нужно принимать решение, беспокоиться, волноваться, куда-то идти, кого-то просить… Почему вы в течение многих лет занимаетесь этой работой?
—А по-другому я не могу. Мне кажется, что если я не буду работать, то тут же увяну. Я всю жизнь среди людей, не могу без них. А кто, если не я, сделает эту работу? Я хочу, чтобы все двигалось, улучшалось, чтобы ветераны не были забыты, мы не имеем на это права, ведь мы живем в легендарном городе-герое, поэтому много лет подряд в Севастополе проходят вечера встречи поколений, работает Дом ветеранов, удалось возродить кафе для ветеранов, они здесь учатся компьютерной грамотности, юридическому праву, в действии «Академия здоровья». С февраля этого года в Доме ветеранов ведут прием пожилых граждан ответственные городские чиновники, члены правительства и депутаты. Нуждающимся в правовой помощи всегда готов помочь юрист… и много-много других дел, которые сами по себе не возникают… Вот простой ответ на ваш вопрос.
—Вы родились в селе Лащевка Первомайского района Одесской области. Для формирования вашего характера имело значение, что вы росли в деревне?
—Думаю, да. Чем сильна деревня? Там же заборов нет. Это на улице, вдоль дороги, вроде заборы стоят, а с речки—заходи, пожалуйста, все открыто. Люди там обязательно друг другу помогали и нас с детства учили: свой огород вспаши, а потом старикам помоги. Девять семей у нас таких было. Взаимовыручка нужна, иначе не прожить. И денег никто за это не просил. Если свадьба в селе—все помогали: шли на закладчину (у нас таким словом это называли) дома. Закладывали вальки, потом саман месили, все помогали, а после новоселье праздновали, и все приносили с собой еду, кто что может… Сельские жители—особенные, там все построено на доверии, как и должно быть по всем законам жизни.
Там, в деревне, в то время, конечно, работали нормальные законы человеческого проживания и общения.
—Какие события своей жизни чаще всего вспоминаете?
—Снятся и мучают воспоминания о первых жертвах войны, которые мне удалось увидеть пацаном. Те, кто стрелял или был на войне, знают, что такое бомбежка… Я до сих пор помню, как мы прятались с братом, он 1939 года рождения, маленький совсем был, а нас немцы бомбили… Помню, как пули пробивали землю, а из дырочек пар шел… А брат кричит: «Сережа, узе мозно вылезать?!»
Помню, как в марте 1944-го вступил в комсомол и сказал, что хочу служить в истребительном батальоне, а нас, малых и постарше, собрали и на посевную в колхоз отправили, на жатке работать, трактористами, комбайнерами, а записаны мы были в… истребительном взводе… Жалели нас: чуть что случалось—близко не подпускали к железной дороге, прятали от бомбежек.
Из других событий жизни часто вспоминаю Кубу, встречу с Фиделем Кастро, пришлось решать с ним вопрос по качеству поставляемого вооружения… Потом меня ранили в Анголе в ногу, три осколка вынимали кубинские врачи, привели ногу в порядок. Я им до сих пор благодарен.
—Ваша первая профессия была совсем не морской. Ведь, не окончив, по сути, и десяти классов, вы поступили в педагогическое училище. А как с морем встретились?
—Сразу после войны поступил туда, куда возможно было в те годы поступить в Первомайске: в педагогическое училище. Учителей тогда тоже не хватало, а после его окончания военкомат направил меня, молодого педагога, в Киевское военно-политическое училище. Первое направление после училища—бригада торпедных катеров. Я воды не боялся, на Буге вырос, плавал с трех лет. Были Очаков, Одесса и Севастополь. Так с морем и встретились.
—Многие мои коллеги считают вас романтиком своего времени. Вы с этим согласны?
—Можно и так назвать—романтик… Просто хотелось всё сделать по уму и по сердцу. Романтика, конечно, всегда манила: и вкалывать заставляла, и учиться… Я всегда много читал, наверстывал упущенное, может быть, поэтому и после политического училища еще и Академию военно-политическую окончил в Москве заочно, а после службы—еще и двухгодичные курсы по бизнесу, за компьютером правнуки научили работать. А как же иначе? Все это уже необходимость.
—Кого особенно любили читать?
—И сейчас люблю Некрасова, особенно «Кому на Руси жить хорошо», Тютчева читаю—душа расцветает… А «Полтаву» Пушкина считаю настольной книгой для офицеров. И, конечно, очень люблю Лермонтова. Помните, как он писал про командира? «Слуга царю, отец солдатам…» Люблю Толстого, Франко, Чернышевского, Шевченко. Я все книжки сначала в школьной библиотеке перечитал, потом в библиотеке училища и еще в клубной. Мне не верили, что прочитал, иногда просили пересказать содержание. Я и пересказывал.
—Какой газете сейчас отдаете предпочтение? Любимая телепередача есть?
—«АиФ» много лет читаю с карандашом в руке, нашу «Славу Севастополя» обязательно, я ее верный подписчик многие годы, а вот насчет передачи любимой очень затрудняюсь с ответом. Жаль, но главными героями современности стали артисты, шоумены. Нет на экране ученых, тружеников нет, рабочего нет, обыкновенных людей нет с их заботами и надеждами. Фильмы только про криминогенные проблемы, полицию; стрельба, любовь, измена… Ну сколько же можно?! Сплошное однообразие тем. Нечего смотреть.
—Вы соблюдаете режим дня?
—Встаю в семь, делаю зарядку, первым делом иду в сад и смотрю, как провели ночь мои любимые растения. Люблю цветы, особенно розы, сам выращиваю овощи, обожаю садовые работы. У меня жесткий распорядок дня. Все делаю по часам, хоть уже и не смотрю на время. Спать ложусь в 23.
—Вот уже 12 лет, как вы живете один. Не пытались найти себе пару?
—Когда ушла моя Алла, мне было 76, еще можно было подумать… да и дамы на эту роль претендовали, но… Вот смотрите, какой она была! (Сергей Сергеевич вынимает из чехла мобильника две фотографии очень красивой женщины—его жены Аллы Иосифовны). Заметил я ее еще в педучилище, когда меня избрали секретарем комсомольской организации, а мне пришлось прийти по делам на курс младше. Мы прожили 55 лет вместе, через все прошли. Другой такой на свете нет.
—Но ведь теперь вы одиноки…
—Никогда! Нет, я не одинок. У меня четверо правнуков, трое внуков, сын и дочь, а они—с тещей, сватами, друзьями… Они ко мне приезжают посреди недели и обязательно—в субботу и воскресенье. Каждую пятницу я должен запастись продуктами (прежде всего мясом на борщ). Есть у меня заветный личный рецепт адмиральского борща…
—Обязательно с фасолью?
—У нас в семье говорили, что только ленивая хозяйка варит борщ без фасоли. Я сначала делаю бульон, убираю мясо, хорошо развариваю капусту, а не варю ее быстро за 15 минут (плохо сваренная капуста ядовита), потом добавляю фасоль, обжаренные овощи, свеклу, чеснок, зелень. Мой борщ все любят! А я люблю угощать.
—Какие минуты жизни вы считаете самыми радостными?
—Самая большая радость, когда родилась дочка Катюша. Я тогда в море был, так что радость была заочной. Впервые дочку увидел через полгода. «Ой,—говорю Алле,—маленькая, а улыбается!» Алла смеется: «Ты бы еще через год приехал, она бы уже ходила!»
—Люди по-разному чувствуют свой возраст. А вы?
—А я его не чувствую вообще… Помните, Виктор Гюго сказал, что «мудрый человек мужает, но не стареет». Соглашусь: у мудрого человека нет возраста, с годами он становится только мудрее. Я себя самым мудрым не считаю, но учиться есть чему и сейчас.
—Доброго вам здоровья, живите долго!
—Постараюсь!

 

И. КАТВАЛЮК.

Другие статьи этого номера