Весенней тропой— к «Медведю» в гости

Весенней тропой— к «Медведю» в гости

Ровно год я не бывал на Аю-Даге, соскучился по его тропам и удивительному лесу. Воскресным утром по пути из Севастополя до Партенита на автодороге встретили множество спортивных групп велосипедистов с тренерами и велотуристов парами-тройками. А вот попутных машин практически не обгоняли, но и нас никто не опережал. Предположили, что будем единственными восходителями на гору в этот весенний день. Свернули с автотрассы вправо, к дачному поселку, и долго искали место для парковки у шлагбаума. Вся площадка была буквально забита автобусами и легковушками. Значит, любители пеших прогулок просыпаются раньше нас и выходят на восхождения с большим запасом светового времени. И уже первую группу в 10-15 человек мы догнали минут через пятнадцать. В течение следующей четверти часа нам попадались туристы, спускающиеся с вершины. Среди них—много детей и ветеранов. Одеты и обуты все по-разному. Были и опытные путешественники, и дебютанты горных прогулок.

 

Выбранный нами маршрут называется «Пионерской тропой»—по нему водят на вершину детей из «Артека». На стартовой поляне в лесу установлен большой информационный щит с картой-схемой горы, её тропами и достопримечательностями. Еще один щит знакомит посетителей с обитателями леса и её зелеными сокровищами. Кстати, на Аю-Даге учеными зафиксировано почти 600 видов растений. Белок и лис, каменных куниц и соек, ящериц, ужей и полозов в прежние походы я встречал не раз. Сегодня надежды на встречу с лесными обитателями нет, уж больно шумной гурьбой идут в гору любители природы!
Спасатели и работники детского лагеря основательно поработали над тропой для обеспечения безопасности туристов. Склон по возможности очищен от свободно лежащих камней, установлены сетки-уловители на случай камнепадов. Кое-где на тропе не только выровнены естественные каменные блоки, но даже построены железобетонные лестницы с удобными ступеньками. Почти по всей тропе установлены перила и ограждения, облегчающие подъем и спуск. Но верхняя половина тропы осталась в первозданном виде: камни лежат нагромождением и требуют осторожности при передвижении по ним. В босоножках или шлепках здесь лучше не ходить. Нужны трекинговая обувь или кроссовки.
Склон, по которому поднималась наша группа, имеет северную экспозицию, солнцем освещается очень скупо. Но именно здесь наблюдаются огромное количество первоцветов и удивительный ярко-зелёный мох. Мягкие островки мха встречаются повсеместно и даже сливаются в один сплошной ковер на камнях и комелях деревьев. Нарядными цветами украсился кизил; почки дуба и фисташки туполистой набухли и готовы распуститься. Благоухает можжевельник. Туман развеялся, и нам открылась четкая картина Партенита, парка военного санатория «Крым». На севере среди разрывов низкой облачности виднелись белые языки снежников на кромке яйлы.
Мимо нас, как мимо памятника, проносятся стайки студентов и старшеклассников. Они успевают сделать сотни фотографий с собой, любимыми, на фоне пейзажа. Если бы у них в руках были не мобильники, а фотоаппараты класса «Зенит», «Смена», «ФЭД», то, наверное, треск от затворов стоял бы на километр. А фотографировать действительно есть что.
Аю-Даг—несостоявшийся вулкан, лакколит. Пытался этот вулкан «родиться» 150 миллионов лет назад, но что-то пошло не так. А на поверхности этого вздувшегося пузыря можно заметить необычные камешки и с металлическим отливом, и откровенно черного цвета. Справочник по геологическим породам или энциклопедия крымских минералов пришлись бы здесь очень кстати. Специалисты отмечают, как минимум, 18 минералов на вершине горы. Но мы, с интересом разглядывая камешки, засветло не прошли бы.
Склон выполаживается и переходит в относительно молодой дубовый лес. Но в этом лесу встречаются поверженные дубы-гиганты диаметром полтора метра у комеля. Какие грозы расщепили их некогда могучие кроны, какие ураганы поломали ветви и вывернули «старожилов» с корнем? Древесина дуба сохраняется веками, вредителям она почти не по зубам. Обломки корней создают живописные силуэты лесных чудищ.
На выполаживании тропы видны следы оборонительной стены. Кладка произведена из дикого камня без раствора, но при внушительной толщине стена и сегодня угадывается на протяжении сотни метров. Если тут жили люди, значит, здесь была вода. Источники могли пересохнуть в результате землетрясений 300-400 лет назад. По другим данным, вода исчезла после землетрясения 1423 года. Археологи утверждают, что 13 веков назад здесь действовал монастырь-крепость святых апостолов Петра и Павла.
Вершина горы под сводом леса закрыта сплошным ковром подснежников. Ступаем осторожно, чтобы не повредить эту красоту. Тропинка петляет между деревьями и выводит к вершинному туру—двухметровой пирамиде из дикого камня. Высота над уровнем моря—570 метров. С учетом того, что машину мы оставили на площадке, расположенной на высоте 210 метров, набор высоты составил 360 метров. Здесь туристы делают привал, пьют чай, жуют яблоки и бутерброды. На бивуаке есть скамья из бревен, холодное кострище. Мусора практически нет, и это радует. Многие, насладившись ковром подснежников, вдосталь нафотографировавшись, начинают спуск по пути подъема. Самая короткая дорога—знакомая дорога. Мы же продолжаем путь на юг по хребту «Медведя» к его голове.
Тропа сильно увлажнена, хотя и снег давно сошел с горы, и дождей не было. Откуда столько воды? Раскисшая глина чавкает под ногами, и мы с удовлетворением отмечаем водозащитные свойства наших ботинок. А вот и обещанная моим спутникам встреча с двумя краснокнижными иглицами. Слева от тропы краснеет яркими плодами подъязычная, справа—понтийская. Здесь можно убедиться в значительном различии внешнего вида этих растений. У подъязычной иглицы листочек побольше размером и мягче. На листовой пластине есть своеобразный «язычок», под которым и располагается цветок, а затем и плод. У понтийской иглицы листовая пластина тверже, колючка покрепче, плод ближе по форме к шару.
Лесную тропу во многих местах перегораживают свежие упавшие деревья. В прошлом году их точно здесь не было. Некоторые из них организаторы тура порезали бензопилой и оттащили в сторону, некоторые еще создают оригинальные препятствия, заставляя огибать макушки и корни по лесу или лезть через бурелом. По свежести сломов можно предположить, что ураган прошелся по Медведь-горе в начале зимы и проредил его зеленую «шерсть». На большой поляне с каменными турами одна из тропинок поворачивает на юго-запад. По ней выходим к нагромождению большущих каменных глыб. Камни очень прочные и стоят здесь уже века. Это—габбродиабазы. С них открывается потрясающий вид на «Артек» и Гурзуф. Отличное место для фотографирования, но дымка закрывает обзор, а контровое вечернее солнце не оставляет нам надежды на удачную фотографию.
Спуск с «медвежьего» хребта заканчивается, и мы убеждаемся, что голов у «Медведя» несколько. Скальные гребешки круто сбегают к морю и разделены между собой маленькими бухточками. Так что с изгиба тропы видно, что морскую воду «Медведь» пьет (согласно легенде) несколькими головами, как Змей-Горыныч. Траверс голов идет по живописной тропе с постоянным видом на пустынное море. Попадается нависающий над тропой скальный блок, старательно расписанный современными туристами надписями типа «Ося и Киса были здесь». На этом участке тропы с южной экспозицией склона встречаем земляничник мелкоплодный (бесстыдницу). Следующая достопримечательность—руины часовни (по другой версии—церкви) святых Константина и Елены. У основания стены различается культурная кладка тесаных камней. Выше из плоского «дикаря» туристы сложили что-то вроде продолжения стен. Внутри строения горят свечи, установлены иконки, блестят металлические монетки.
От руин часовни есть два пути продолжения маршрута. Можно по шикарной широкой, но крутой тропе спуститься к калитке в заборе санатория «Крым», выйти на КП и потом долго подниматься по асфальтированной дороге к своему автомобилю у хвоста «Медведя». Есть другая тропа, которая траверсирует склон и выводит без потери высоты к началу Пионерской тропы, то есть к месту старта. Выбрали второй вариант. Эта тропа явно малопосещаема, во многих местах она теряется на крутом склоне, пересекает овраги и промоины. Когда-то по ней гиды водили отдыхающих санатория к водопадам. Скалы над тропой и сейчас мокрые, по склону струятся ручейки. Но в санатории—затишье, гидов нет и нет свежих следов посетителей тропы.
На подъем от машины к вершине мы затратили 45 минут. 45 минут спускались до руин часовни. И возвращение по Зелёной тропе заняло около часа. Прибавьте к этому продолжительные фотосессии—получится около пяти часов. Над Южным берегом Крыма сгущались сумерки. Прогулка удалась!

 

В. ИЛЛАРИОНОВ, член Русского географического общества.
Фото автора.

Другие статьи этого номера