Загадки «пальцев» Храма Солнца

Повышение МРОТ,  доступ родственников в реанимацию  и спасение дольщиков— этим занималась «ЕР» в весеннюю сессию

Есть уголки Земли, которые не спешат открыть нам свои тайны. До поры до времени они хоронятся от назойливого любопытства человека. И надо проявить к их прошлому уважение, а к настоящему—внимание, чтобы пред вами предстало ЧУДО! Таким загадочным творением природы представляются необычные скалы-останцы, ставшие известными под именем «Храм Солнца».
Сразу оговоримся, что название—«новодел», продукт быстрого развития туристской индустрии Крыма в ХХI веке. А в ХХ веке они именовались то «скалами Ласпи», то «Скирдой» (Кебет-Кая), то «Сахарными головками». Наиболее дотошные топонимисты, такие как Игорь Белянский, использовали тюркский вариант названия этих удивительных геоморфологических объектов—«Тышлар-Каялар», что значит «Скалы-зубы». Но чаще туристы называют их «пальцами», ведь они действительно напоминают ладонь с пальцами, поднятыми вверх к небу. Кто и когда придумал новый топоним, автору не известно. Также не до конца понятно и само происхождение скал-конусов. Хотя сразу следует отбросить даже саму мысль об их рукотворности, которая делает название «Храм Солнца» не совсем верным. Если это дело не рук человеческих, тогда какие силы вытесали из крепкого мраморовидного известняка скалы-башни? Вот и попробуем разобраться. Для этого можно воспользоваться маршрутом Большой Севастопольской тропы, который начинается на Ласпинском перевале (не пропустите столб-указатель!), а можно подняться к заветной точке от автобусной остановки «Ласпи» на трассе Севастополь—Ялта. Совершим и мы своё восхождение к заоблачному Сфинксу.

 

Начало пути (Ласпинская долина)

Подножие горы Ильяс-Кая (гора Краб—по детской топонимии), с северной стороны к которой примыкает урочище Тышлар-Каялар, уходит в море. Южный берег Крыма в этих местах делает изгиб и образует уютный Ласпинский залив. Было время, когда не то что отдыхающие, даже просто путники здесь были большой редкостью. Вот как описывает французский путешественник ХIХ века К. Монтандон дорогу к этим местам: «По пути от Фороса до Ласпи встречается множество каменных обломков, достойных внимания минералогов и геологов. Со всех сторон—ужасные разломы, расселины и беспорядочные нагромождения скал, которые едва держатся на своих основаниях по краю глубоких оврагов, пересекаются в разных направлениях и делают переход очень трудным и почти неосуществимым для дам».
Но именно благодаря своей недоступности этот край сберёг практически в неприкосновенности остатки средневековых поселений. Знаток древностей Крыма О.И. Домбровский отмечал Ласпинскую долину как уникальную по сохранности памятников археологии VIII-XV веков. Тысячу лет назад Ласпинская долина была полностью заселена, здесь насчитывалось семь укрепленных сельских поселений, где жили земледельцы, пастухи, рыбаки, ремесленники. После захвата Крыма турецкими завоевателями в 1475 году люди покинули эти места. Лес постепенно поглотил строения, скрыв под собой следы человека.
Итак, начнем путь по тропинке, которая Загадки «пальцев»  Храма Солнцаначинается в 60 метрах западнее остановки, рядом с большим тополем. Тропа предвещает нам монотонный подъем вверх. Лес на склоне горы Ильяс-Кая—верный помощник путника. Как бы ни было жарко, но на тропинке, что ведет к вершине, всегда можно найти тень, где царит относительная прохлада. Стволы дубов и грабов увиты плющом такой толщины, что разум отказывается верить глазам! Кажется, не лиана оплетает дерево, а гигантская анаконда спускается к тропе. Весной лес поражает обилием разнообразных орхидей, среди которых встречается и редчайшая—комперия.
Лесная дорога медленно поднимается вверх. Такой щадящий уклон не случаен: он говорит о древности этого пути, по которому неспешно двигались конные повозки. «Зачем дорога, если она не ведет к храму?» Здесь эта истина понимается буквально. Чем выше мы поднимаемся, тем более явственно проступают следы прошлой жизни в виде длинных насыпанных террас, которые создают на склоне горы ровные площадки.
После бетонного каптажа родника дорога делает поворот вправо, а затем (через 600 метров)—еще один. Будьте здесь, на перекрестке, внимательны: наша тропа уходит влево вверх. Далее она, слабо изгибаясь, будет уверенно вести вверх—к перевалу Тышлар-Богаз, который отделяет скалы-«пальцы» от массива Ильяс-Кая. Именно там нас ждет воинство каменных великанов. Это они огромными скалами-башнями вырастают над вами за импровизированными воротами деревянных истуканов.

 

Ташлар-Каялар—непрочитанная страница каменной книги Крыма

Ответвление тропы влево от перевальной точки приглашает познакомиться поближе с фигурами выветривания. Пройдем к ближайшей скале. На ее северной оконечности заметна тропка вверх, по которой можно подняться, чтобы увидеть скалу-обезьяну, смотрящую на долину. Следующая скала-башня своими очертаниями повторяет конус. А вот еще фигура—почти вылитая собака.
Традиционно такие причудливые объекты рельефа приписывают процессу выветривания. Если бы это было так, то аналогичные по внешнему виду творения создавались бы везде, где выходят известняки и действуют эти вездесущие процессы. Но подобных каменных башен в окрестности больше нет. И только здесь природа изваяла каменные фигуры, которые поражают прохожих своим необычным видом! Тут мы подошли к ещё одной загадке «пальцев»: каково происхождение (или, как говорят геологи, генезис) каменных башен Ташлар-Каялар?
Не будем искать ответы в путеводителях или рассказах экскурсоводов. Часто они сбивчиво или весьма поверхностно освещают предмет исследования, отличаются отсутствием научно обоснованных фактов, изобилуют псевдонаучными комментариями и домыслами. Вместе с тем доступное освещение сложных геолого-геоморфологических процессов представляет значительный интерес для совершенствования системы подготовки новых туристских маршрутов по горному Крыму. Самое интересное, что первым, кто призвал не считать данное образование чем-то родственным Стоунхенджу, был швейцарский путешественник Дюбуа де Монпере, который еще в 1843 году писал, что «пики представляют собой остатки вертикальных слоев, отделившихся и поднятых на сланце во время разделения обоих массивов» («Путешествие по Кавказу, к черкесам и абхазам, в Грузию, Армению, Крым», Париж, 1843 г.; перевод Т.М. Фадеевой, 2009 г.).
Другой уникальной формой рельефа, расположенной буквально рядом со скалами-останцами, является глубокий ров-провал, ограничивающий их местонахождение с юга. Отличительные особенности рва: замкнутая на концах форма, отвесные стены, глубина, почти равная ширине (4-6 м). По этим особенностям его можно отнести к сейсмогравитационному рву, который образовался, вероятно, в ходе мощного землетрясения, произошедшего в горном Крыму в позднем средневековье. Вот вам и еще один «соавтор» создания ансамбля из каменных конусов—сейсмические процессы, которые действуют в сумме с геоморфологическими экзогенными процессами, усиливая или ослабляя их.

 

Легенда о Скалах-«Пальцах» и горе Краб

Давным-давно на побережье морского залива, который мы сейчас называем Ласпинским, жили люди. Трудолюбивы и веселы были они. Пахали землю и пели, пасли скот и играли на свирели, охотились на зверей в лесах и танцевали после удачной охоты. Вся долина была сплошным цветущим садом.
Однажды, когда наступила осень, жителиЗагадки «пальцев»  Храма Солнца долины стали готовиться к празднику урожая. Много даров принесли они к алтарю богини Девы, которую почитали как свою покровительницу. На полянах вспыхнули огромные костры, у которых закружились хороводы… Но неожиданно с гулом задрожала земля, покачнулись могучие скалы. Это злой джинн—хозяин подземных глубин решил покарать независимых и веселых людей и наслал из черной глубины моря гигантского Краба.
Краб был так огромен, что спиной касался туч. Когда он приблизился к берегу, поднялась огромная волна, которая смыла поселки рыбаков. (Японцы такие волны называют цунами). Двинулся Краб по суше, разрушая всё на своём пути. Там, где были холмы, образовывались провалы, на месте оврагов и долин вырастали груды скал. Следом за Крабом джинн отправил войско великанов-дэвов, чтобы довершить свой страшный замысел—уничтожить народ Ласпинской долины. Но не позволила мать-Земля, которую люди чтили как богиню Деву, свершиться такому злодейству. В один момент она превратила в камень ужасных великанов. Теперь они возвышаются в виде башен на перевале. И Краб застыл, превратившись в камень. Крепкий панцирь стал вершиной горы, клешни, которые Краб держал перед собой, образовали уступы этой вершины.
Со временем гора Краб оделась лесом. Новые поколения жителей долины уже перестали его бояться и вновь заселили окрестности. Но случается, что гора Краб вдруг начинает содрогаться, на его теле образуются глубокие трещины, летят вниз камни.
Старики говорят так: «Это проделки джинна, который не смирился со своим поражением. Он опять пытается выбраться наверх из глубин гор, оживить Краба и своё каменное войско. А все потому, что среди нас объявился недобрый человек, который затаил в своем черном сердце зло. А как известно, через злые сердца к нам приходят все беды».
Эта легенда—альтернативное, как сегодня модно говорить, объяснение происхождения сих загадок природы.

 

«…Оставляя в горах свое сердце»

Туристы, покидающие Ласпинскую котловину, зеленые склоны горы Ильяс-Кая, таинственные скалы-«пальцы» по хорошо маркированной Большой Севастопольской тропе, невольно ловят себя на мысли, что им не хочется этого делать. «Почему,—спрашивают они себя,—нам свойственно привязываться к местам, где испытали миг счастья? Мы и сами не вечны, а хотим остаться где-то навсегда. И не в одном месте, а в нескольких сразу. Понимаем, что это ужасно нелогично. Но душа отказывается делать единственный выбор. И мы начинаем желать невозможного—одновременно бывать в разных местах Крыма. Знаем, что это утопия, что смешно даже думать об этом… Но нам совсем не до смеха. Нам грустно. И чем совершеннее окружающая красота, тем печальнее становится прощание… Хотя почему прощание? Ведь можно еще раз вернуться к подножию седой горы Святого Ильи, придя сюда по Большой Севастопольской тропе с Байдарского или Ласпинского перевала, из села Кизилового, урочища Комперия, что лежит к югу от перевала Тышлар-Богаза. Это и есть те дороги, которые нас выбирают».

 

Н. ШИК, краевед.

Другие статьи этого номера