Песня о подводной лодке «Л-4». Последний аккорд?

Песня о подводной лодке «Л-4». Последний аккорд?

Сергей Белов мечтает начать работать экскурсоводом. Но пока продолжается учеба, хлеб насущный добывает нелегким трудом дворника. Недавно дворнику С. Белову довелось обнаружить около мусорных баков, установленных у домов городского холма Севастополя (пересечение улиц Советской и Сергеева-Ценского), ряд документов и кипу пожелтевших фотографий, которые явно могли заинтересовать профессиональных историков.

 

Первая фотография датирована 1942 годом. На ней—командиры подводных лодок Черноморского флота капитан-лейтенанты Е.П. Поляков, А.С. Жданов, И.С. Израилевич, старший лейтенант Д.И. Суров. Есть фотография личного состава на борту крейсера. В папке оказались и фотографии, связанные с бронепоездом «Железняков». Все говорило о том, что в руки попала часть архива человека, который занимался систематизацией исторических документов, возможно, и составлением конспектов экскурсий и лекций для личного состава кораблей.
В подлинном письме командира подводной лодки «Л-4» («Б-34»), входившей в состав Черноморского флота, капитана 2 ранга Дмитрия Митрофановича Муратова описывается история создания Константином Симоновым стихотворения «Песня лодки «Л-4». Поэт-воин участвовал в четвёртом боевом походе подводной лодки в сентябре-октябре 1941 года и написал это стихотворение, когда ПЛ находилась в подводном положении. (На момент написания письма стихотворение не было опубликовано.—Авт.).
Песня лодки «Л-4»:
Там, где черная пилотка,
Где подводник на посту,
Там гуляет наша лодка,
Пеня море на версту.
Если слышится в эфире
SOS фашистского судна,
Это значит «Л-4»
Довела его до дна.
Корабли уходят скопом,
Прячась к вражьим берегам,
Там, где мы под перископом
Ходим, смерть неся врагам.
Если на загробном пире
Стая чаек собралась,
Это значит «Л-4»
Там с торпедой пронеслась.
Пусть фашисты
с кислой миной
Нас ругают день за днём,
Если мимо будет мина,
Мы торпеду
в них воткнём.
Если враг пошёл, как гиря,
Прямо к рыбам на обед,
Это значит «Л-4»
Не жалеет здесь торпед.
Не найдётся в мире порта
Где не сыщем мы врага,
Если надо, даже к чёрту
Мы полезем на рога.
Уже будет или шире,
Далеко иль глубоко,
Мы пройдём на «Л-4»
Сквозь игольное ушко».
(Сентябрь-октябрь 1941 г. Борт подлодки «Л-4»).
Это стихотворение не попало в поэтические сборники. Широко известно другое произведение Симонова—стихотворение «Над черным носом нашей субмарины взошла Венера, странная звезда». Написаны эти стихотворения в одно время, но судьба у них разная.
А вот строки из письма подводника Муратова Константину Симонову:
«Уважаемый тов. К. Симонов! Пользуясь тем, что мне пришлось участвовать в боевых походах на подводной лодке «Л-4» во время Великой Отечественной войны, а впоследствии командовать этой подводной лодкой, мне пришлось тщательно познакомиться с историей этого корабля. Шла лютая война с ненавистным германским фашизмом, это было грозное время для Крыма, сентябрь-октябрь 1941 года. Подводная лодка «Л-4» совершала 4-й боевой поход, во время которого были и вы, Константин Михайлович. По просьбе комсомольцев подводной лодки «Л-4» вы написали песню, посвятив её подводной лодке «Л-4».
Всё, что было мечтой в вашей песне, личный состав во главе с коммунистами сделал, ведя борьбу с немецкими захватчиками. За боевые успехи на фронте борьбы с немецкими захватчиками 12 октября 1942 года указом Президиума Верховного Совета подводная лодка «Л-4» была награждена орденом Красного Знамени. Это свершилось год спустя после вашего пребывания на подводной лодке
«Л-4» в боевом походе, во время которого было первое боевое соприкосновение с вражеским эскадренным миноносцем, т.е. подводная лодка вела своеобразный бой с врагом. Войну личный состав подводной лодки «Л-4» закончил потоплением восьми кораблей и транспортов противников, за что были отмечены многими правительственными наградами коммунисты, комсомольцы и беспартийные, проявившие стойкость, мужество и героизм.
По проверенному печатному материалу в Севастополе, ваша песня, посвященная подводной лодке «Л-4», не была опубликована. И если она появится в печати, то впервые, текст ее прилагаю к данному письму.
С уважением бывший и последний командир «Л-4» («Б-34») капитан 2 ранга запаса Муратов. 7 июня 1958 г. Мой адрес: Севастополь-15, бухта Голландия, 14, кв. 34. Муратов Дмитрий Митрофанович».
Удалось найти информацию о самой подводной лодке. Заложена она была в Николаеве на заводе имени Марти (завод № 198) под названием «Гарибальдиец». Экипаж—54 человека. Этот минный заградитель мог нести в кормовых аппаратах до 20 мин крупного калибра и торпеды в шести носовых торпедных аппаратах. Рабочая глубина погружения лодки—75 метров, максимальная—90 метров. Скорость хода в подводном положении—чуть больше восьми узлов.
В октябре 1931 года лодка вошла в состав Черноморского флота. Командовал ею П.И. Болтунов, помощником был И.А. Бурмистров. Войну лодка встретила в Севастополе, где стояла на капитальном ремонте. Под командованием Евгения Петровича Полякова лодка в течение 1941 года выполнила семь минных постановок (основное предназначение лодки—постановка минных полей в подводном положении). В мае 1942 года лодка совершила 7 походов от берегов Кавказа в Севастополь и обратно, доставила 160 тонн боеприпасов, 290 тонн продовольствия, 27 тонн бензина, эвакуировала 243 человек.
Самым рискованным и ответственным был поход из Новороссийска, который начался в полдень 27 июня и завершился в Севастополе почти в полночь 29 июня. Из Севастополя «Л-4» вышла в 3.20 ночи 30 июня. Немецкие самолеты и катера засекли лодку на переходе уже утром и до полудня сбросили на нее 44 глубинные бомбы. В 5 часов утра 2 июля лодка прибыла в Новороссийск. На её борту этим рейсом было эвакуировано 105 человек.
За успешное руководство боевой подводной лодкой и проявленные при этом смелость, находчивость и мужество, приказом командующего Черноморским флотом № 107с от 7.12.43 капитан 3 ранга Поляков Евгений Петрович, командир ПЛ
«Л-4» бригады подводных лодок ЧФ, был награжден орденом Отечественной войны I степени, а впоследствии и многими другими орденами и медалями. Успешная боевая деятельность Евгения Петровича Полякова была отмечена не только советскими наградами, но и орденом Британской империи.
В июне 1944-го Е.П. Поляков получил звание капитан 2 ранга и был назначен командиром дивизии подводных лодок. В 1946 году он командовал сначала плавбазой подводных лодок, а затем—сетевым заградителем. В декабре 1946 года Полякова за нарушение воинской дисциплины уволили в запас. Через пять лет, в августе 1951 года, он был вновь восстановлен в кадрах ВМФ и до увольнения в запас, в феврале 1960 года, занимал должность начальника штаба бригады подводных лодок. 21 апреля 1955 года Е.П. Полякову присвоено звание капитан 1 ранга.
В 1943 году, с марта по апрель, лодкой командовал Борис Васильевич Гремяко. 11 мая 1944 года лодка успешно атаковала немецкий транспорт «Фредерикс», направлявшийся в Севастополь для эвакуации немецких войск. С марта 1943 года Гремяко командовал лодкой «Л-6». В апреле 1944-го эта лодка в очередном походе пропала без вести.
В 1949 году, 16 июля, лодка «Л-4» переименована в «Б-34», а в ноябре 1954-го выведена из боевого состава, передана для использования в учебных целях Севастопольскому высшему военно-морскому инженерному училищу. В 1956 году сдана в ОФИ на слом. ПЛ совершила 23 боевых похода при пяти торпедных атаках и 17 выпущенных торпедах. Ею совершено 10 минных постановок (200 мин).
Что касается участия фронтового корреспондента «Красной звезды» Кирилла Симонова (Константин—литературный псевдоним журналиста) в походах лодки, то можно только предполагать даты таких выходов в море. В 1941 году лодка базировалась в Севастополе и ходила только к берегам Болгарии. Только 1 ноября она передислоцировалась в Батуми. Однако в произведениях журналиста Симонова этот период освещен очень скромно.
Будущий экскурсовод Сергей Белов, обнаруживший рукописи, с большим уважением отнесся к своей находке: «Неумолимо бежит время, уходят из жизни свидетели того нелёгкого времени, и тем более бесценными становятся сохранившиеся документы, фотографии, газеты тех времён. Работа с ними является важной государственной задачей.
Сотрудники музея часто обращаются к ветеранам с просьбой передавать на хранение в специализированные фонды музея имеющиеся у них личные фотографии, письма, документы того времени. Часто такие вещи являются семейными реликвиями и бережно передаются из поколения в поколение. Но в жизни бывают ситуации, когда прямые наследники Победы своих отцов теряют возможность контролировать условия хранения реликвий, и тогда иваны, не помнящие родства, бездумно выбрасывают старые вещи, не потрудившись разобраться, что они творят».
Найденные документы будут переданы в Музей героической обороны и освобождения Севастополя и пополнят его экспозиции. Возможно, продолжится исследовательская работа, и найденные документы прольют свет на другие страницы истории и судьбы людские. А значит, точку ставить еще очень рано.

 

В. ИЛЛАРИОНОВ.

 

Другие статьи этого номера