Врач Давид Ротгольц—городской голова Севастополя

В ряду российских городов середины XIX века Севастополь, переживший в Крымскую войну кровопролитную оборону, нуждался во многих восстановительных работах. Даже через два десятилетия не удалось в полной мере залечить городские раны. Эти заботы возлагались на местные власти.

 

Когда Севастополь начал возрождатьсяВрач Давид Ротгольц—городской голова Севастополя из пепла, он оказался в положении города, нуждающегося в особом внимании. В то время прижилось его определение как «многострадального», что вполне соответствовало действительности. В Севастополе почтили память павших героев, возвеличили тех, кто остался в воинском строю. Постепенно возникал новый облик города. Но немногие предвидели и гражданское будущее Севастополя, преклоняясь перед его военной славой. И не задумывались над тем, что морская крепость может развиваться и процветать как крупный промышленный и торговый город.
Севастопольцы, умудренные опытом и знаниями, стремились представить и открыть пути развития для процветания дорогого им города. Они готовы были взять на себя за это ответственность. В городе их имена были известны. Одним из первых стал городской голова М.И. Кази. По прошествии лет оказалось, что он правильно уразумел и предугадал будущность Севастополя, настойчиво боролся за благо города, отвоевывал каждую пядь земли. И достиг успешных результатов.
Это славное дело продолжал его преемник—врач Давид Ротгольц, унаследовавший традиции и программу Кази. Как и его предшественник, он приумножал дело возрождения Севастополя. В 1880 году Д. Ротгольц добился высочайшего разрешения на получение городом правительственной ссуды в размере 250000 рублей. Он был в числе встречающих августейшую семью великого князя Михаила Николаевича—участника Крымской войны, который вместе с родными осматривал ещё не восстановленные укрепления Севастопольской обороны, а также раскопки древнего Херсонеса.
«Его высочество великий князь Михаил Николаевич изволил 17 октября 1882 года проследовать в экипаже от Царской пристани по Екатерининской улице. Высокий гость обратил внимание на открывающуюся с прелестным видом на море местность, предназначенную для устройства Николаевского (Приморского) бульвара. Тогда же имел честь представиться высокому гостю городской голова Д.М. Ротгольц» («Севастопольский справочный листок» № 7, 21 октября 1882 г.).
По тому времени Севастополь—далекая окраина, привлекающая взоры и основное внимание как историческая достопримечательность. А его значение как промышленного и культурного центра требовало творческого подхода и истолкования, основанного на глубоком и тщательном изучении.
Такими воителями и явились упомянутые выше деятели. Они проявили себя не только хозяевами, но и настоящими борцами. Им приходилось, с одной стороны, прилагать безмерную энергию, знания и труд для восстановления города, с другой—действовать словом, силой убеждения, несокрушимой аргументацией.
При Д.М. Ротгольце в городе с 1 октября 1882 года стала издаваться газета «Севастопольский справочный листок».
Рассказывает заведующая архивом Севастопольского законодательного собрания Наталия Терещук:
—С 1873 года, когда было создано Севастопольское градоначальство, в городе действовали две гражданские ветви власти. Градоначальник обладал правами губернатора и назначался императором из лиц морского ведомства, выборным органом оставалась Городская дума. После выборов гласные (депутаты) избирали городского голову. Через год было создано особое по городским делам присутствие для надзора за деятельностью Городской думы и управы, в котором председательствовал градоначальник.
В первой половине XIX века и после Крымской войны городской голова избирался из купеческого сословия. В 1874 году избрали дворянина Михаила Ильича Кази, заслужившего звание почетного гражданина Севастополя.
Через два года, в 1876 году, на эту должность избрали статского советника, врача Давида Михайловича Ротгольца—выпускника Харьковского университета. Севастопольцы считали его достойным продолжателем дела своего предшественника—М.И. Кази.
Современники отзывались о Ротгольце как о городском деятеле, целеустремленном в достижении поставленной цели, человеке высоких нравственных правил. Он в полной мере использовал возможности лучшего порта на юге дореволюционной России, открывая Севастополь для международной торговли. Д. Ротгольц настойчиво занимался обеспечением условий для строительства гранитных мостовых, постройки складских помещений в порту, благоустройства бульваров. Создание Приморского бульвара относится к 80-м годам XIX века, отмечал в историческом сборнике «Незабытый Севастополь» (2010 г.) кандидат технических наук Евгений Чверткин, и связано с именами Д. Ротгольца, Э. Тотлебена, Ф. Еранцева. Тогда Давид Ротгольц стремился присоединить к запланированной территории ещё участок земли, прилегающий к будущей биостанции (Инбюм). Предложение было одобрено генерал-губернатором, но в последующем не реализовано, как это нередко происходит и поныне.

 

Выше личных целей

Д.М. Ротгольц, избранный и служивший второе четырехлетие, принадлежал к числу тех редких деятелей, которые общественное дело ставят выше личных целей и часто—вопреки собственным спокойствию, здоровью и благосостоянию. Давид Ротгольц с юных лет поселился в Севастополе, сроднился с ним и полюбил как вторую родину. И деятельность его с первых шагов проявилась на поприще городского врача.
Для служения городу, на улицах которого остались сплошные развалины, требовались общественные деятели с недюжинными организаторскими способностями, энергией и любовью к делу. Севастополю особенно в этом повезло: после памятных и плодотворных достижений севастопольского городского головы М.И. Кази, оставившего должность по собственному желанию, выбор пал на Д.М. Ротгольца. И врач его с достоинством оправдал.
В Севастополе на каждом общественном сооружении тех лет зримо отразилась деятельность Д.М. Ротгольца. Главным образом, именно его настойчивым ходатайствам и представительству город обязан устройством водопровода, сооружением гранитных мостовых, постройкой портовых складских магазинов, насаждением бульваров.
Идею о становлении Севастополя как главного отпускного порта России Д. Ротгольц лелеял с первого шага на общественном поприще и проводил ее до конца дней, представляя город в высших административных сферах. Всякий успех в таком ходатайстве радовал его, как личное дело, а препятствия, неудачи отражались на его здоровье. Воистину о нем можно сказать: болел «общественною скорбью» этот упорный труженик, умный, высоконравственный гражданин.

 

Газетная дуэль

Тем, кто знаком с провинциальной жизнью, было известно, что всякая незаурядная общественная деятельность, выводящая людей из среды посредственности и «виляния вашим и нашим», проявляется при постановке ребром общественных вопросов. Инсинуации, сплетни, клевета, запугивание неудачей—все пускается в ход для прикрытия личных целей и мелочного самолюбия тех, кто завидует чужим успехам. И Давид Михайлович не избежал подобной участи.
На страницах севастопольских изданий нередко сталкивались непримиримые мнения. Газета «Севастопольский справочный листок» (№ 84, 17.07.1885 г.) опубликовала редакционный комментарий на фельетон в газете «Луч» (№ 26, 1885 г.): «Какой-то недобросовестный корреспондент, очевидно, принадлежащий к нашей «черной сотне», написал несколько лживых строк о севастопольских делах в редакцию «Луча». Озлобленность тона этой корреспонденции, как видно, пришлась по вкусу г-ну редактору беззастенчивой газеты. И он ради дешевого эффекта помещает её на страницах своего издания в фельетоне, переработав предварительно на свой лад…
Литератор Окрейц, опускаясь до кощунства, сообщает, что предыдущий городской голова, мудрый Кази, передал должность «некоему Ротгольцу—бывшему жидку, но крестившемуся…» Автора не смущает то, что этот врач пользовался в Севастополе всеобщим уважением. «Говоря о делах Севастополя, г. Окрейц не настолько порядочный человек: находя деятельность Д.М. Ротгольца «вредной» для города, он не довольствуется этим заявлением, но клеймит уже покойного эпитетом «жидок». И в угаре «черносотников» Окрейц опускается до полного глумления: «К счастью(!) для Севастополя, ребе Ротгольц умер, а то бы он дал духу(!) этим гражданам Севастополя».
«Севастопольский справочный листок» заключает: «За этого редактора покраснеют сами читатели». И в подтверждение реальности замыслов Д.М. Ротгольца публикуется наглядный отчет.
«Сведение о заграничной торговле в 1883 году.
На прибывших в порт из-за границы 153 паровых и парусных судах на сумму 10036320 руб., в том числе: из Американских Соединенных Штатов: хлопчатой бумаги сырца и семян хлопчатника на 9372717 руб.
Из Великобритании машин и аппаратов, металлов, чугуна в слитках, меди и железа, металлических изделий, шерстяных товаров на 269917 руб.
Из Турции фруктов и ягод, свежих и сухих: апельсинов, лимонов, персиков, клубники, турецких рахат-лукума, бакалейных товаров, бумажной пряжи на 220201 руб.
Из Бельгии железа на 130135 руб.
Из Франции кирпича и черепицы, вин и спиртных напитков, косметических и галантерейных товаров на 30160 руб.
Из Австро-Венгрии обуви мужской и дамской, химических и фармацевтических продуктов на 8227 руб.
В течение нынешнего года прибыло из-за границы судов 120—товаров на 8044087 руб. Поступило пошлин золотой волютой 384604 руб.».
(«Севастопольский справочный листок» № 20, 1882 г.).
И по прошествии пятнадцати лет газета «Крымский вестник» (7.07.1901 г.) называла среди местных деятелей, умудренных разумом и опытом, статского советника Давида Михайловича Ротгольца—врача, избранного городским головой. Послевоенное возрождение Севастополя он связывал с развитием торгового судоходства, проявил свои разносторонние знания и способности, внес заметный вклад в процветание города. Именно поэтому годы его правления (1876-1882) называли «золотыми днями» Севастополя и «эпохой Ротгольца».

 

Наследство—шестеро мальчиков

Еще в начале 70-х гг. XIX в. Д. Ротгольц крестился, женился на гречанке Феодосии Спиридоновне—дочери капитана 1 ранга Бальзама. У них родилось шестеро детей—все мальчики. В декабре 1882 г. Д.М. Ротгольц находился в Симферополе по служебным делам, проживал в гостинице «Ливадия». Там и заболел… Скончался скоропостижно в возрасте 44 лет. Городская дума, учитывая заслуги Д.М. Ротгольца, постановила выплачивать его несовершеннолетним детям пенсию из городского бюджета.
Потомки Д.М. Ротгольца проживают ныне в Санкт-Петербурге. Бывают в Севастополе, посещают городское кладбище (ул. Пожарова), где сохранился памятник их предку.

 

Вместо послесловия

Из некролога:
«Придет время—осуществится в Севастополе все, о чем мечтал Давид Михайлович: заживут «каменные раны», расцветет и разовьется великий город. Пусть тогда вспомнят имя Ротгольца, отдавшего свои лучшие годы и лучшие силы на возрождение родного Севастополя».
(«Севастопольский справочный листок» № 1, 3 января 1883 г.).

 

Б. ГЕЛЬМАН, лауреат почетного знака Союза журналистов РФ «За заслуги перед профессиональным сообществом» (2015), почетного диплома Иерусалимского института истории Холокоста и героизма «Яд-Вашем» («Имя и память»).
На снимке: Д.М. Ротгольц—городской голова.

 

Другие статьи этого номера