«А я в ладошке деньги зажимаю, чтобы их водителю маршрутки показать. Чтобы остановился…»—

«А я в ладошке деньги зажимаю, чтобы их водителю маршрутки показать. Чтобы остановился...»—

тихо произнесла женщина явно пенсионного возраста, только что ставшая одной из свидетельниц того, как водитель автобуса маршрута № 109 захлопнул двери полупустого салона перед пожилой парой. Мужчина, передвигающийся с помощью палочки и опирающийся на руку своей спутницы (тоже весьма и весьма солидных лет), очень расстроился: «Опять не успели!» Пожилая, аккуратная, хорошо одетая женщина чуть не расплакалась в голос. Стоявшие на остановке общественного транспорта на площади Лазарева (19 января после 15 часов.—Ред.) люди очень эмоционально стали обсуждать случившееся. За пять минут этого импровизированного митинга солидарности и протеста одновременно я такого наслушалась! Хотя, откровенно говоря, за время, прошедшее с момента введения новшеств по проезду льготных категорий севастопольцев в общественном транспорте, сама не раз становилась свидетелем конфликтных ситуаций. Доводилось быть и их непосредственной участницей.
Впрочем, передам мнения горожан, оставив за кадром собственный горький опыт. Отмечу лишь, что, имея право на бесплатный проезд, я до получения единой банковской карты продолжаю платить в автобусах, дабы нервы себе не трепать… Итак…

 

«Мне заправляться нечем!»

21 января, около десяти утра. Автобус № 5 (практически пустой) двигается по маршруту в центр города. Равнодушно и нагло три раза подряд(!) водитель проезжает мимо пожилых людей. На остановке «Сквер Ленинского комсомола» женщина, готовящаяся к выходу, спрашивает у него: «Почему вы не берете пенсионеров? Вы уже третью остановку проезжаете мимо ожидающих пассажиров!» Не дождавшись ответа, она достает мобильный телефон и начинает фотографировать информацию о перевозчике (ООО «Федчишен»), размещенную в салоне, и водителя, находящегося за рулем транспортного средства. После чего ставит водителя перед фактом, что будет обращаться (она по старинке назвала этот орган власти) в горисполком. На что тут же последовал ответ: «Еще скажите в горисполкоме, что мне заправляться нечем!»
Маршрутка остановилась у ДОФа. Возмутительница водительского спокойствия подала ЕГКС для оплаты проезда. Видимо, все же трухнув слегонца перед решительной дамой, водитель изрёк: «Вам—бесплатно!» Надо отдать должное пассажирке. Она забрала карту и положила «на коврик» шоферу 20 рублей, после чего вышла…
Не могу понять, почему «горисполком», в нашем случае—правительство города как исполнительная ветвь власти, должно думать о заправке автобусов перевозчиков, в большинстве своем частных? Есть хозяин, есть руководство фирмы, есть водитель… Между ними существуют определенные взаимоотношения. Какие? Для большинства горожан они тайными не являются. Хозяин называет сумму, которую должен получить от водителя, тот, в свою очередь, должен заправиться топливом, при необходимости—произвести ремонт и т.д. Оставшееся—твое. С введением новой системы перевозки льготных категорий населения, а также требованием обеспечить пассажиру оплату по безналу, «молочные реки» прибыли, что вполне логично, существенно обмелели.
Водители, недовольные резким сокращением потока неучтенной налички в собственный карман, опасающиеся качать права перед хозяином-перевозчиком, «спускают Рекса» на пассажиров. Причем ненависть они испытывают в равной степени и к тем, кто имеет право на бесплатный проезд (а это в основном люди пожилого возраста), и к тем, кто оплачивает предоставляемую услугу ЕГКС. Здесь возрастная категория—от мала до велика.

 

«Мне твоя карточка не нужна!»

Из числа импровизированно митингующих на площади Лазарева выходит мужчина средних лет. Подвижный, о таких еще говорят: «Живчик!» Он делится своим опытом:
«Я езжу на автобусе № 3. Чтобы с мелочью не связываться, купил ЕГКС. Мне с ней удобно. На днях, как обычно, выходя из салона маршрутки, протянул водителю карту. А он мне и стоящему за мной парню (тоже с платежной карточкой): «Мне твоя карточка не нужна!» С такой злобой сказал, с таким остервенением, как будто я его личный враг или должен ему кучу денег. Не нужна карточка—да пожалуйста, я ее забрал и вышел. Не оплатил, стало быть, свой проезд. Нанес сокрушительный удар по бюджету отдельно взятого водителя. Но, знаете, угрызений совести не испытываю. Как правило, «тройка» набита пассажирами, как сельдью бочка. Картина меняется кардинально, если на дороге дежурят инспекторы ГИБДД. Тогда водители—«сама весна», само законопослушание: «Мест нет!», «Стоячих не берем!» Нет поста ГИБДД—гуляй, рванина! Затолкают в автобус, пока двери не затрещат!»
—Я—за порядок,—подытожил «Живчик». И этот порядок в транспортной сфере, особенно в сфере пассажирских перевозок, необходимо наводить. Жестко и незамедлительно.
И с этим мнением сложно не согласиться. Ведь хамское отношение водителей к пассажирам приобрело в последнее время массовый характер, стало чуть ли не нормой.
Ниже следует еще один пример из жизни, вернее, из «культурного общения водителя и пассажира». В объективе—опять «пятерка». Эту историю тоже рассказали на пл. Лазарева 19 января.

 

«Будет она мне еще указывать!»

«…Я сажусь на остановке «Севэлектроавтотранс», проще говоря, у троллейбусного депо на ул. Л. Толстого. То утро я хорошо запомнила. Было 14 января—старый Новый год. Утро. Настроение хорошее. Было… До подхода автобуса. (Его номер, кажется, 0203 АИ, 92-й регион. В цифрах не ошибаюсь, а вот в буквах может быть неточность). Ну да ладно. Автобус подошел к остановке около десяти, был практически пустым. В салоне—от силы человека три. Я хотела войти в заднюю дверь. Но водитель ее не открыл. Когда автобус полный, это еще как-то можно объяснить: водитель, например, опасается, что кто-то сбежит, не оплатив проезд. Хотя в нашем городе это очень редкий случай. Иду к передней двери. Заходя в автобус, без тени агрессии или упрека просто задаю вопрос: «А почему вы заднюю дверь не открываете?» Лучше бы молчала… Что тут началось! Водитель начал кричать, что буду я ему еще указывать, что ему делать, как водить, какую дверь открывать. Я от такой реакции оторопела, но все же предприняла попытку огрызнуться: мол, вы обязаны открывать на остановке обе двери. Это водителя уже взбесило. Он вел себя, на мой взгляд, неадекватно. Ну, например, скажите, зачем мне знать, что он взял в кредит два миллиона, чтобы возить таких, как я…
После очередной порции праведного гнева, типа, «я вообще делаю, что хочу, я сам хозяин, захочу—сейчас никуда не поеду…», я вышла из салона, сказав, что не собираюсь платить хаму… Настроение, конечно, было испорчено. Я пересела в троллейбус, из Камышовой шла «четверка». Небо и земля, доложу я вам. Чистый салон, приветливая женщина-кондуктор…
Доехала до центра, как говорится, в тепле, уюте и заботе. К тому же, как льготник—бесплатно. И, заметьте, без криков и упреков. Мечта, да и только!»
Желающих поделиться мнением о состоявшихся и несостоявшихся поездках было в тот день много. Но постепенно одни митингующие растворились в многочисленной толпе ожидающих пассажиров, другие уехали, дождавшись свои «дрожки». Наконец уехали и обиженные старики, с которых, собственно, все и началось.
Жаль только, что не растворилась, не рассосалась и не решилась сама собой обозначенная нами сегодня проблема.
И, как отголосок митинга, вдогонку—еще одно письмо, правда, уже пришедшее в редакцию.

 

За себя и за того… пенсионера

«Уважаемые «Слава Севастополя», пенсионеры, а также жители и гости нашего славного города. Именно таким образом (смотри заголовок) я расплатилась за проезд в комфортабельном новом автобусе 17-го маршрута на конечной остановке в микрорайоне ул. Ген. Жидилова 20 января сего года примерно в 18.30. К сожалению, я не ставила себе целью запомнить номер транспортного средства, так как даже не предполагала, что при наличии наклейки «ЕГКС» меня каким-то образом могут обмануть. Однако…
На посадке я спросила водителя, когда удобнее расплатиться: сейчас или при выходе? Жующий молодой мужчина ответил, что можно и сейчас. Правда, валидатор у него находился по левую руку в темной части кабины. Несколько дольше обычного я оплачивала свой проезд. В итоге карту мне водитель вернул, но без билета. Настаивать я не стала. А зря!
На следующий день в троллейбусе № 7, оплатив проезд, я посмотрела на остаток средств на ЕГКС. Он меня очень удивил, так как только вчера я пополнила карту на 100 рублей, и на счете должно было быть чуть больше сотни. В действительности же все оказалось не так. Пересчитав приход-расход на калькуляторе, поняла, почему я «в минусе»: водитель 17-го маршрута взял с меня за проезд 34 рубля! Кстати, и на других маршрутах я замечала такое при расчете ЕГКС, но как-то не придавала этому значения, если мне не давали билет.
Вы знаете, целый день у меня не проходило чувство гадливости: развели, как последнюю дуру! Другими словами я назвать это не могу. Даже с коллегами поделилась случившимся. Кто мне может ответить на вопрос, почему я при расчете ЕГКС должна выслушивать недовольство водителей? Ведь я же не езжу совершенно бесплатно!
Приведу три случая, произошедшие со мной. В 107-м автобусе меня, якобы забыв, что расплатилась картой, специально прижали дверью, затем отпустили и с ухмылкой уехали. В маршруте № 71 отказались принимать карту, сказав: «Наличкой, только наличкой. Мне на день дают 56 литров солярки, вечером я должен заправиться». В следующем таком же 71-м посоветовали ездить в троллейбусе: «Они в городе хорошо ходят». Зачем мне проблемы перевозчиков? Когда я сажусь в транспорт, я же не рассказываю окружающим, что зарплата у меня 11 тысяч и перспектив к ее увеличению—никаких! У меня тоже семья, она тоже есть хочет и помогает, как может.
И еще отметила для себя такой момент: после введения проезда по льготам вежливость у водителей автобусов и маршруток мгновенно улетучилась. Сейчас налицо грубость, откровенное презрение, хитрость на уровне жадности. Кто хоть раз видел, как они пролетают мимо пенсионеров «со стажем», меня поймёт. А обладателей ЕГКС они просто дурят: я ведь заплатила за себя и за льготника. Это теперь такой новый вид мошенничества. Поэтому требуйте при расчете картой билет. И обязательно проверяйте остаток!
Знаете, поделилась с вами, а неприятный осадок еще остался. Если вдруг, не дай бог, несчастье в стране, городе или семье,—мы все вместе, плечо к плечу. Но если что-то мешает личному благополучию, тогда держись, Севастополь: не пожалеют ни старого, ни малого (бывали же случаи, когда и детей высаживали, если те без документов ехали или забыли либо потеряли деньги).
Неправильно всё это. Давайте подумаем вместе, как сделать так, чтобы всем было ну хотя бы неплохо. А еще лучше—хорошо…

З. КУЗЬМИНА, предпенсионер».

Нужно ли еще что-то добавлять?

 

Татьяна ЯРОШЕВСКАЯ.
Фото Д. Метелкина.

Другие статьи этого номера