«А вообще он у нас очень добрый дядька»

Я живу в старом двухэтажном доме, когда-то построенном местным конюхом. В советское время в нем была библиотека, но примерно в 70-е годы здесь поселили несколько семей, разделив дом на разноплановые квартиры. Но суть не в этом. Я хотел лишь подчеркнуть, что дом наш старый, еще с царских времен, но очень добротный, сухой и теплый. А дело в том, что у нас живет самый настоящий домовой. В целом, доброжелательный, хотя некоторых людей он не любит. Его присутствие заметили почти все наши жильцы. Начнем с того, что моя соседка Екатерина его видела. Проснувшись ночью, она заметила свечение в дальнем углу комнаты. Поняв, что его обнаружили, домовой пробежал через всю комнату и скрылся в печной трубе. По описаниям женщины, ростом он был не более полуметра, с большими зелеными глазами, добрым лицом, весь одет в зеленое, и вокруг его тела распространялось опять-таки зеленое свечение.

 

Почему-то не ко всем он доброжелателен, а к тем «А вообще он у нас  очень добрый дядька»людям, которые по какой-то причине остались ночевать в нашем доме, он и вовсе проявляет враждебность. Такое происходило, например, с моей сестрой, приехавшей погостить из другого города, с отцом и рядом других лиц, ночевавших как у меня в квартире, так и у соседей. По их словам, кто-то невидимый садился на грудь и начинал душить. Проснувшись, человек не мог пошевелить ни руками, ни ногами, словно несколько мужиков держали тело. Только неимоверным усилием удавалось сбросить с себя невидимого душителя.
На мелкие шалости—такие как его хождение ночью по скрипучим половицам, звон и передвижение посуды на кухне—мы уже не обращаем внимания. Но один случай меня полностью обескуражил. Было это перед Новым годом. Придя с работы уставшим, я лег на диван и уснул. Через полтора-два часа проснулся и, лежа лицом к стене, принялся размышлять о своем. Сразу оговорюсь, что поддон дивана был доверху забит старыми книгами, так что при уборке квартиры мы с отцом, два здоровенных мужика, кое-как сдвигали его в сторону. Так вот, мой диван, точно пушинку, стал кто-то поднимать на уровень полуметра от пола, да так энергично, что на десять подъемов ушло всего секунд восемь. Когда прекратились эти подъемы, я тут же вспомнил, что в таких случаях нужно вежливо попросить домового, чтобы тот отстал. Но, открыв рот, я не смог произнести ни звука, услышав только стук собственных зубов. Через пару секунд домовой спросил меня голосом моего друга: «Ты на Новый год никуда не собираешься?» Памятуя, что на прошлый Новый год со мной приключился неприятный инцидент, я решил отмечать праздник с родителями, и все прошло благополучно.
А вообще-то он у нас очень добрый дядька. Домочадцам помогает и старается сильно не досаждать. А вот гостей—для него незваных—он недолюбливает.

 

Т. ТОРСКИЙ.

Другие статьи этого номера