Балка Бермана. История современных исследований

Балка Бермана. История современных исследований

(Окончание. Начало в номере за 19.01.2019 г.).

 

Балка Бермана, как и весь Гераклейский полуостров, привлекала внимание исследователей старины с первых лет освоения окрестностей Севастополя. Систематические исследования начались только в 1928 году, когда директор Херсонесского музея Константин Гриневич основал Гераклейскую экспедицию.
Мотивация интереса была проста. Константин Эдуардович писал: «Причиной, заставившей нас взять отправным пунктом раскопку Бермановского комплекса, были топография места и довольно частое скопление этих древних памятников на пространстве сравнительно небольшой балки Бермана и двух соседних балок». По иронии судьбы раскопки в 1929 году пришлось свернуть, и возобновились они только в 80-е годы прошлого столетия под руководством Галины Михайловны Николаенко, ведущего научного сотрудника заповедника. Участок раскопок нашел свое место в списке Всемирного наследия ЮНЕСКО, куда был включен в 2013 году. Сейчас археологический парк в балке Бермана включает четыре архитектурных комплекса: «Основной», «Северо-западный-1», «Северо-западный-2», «Подземный-1». Остается открытым вопрос музеефикации ранее раскопанных сооружений.
При раскопке усадеб были найдены клейма на черепице и на сосудах. Но это не клейма производителей. Уникальность таких чиновничьих клейм состоит в том, что они являлись неоспоримым сертификатом качества вина в глиняных сосудах и объема самого сосуда. Что-то вроде современного Госстандарта. Экспортировались херсонесские вина далеко за пределы полуострова. Такие клейма археологи встречали даже на раскопках в средней полосе России.
Открытие большого количества тарапанов (каменных плит для давки виноградных ягод) на хоре Херсонеса позволяет говорить о том, что существовало два этапа отжима виноградного сусла. Первичный этап использовал самотек и ножную давку ягод в корытообразных тарапанах. Второй применял силу рычажного винтового пресса и площадку с канавками по периметру. Элементы таких прессов встречаются при раскопках довольно часто.
Характерна форма массивного камня-якоря с продольным пазом. Такие и по сей день лежат в своих технологических гнездах. А вот некоторым плитам-тарапанам повезло куда меньше: их часто использовали во вторичном строении для несвойственных им нужд. Да и вот еще беда: в первые века новой эры интерес к виноделию на хоре поубавился. Количество винодельческих комплексов резко сократилось. Исчезли и следы виноградников. А некоторые (между бухтами Камышовой и Омегой) превратились в кладбища.
Самая поздняя застройка базируется на ранних фундаментах, вторично использует строительный камень, имеет следы дверных и оконных проемов, оборудованных пазами дверных косяков и запорных брусьев.
Большой интерес представляют пещерные сооружения. Они моложе остальных строений усадьбы. Пещеры были вырублены относительно недавно, в VII-XII веках. В них можно увидеть традиционные для горного Крыма кормушки для животных, каменные проушины-кольца для привязи скота. Есть и следы очагов с вытяжкой. Но податливость пластов скального грунта оказалась своеобразной ловушкой для строителей. Обрушения происходили достаточно часто.
Одно из них случилось едва ли не в период завершения строительства. Первая пещера носила признаки хозяйственного помещения. Вторая напоминает некую банковскую кладовку для сокровищ или чулан для солений и сушения продуктов впрок. Интересны ловушки для воров. В пещеру ведут два хода в рост человека. Первый имеет все атрибуты крепко запертой двери и крайне узкого лаза. Второй—милости просим заходить! На пятом метре в стене—ниша, где в потемках мог укрыться за драпировкой охранник с мечом и разить воров с правого их бока, не защищенного щитом.
Еще через два метра незваных гостей поджидала «волчья яма». Глубина её—2,5 метра, края скруглены. А бутылочная форма ямы и большая ширина не позволяли самостоятельно выбраться из такой ловушки. А вот охранник мог спокойно орудовать копьем или мечом, стрелять из лука. Этот лабиринт с ловушками вполне мог противостоять десятку воров, но не более. Против большого отряда нападающих он был бессилен.
На этом участке хорошо просматривается большая винодельня с совмещенным циклом производства. Но поздние жильцы усадьбы проигнорировали основное назначение помещения. Они построили свои стены меньшего периметра, чем вырубка в монолите скалы, цистерну для сбора вина превратили в мусорную яму. Ирония истории! Рядом—еще одна давильня винограда со следами прессовых механизмов и очень внушительной емкостью для сбора сусла. Есть вероятность, что эта емкость накрывалась большой крышкой. Можно представить, как герметизировалась такая ёмкость при сбраживании сусла. Позже стены цистерны скруглили под размещение пифоса. Такой сосуд яйцеобразной формы из обожженной глины мог быть больше роста человека и отвечал всем требованиям к емкости для производства и хранения вина.

 

Новейшая история балки Бермана

В феврале 2016 года распоряжением правительства РФ № 206-р от 12.02.16 комплекс укрепленных сельскохозяйственных построек в балке Бермана включен в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации.
Балка Бермана получила современное название по имени владельца хутора—Семена Кателевича Бермана. Хутор был расположен в трех километрах северо-восточнее мыса Феолент. Ориентирована балка с юго-востока на северо-запад. Истоки ее находятся в двух километрах к юго-западу от высоты Горной, откуда она в северо-западном направлении сбегает до слияния с балкой Феолентовой и впадения в Юхарину балку. По ходу своего течения балка вбирает в себя более мелкие, в число которых входят балки Монастырская и Солты. Во все исторические периоды обводненная балка привлекала поселенцев. Поселения прослеживаются по всей площади, по обоим бортам.
В период первой обороны Севастополя союзники приступили к выгрузке с кораблей осадной артиллерии. Англичане с турками высаживались в районе Балаклавы и Кады-Коя, французы—на Гераклейском полуострове. Англичане повели осадные работы против Корабельной стороны от Сарандинакиной балки до Докового оврага и Килен-балки, французы—от Карантинной бухты до Сарандинакиной балки. Французы продолжали базироваться на Гераклее, в том числе и в балке Бермана, и после объявления перемирия, вплоть до вывода войск.
Ожесточенные бои шли в этом районе в годы Великой Отечественной войны. Как следует из боевого донесения командования Севастопольского оборонительного района по состоянию на 30 июня 1942 года, «попытки противника наступать в направлении на хутор Бермана встретили сильное сопротивление 109-й стрелковой дивизии и 142-й отдельной стрелковой бригады, и он вынужден был повернуть фронт наступления на север в направлении на хутор Коммуна». Таким образом, к исходу дня 30 июня противник вышел на рубеж хутора Бермана: Юхарина балка, выс. 61.9, балка Сарандинаки, Зеленая горка, восточные окраины Севастополя. Ценой больших потерь противнику удалось завладеть основными подступами к Севастополю и создать все условия для захвата города.
При освобождении Севастополя бои в районе балки Бермана проходили между 7 и 12 мая 1944 года (последний бой—у мыса Херсонес), в них, в частности, участвовал 903-й горнострелковый полк 242-й горнострелковой Таманской краснознаменной дивизии.
Участок археологического заповедника в балке Бермана еще не дал ответы на все поставленные вопросы. Но искать их важно не только для фундаментальной науки, но и для каждого севастопольца, желающего знать историю родного края.

 

В. ИЛЛАРИОНОВ.
Фото автора.

Другие статьи этого номера