Забытая война

Забытая война

Европейцы широко отметили вековой юбилей окончания Первой мировой войны.

 

По этому поводу в Париже принимали лидеров свыше ста стран—участников форума мира. Там пытались извлечь уроки, судили-рядили, что необходимо сделать для предупреждения потрясений планетарного масштаба. Случилось ведь такое, что Первую и Вторую мировые разделяет всего-то 21 год. При этом отмечен кратный рост жертв: например в России и СССР—с 1,8 миллиона до 27 миллионов.
Столетие назад наши воины добыли победы, исход которых предопределил конечный итог войны: под Гумбинненом и Варшавой, в Карпатах и на просторах Галиции, у Сарыкамыша и под Эрзерумом. Наконец, наш 50-тысячный экспедиционный корпус, потеряв пятую часть своего состава, грудью прикрыл Францию. Но президентом этой страны в главном докладе никак не упомянуты Россия и ее витязи. Не упомянута наша Родина, несмотря на то, что 23 февраля 1918 года на сей раз красные теснили кайзеровские войска под Псковом и Нарвой. Это тоже был заметный эпизод не Гражданской, а Первой мировой войны. Живучи же попытки Запада украсть у России—СССР как победу в Первой мировой, так и победу в Великой Отечественной.
Обратило на себя внимание и поведение Дональда Трампа. Президент США удостоил своим присутствием протокольные мероприятия в центре Парижа, у могилы неизвестного солдата, но не показался на форуме мира с идеями отказа от основополагающих международных договоров в сфере обеспечения всеобщей безопасности.
Всем нам на Земле дружно объединиться бы в усилиях против тяжелых болезней, в усилиях по сохранению окружающей среды от природных катастроф. Задачи не для одной или группы стран. Им одним не справиться—необходимы устремления всех. Взять еще борьбу против того же международного терроризма. Но и в этой области против зла иногда направлен не мощный кулак, а растопыренные пальцы…
В нашем городе к 100-летию окончания Первой мировой войны федеральное государственное бюджетное учреждение культуры «Музей героической обороны и освобождения Севастополя» и региональная организация Российского военно-исторического общества инициировали проведение дискуссии за «круглым столом» о месте, расположенном, как могло показаться, в глубоком тылу Севастополя и Черноморского флота в событиях вековой давности.
Пару лет назад общественная организация «Севастополь Таврический» порадовала любителей прошлого изданием великолепного историко-художественного альбома в двух частях «Севастополь. Императорская фамилия». Его составители—кандидат исторических наук Вадим Прокопенков и Александр Зубарев—представили за «круглым столом» глубоко содержательные сообщения.
Но обратимся к включенным в альбом некоторым газетным сообщениям чуть более вековой давности и дневниковым записям Николая II. В ходе посещения главной базы Черноморского флота в январе-феврале 1915 года император инспектирует военные корабли, «батареи северного, южного и дополнительного фортов Севастопольской крепости» и другие военные объекты. Он также посещает «временный крепостной госпиталь», институт физических методов лечения, госпиталь Красного Креста, Морской госпиталь, госпитальное судно и «небольшой лазарет» подразделения артиллеристов. В отдельных из этих медицинских учреждений уже находились на лечении офицеры и нижние чины—где два человека, а где и 12, и 14 воинов. Интерес Николая II и к оборонительным сооружениям, и к состоянию военных кораблей, к госпиталям и лазаретам ох как оправдан. Ранним утром 16 октября 1914 года турецко-германский крейсер «Гебен» предпринял артиллерийский обстрел объектов главной базы Черноморского флота. Были как погибшие, так и раненые в городе, а также у Бельбека, на 16-й батарее. Потребовалась помощь спасателей членам
команд утонувших минного заградителя «Прут» и эсминца «Лейтенант Пущин».
Пятого ноября подвергся нападению «Гебена» линкор «Евстафий». И там были убитые и раненые моряки. Имена некоторых жертв назвала в своем сообщении директор городского национально-культурного центра Ольга Малиновская. А был еще миноносец «Живучий». Со всеми вытекающими последствиями он подорвался на установленной врагом мине в апреле 1916 года. Полгода спустя последовала трагедия линкора «Императрица Мария». Передовая Первой мировой словно переместилась к Севастополю. Охватившие город события во многом сравнимы с эпопеей первой и второй оборон города.
К своему сообщению Ольга Малиновская приобщила целый список установленных имен участников Первой мировой, похороненных в индивидуальных и братских могилах в Севастополе, главным образом, на расширенном тогда Михайловском кладбище на Корабельной стороне. В этот список исследовательницей внесены фамилии 78 героев. Людские потери Черноморского флота, сказал А.А. Зубарев, составили 1376 человек—убитых, утонувших, умерших от ран, пропавших без вести…
Мы вправе гордиться стойкостью и мужеством, проявленными в то время моряками, солдатами, населением города.
Раненым, больным помогали все, кто мог. Более-менее состоятельные граждане, например, поддержали предложение доктора Флёрова о денежном содержании именных коек для страждущих, если отсутствовала возможность принять их дома. Национальные общины устраивали летние лагеря для детей беженцев.
События Первой мировой войны оказались в тени последовавших за ней иных событий, в том числе Гражданской и Великой Отечественной войн. Длительное время сказывались и идеологические соображения.
В ходе поездки в Париж по приглашению президента Франции Эммануэля Макрона Владимир Путин возложил цветы к памятнику воинам Русского экспедиционного корпуса. В июне 2011 года Владимир Владимирович участвовал в его открытии. А 1 августа 2014 года открыл монумент героям Первой мировой войны в Москве, на Поклонной горе.
Севастополь, думается, обязан последовать примеру не только Москвы, но и Калининграда, Пскова, Саранска, Тулы, Липецка, Ставрополя, Гусева Калининградской области и других городов, где установкой монументов увековечили память героев Первой мировой,—войны, которую почти до наших дней, по существу, вычеркнули из памяти.

За «круглым столом» председатель клуба любителей истории города и флота Олег Доскато представил эскизный проект памятника воинам Первой мировой, разработанный широко известным у нас архитектором Г. Григорьянцем. Автор видит его у железнодорожного вокзала. Здесь еще не улеглось эхо щемящей мелодии марша «Прощание славянки». Он звучал, когда из Севастополя на фронт провожали воинов Белостокского и Брестского полков, 13-й пехотной дивизии и 13-й артиллерийской бригады…

 

А. КАЛЬКО.
На снимке: участники дискуссии за «круглым столом».
Фото автора.

Другие статьи этого номера